Сладкая измена - Санта Монтефиоре

Она наморщила нос при упоминании о своем супруге, решив, что это слишком по-детски, и быстренько стерла последнее предложение.

«Мысль побывать в Розенбоше кажется мне заманчивой. Хотела бы я посмотреть на ваше крыльцо! Должно быть, оно такое же большое, как и у Оливье.

Сейдж».

Анжелика перечитала текст несколько раз. В нем не было даже намека на флирт. Она не хотела бы, чтобы Джек думал, будто она прониклась к нему симпатией. Она на мгновение застыла. Какой вред может принести общение с виртуальным собеседником? Анжелика нажала на клавишу, наблюдая, как сообщение исчезает с экрана, и почувствовала, что ее внезапно охватила легкая паника.

Она представила себе, как Джек получит ее письмо. А что, если он сразу же ответит на него? Анжелика подождала минутку, уставившись на экран, надеясь услышать характерный звук, сигнализирующий о поступлении нового сообщения, но ничего похожего не последовало. В конце концов она вышла из Интернета и попала в Word, создав чистый экранный лист.

Трудно было представить себе что-либо более вдохновляющее, чем чистый виртуальный экран, где не было написано ни единой строчки. Поэтому она решила напечатать хотя бы рабочее название «„В поисках совершенного счастья“, автор Анжелика Гарнер», а затем поэкспериментировала со шрифтами, остановив выбор на больших буквах с цветочным орнаментом розового цвета. Это заняло всего несколько минут, в течение которых она ожидала, не раздастся ли звук нового сообщения.

Набросав несколько идей по поводу книги, первых, которые пришли ей в голову, Анжелика сняла телефонную трубку и набрала номер Кандейс. Ее подруга находилась сейчас в магазине «Харви Николс».

— Представляешь, Джек прислал мне сообщение, — простодушно сообщила Анжелика. — Он нашел мой почтовый адрес через мой веб-сайт.

— О Боже! И что же он написал?

— Сейчас я тебе прочитаю.

Анжелика прочитала письмо Джека.

— Да он от тебя без ума.

— Ты так считаешь?

— Ну конечно, уже тот факт, что он потрудился тебя найти, говорит сам за себя.

— Да брось, это просто дружеское послание.

— Ты наивна.

— Я ему ответила.

— Сумасшедшая!

— А что плохого в том, чтобы перекинуться парой слов с виртуальным другом? Да и вообще, разве не слишком самонадеянно с моей стороны предполагать, что он хочет залезть мне в трусики?

— Нет, рассуждать так не самонадеянно, а разумно, Я же говорила тебе, что ты созрела для любовных отношений.

— Да не собираюсь я заводить никакого романа.

— Ну послушай. Мужчины именно так всегда и начинают. Немного болтовни, флирта, а потом следует приглашение на ленч…

— Он живет в Южной Африке.

— Но он был в Лондоне. Поверь мне, Анжелика, он обязательно попросит тебя о встрече за ленчем. И ты что, скажешь об этом Оливье?

— Ну конечно же.

— Нет, не скажешь. Ты собираешься рассказывать ему об этом сообщении? Уверена, что нет. Это станет твоим маленьким секретом, и ты будешь каждую минуту радоваться тому, что он у тебя есть. Всякий раз, когда Оливье будет выходить из себя, или ворчать, или что-то еще в этом роде, ты улыбнешься про себя, радуясь, что у тебя есть тайна.

— Так ты предлагаешь не отвечать на сообщения Джека?

— Да нет же, я просто тебя предупреждаю. Держи его на расстоянии. Не пиши ничего такого, что твой муж, прочитав, не одобрил бы, и не вздумай отвечать ему подшофе.

— Ты говоришь исходя из собственного опыта?

— Ну я же сказала, что я — священный тайник, где хранятся чужие секреты.

— Что ж, священный тайник, я позвоню тебе, если Джек мне ответит.

— Дорогуша, нужно говорить не «если», а «когда».

Анжелика была не последней, кто приехал в «Чиприани». Кандейс, Летизия и Скарлет сидели в ресторане, беседуя за бокалом беллини.

— Дорогая, мы и тебе заказали вина, — сказала Летизия, потянувшись навстречу Анжелике.

— Догадайтесь, на кого я сегодня утром случайно наткнулась, — сказала Анжелика, по очереди целуя Кандейс и Скарлет.

— И на кого же?

— На эту ужасную Дженну Элрич. — Она села рядом с Летизией и подробно изложила, как Дженна расхваливала своего сына, разговаривающего с ней на французском языке. — Это выглядело так нелепо, — недовольно произнесла она.

— А знаешь что? Тебе следовало бы ответить ей вот так, — сказала Кандейс и, откашлявшись, продолжила: — Как, ведь это же смешно, Дженна. Вот Изабель проснулась сегодня утром и сказала по-французски: «Мама, тенго ганас де ир ал коледжио», — а затем Джоэ заговорил своим высоким голоском: «Анчио волио андаре а скуола». — Она скорчила рожу, явно довольная собой.

— Браво! — восторженно воскликнула Летизия.

— А вот теперь хвастаешься ты! — сказала, засмеявшись, Анжелика.

— Я обычный полиглот, — сказала Кандейс. — Это уж без лишней скромности!

Анжелика прислонилась к столу.

— А знаете, что еще сказала Дженна? Что она очень хотела бы иметь такие же растрепанные волосы, как у меня, словно я только что встала с постели и не потрудилась их причесать, но что каждый раз, когда она пытается сделать что-то подобное, у нее всегда получается так, будто она выглядит отполированной, то бишь идеальной.

— Как скульптурное изваяние, — добавила Скарлет.

— Как это грубо! — произнесла Летизия.

— А по-моему, она просто веселая, — сказала Кандейс, рассмеявшись. — Однажды, придя ко мне на ужин, Дженна похвалила меня за, как она выразилась, «своеобразную деревенскую стряпню».

— Она просто приводит меня в бешенство, — недовольно проворчала Анжелика.

— Не волнуйся, дорогая. Дженна готова убить, только бы иметь такие же растрепанные завитки, как у тебя, — сказала Летизия.

— Нет, она хотела бы иметь такого же хорошего мужа, как твой, — произнесла Кандейс. — Она глубоко несчастна в браке, и в этом кроется причина ее язвительности.

— В прошлом году Дженна призналась мне, что ей уже за сорок, однако она явно об этом забыла, поскольку продолжает намекать на приближающееся сорокалетие и все спрашивает, как ей его отмечать, — сказала Скарлет.

— Ну так поправь ее, — предложила Кандейс. — Что-то вроде: «Милочка, да ведь это твое пятидесятилетие!»

— Ее муж работает в банке «Братья Лехман». В связи со сложившейся там критической ситуацией я вообще сомневаюсь, что Дженне будет на что отмечать свой юбилей, — сказала Анжелика.

— А может, она продаст свою огромную коллекцию туфель и сумочек, — заметила Летизия.

— Ее сумочки «Биркин» — просто фальшивка, — произнесла Кандейс. — Поверьте мне на слово, уж я-то знаю.