С новым боссом! - Жанна Софт

А я все так же стою в шубе, босиком, прижимая к себе клатч и не имею не малейшего представления о том, чего он приперся и что с ним делать.

— У вас уютно, Лилия Сергеевна, — кривит губы в улыбке и делает шаг в мою сторону.

К собственному стыду, отступаю, словно трусливая мышка. Медленно до меня доходит, что там, где я стою — единственное направление в крошечной комнатке у входа, и ему просто больше некуда идти.

Глыба вскидывает вопросительно бровь и снова мрачнеет, скрещивая руки на груди.

— Ты меня боишься, — констатирует очевидное, — Почему?

Пытаюсь встряхнуться и взять ситуацию под контроль.

— Вы слишком… прямой.

Скидываю шубку, кладу сумочку на тумбочку и зажигаю свет в кухне. Приглашаю гостя проследовать туда, благоразумно решив, что там будет безопаснее всего.

Босс следует за мной и усаживается, едва втиснувшись в кухонный уголок, что предназначен для менее габаритных людей.

— А разве это плохо?

Откидывается вальяжно на спинку, разглядывая все вокруг. Я замерла в дверях, пытаясь сообразить, чем его развлекать, угощать или не стоит? Мы все же с корпоратива, а там были яства на самый изысканный вкус. Очевидно, Назар Игнатович желает десерта.

— Нет, но…

— Ты бы предпочла, что бы я долго добивался тебя, получил желаемое и исчез?

— Чем вас угостить? — пытаюсь сменить тему, а Глыба только усмехается в ответ.

— Я бы выпил вина. У тебя есть?

Обрадованная возможностью себя занять, спешно киваю и достаю из шкафчика бутылку, что припасла на Новый год, протягиваю мужчине вместе со штопором. Пока он деловито откупоривает напиток, достаю бокал и ставлю перед ним.

Приметив это, качает головой, но все же наполняет и подвигает мне.

— Выпей, — хрипловато предлагает, — и присядь. Я не насильник, если ты волнуешься об этом.

Краснею до самых кончиков ушей, пойманная как раз самой мысли.

Сажусь на самый краешек стула, обхватываю ножку бокала ледяными пальцами, подношу вино к губам.

— Выражать свои мысли прямо и открыто, Лилия Сергеевна, отличная возможность сэкономить массу времени. Специфика моей работы такова, что в любой миг мне придется уехать в другой город, или даже страну. Я нахожусь на месте неопределенное количество времени. Иногда это месяц-два, иногда полгода или год. Но исход всегда один. Я еду дальше. Поэтому не завожу связи на новом месте, предпочитая оставаться в одиночестве.

Звучало это очень грустно и мне даже стало его жаль.

Делаю еще один глоток, и еще. Наблюдаю за его загорелыми мужественными руками, что лежат спокойно на моем дешевом столе. Кольца нет. Но вряд ли мужчина в командировке допустит такую ошибку.

— Так вы не женаты? — спрашиваю главное, что волновало меня подспудно все это время.

Глыба отрицательно качает головой.

— Впрочем, я женат на работе, — тут же добавляет с кривой усмешкой, — Но ночью она меня не согревает.

Снова краснею, в этот раз гораздо стремительнее из-за вина. Назар подвигается ко мне поближе. Подмечаю это, но настороженно остаюсь на месте. И даже не знаю, чего боюсь больше — что он поцелует меня, или что не поцелует.

— Я не такая, — вдруг строго заявляю, готовая бороться за свою честь до конца.

— Это я понял, — снова усмехается и мне нравится его улыбка, — Для такой скромницы ты тоже весьма красноречиво излагаешь свои мысли.

— Назар Игнатович, меня воспитывали…

— Зови меня Назар. Разумеется, когда мы наедине.

Киваю, невольно принимая очередной приказ, и тут же начинаю злится. Ну что за несносный человек?! Его интересует только собственное мнение и желания.

Сама не замечаю, как допиваю бокал до дна. Легкое полусладкое вино с чудесным букетом согревает и предает сил. Ноги почти не гудят от задорных плясок, а тело не вибрирует от напряжения. Расслабляюсь, позволяя чарам мужчины действовать на меня.

Он чувствует это, ведь не зря подливает еще.

— Хотите меня напоить? — догадываюсь запоздало.

— Хочу, что бы ты расслабилась, — парирует босс, поглядывая на меня поверх бокала, — Ты полна сюрпризов и мне нравится находить каждый раз что-то новое.

Смущаюсь вновь, опускаю глаза.

— Ты ведь понимаешь, что твоя подруга Марина очевидно, завидует тебе во всем?

Он тоже заметил?! Я не хотела себе в этом признаваться давно, считая своими домыслами и фантазиями. Но получается, что это замечают и все окружающие?

— Нет, что вы… — вяло защищаю ее, хоть и сама не верю в это.

— Ты невероятно наивная и чистая девушка для своего возраста. Не встречал прежде таких.

Очередное признание вызывает трепет.

Глыба тянется ко мне и кажется, что он хочет сжать мои бедра. Но вместо этого, он обхватывает руками стул и подвигает его к себе, вместе со мной. Тот скрипит на всю кухню, вызывая его ухмылку и панику у меня.

Назар Игнатович кладет горячую ладонь на мою щеку, заглядывая в глаза. Наши лица так близко, что я ощущаю его дыхание кожей. Загипнотизированная цветом глаз, что в зависимости от освещения, меняют оттенок. То кофейно-коричневые, то коньячные, то янтарные.

Мужские пальцы касаются моих волос, пока он хрипло и очень тихо говорит:

— Если ты не против, мне очень хочется целовать тебя.

Часто моргаю ресницами, в попытке заставить себя очнуться от гипноза и остановить его. Но вместо этого, только опускаю глаза, едва заметно кивнув.

— Весь вечер хотел это сделать, — шепчет в мои губы мужчина и наконец, накрывает их своими.

Горячие и мягкие в этот раз, но вкус тут же. Примесь табака, и чего-то еще, смутно знакомого. Я ныряю в омут с головой, податливо приоткрыв губы и позволяя мужчине получить желаемое, тем самым противоречу сама себе.

Я ведь не хотела его пускать. Не хотела подпускать. И что теперь?

Мы целуемся на кухне. Мне стало его жаль? Или это все гордыня? Глыба сложный и эгоистичный человек, который прет напролом. Почему мне это нравится?

Рука босса скользит по моему лицу, к шее, пока наши губы вновь знакомятся друг с другом. Поцелуй медленный и тягучий, возбуждающе ленивый. Он смакует меня, словно тропический фрукт. Исследует и наслаждается, тогда как я лишь позволяю делать это с собой и прислушиваюсь к собственным ощущениям.

Горячая волна прокатывается по телу и ухает невыразимой тяжестью куда-то пониже пупка. Вторая рука мужчины ложится на мою талию и своевольно скользит пониже, укладываясь уютно на выпуклости ягодиц,