Сладостный плен - Карла Кэссиди

Они молча вошли в ресторан и сели за свободный столик. Анджела взяла меню, но, чувствуя пристальный взгляд босса, посмотрела на него с недоумением.

— Ну, что на этот раз?

— Ты действительно полагаешь, что мой поцелуй не заслуживает твоего одобрения?

— Ну, мое одобрение тебя вряд ли волнует.

— С чего ты взяла?

— Знаю тебя не два дня, а два года, и раньше ты не добивался моего одобрения… и насколько я помню, поцелуи у нас не практиковались во время работы.

— Оказывается, я не твой тип мужчины? — не унимался Хэнк.

— Я имею в виду не внешний облик, — пояснила Анджела. — Я просто хочу большего, чем ты обычно предлагаешь женщинам, с которыми встречаешься.

— Большего? — На лице Хэнка появилась гримаса разочарования, словно он отказывался верить, что какая-то женщина не считает его идеалом. — Чего именно?

— Как бы тебе объяснить… — Анджела уже жалела, что втянулась в этот неприятный разговор. — Судя по твоей реакции, тебе не нравятся упражнения Барбары. Ты не привык целиком отдавать себя, а я хочу, чтобы мой любимый делил со мной каждую минуту своей жизни, требуя того же от меня.

Хэнк нахмурился.

— Но тогда ты потеряешь свою свободу.

— Не стоит смешивать свободу и любовь, — запротестовала Анджела. — Ты относишься к любви как к бизнесу, а это далеко не одно и то же.

Оба замолчали, так как к их столику подошла официантка. Они заказали местное фирменное блюдо, а когда официантка удалилась, Анджела снова возобновила разговор:

— Любовь — это не борьба за власть, не стремление узнать слабости партнера, которые можно использовать в своих интересах.

Он наклонился и задумчиво посмотрел на нее.

— Если у тебя есть все ответы на вопросы о любви, почему ты одинока?

— У меня нет всех ответов, — тут же возразила Анджела. — Я просто знаю, чего хочу. Да, я до сих пор не замужем, но у меня нет времени искать свой идеал. Домашние, учеба и работа занимали все мое свободное время. — Она на минуту замолчала, а потом вдруг спросила: — Ну, а ты сам хоть раз в жизни по-настоящему влюблялся?

Судя по выражению его лица, вопрос застал его врасплох. Хэнк провел пальцами по бровям, словно стараясь избавиться от головной боли.

— Только один раз. Когда был молод и глуп, я же говорил на исповеди у Барбары. — Он снова потер висок и отпил воды. — Это Сара Вашингтон. — Легкая гримаса исказила его лицо.

— Прости, — Анджела покраснела от своей оплошности.

Хэнк глубоко вздохнул.

— Все в порядке. — Отпив еще глоток воды, он неохотно продолжал: — Это было так давно. И по молодости лет я считал, что она — та, с которой мне хотелось провести всю жизнь. Но… я ошибся.

Хэнк долго не сводил глаз с Анджелы, а потом покачал головой, словно гоня от себя всякую мысль, которая хоть как-то напоминала ему о далеком прошлом.

— Ну, все, покончим с душевными излияниями и перейдем к деловой части. Ты постоянно твердишь, что хочешь принимать более активное участие в деятельности агентства. Предлагаю подбросить идеи относительно заказа Мартиндаля.

Анджела поняла, что настало время сменить тему разговора. Но ее заинтересовала девушка, завладевшая сердцем Хэнка, а спустя некоторое время разбившая его вдребезги.

Во время еды они обсуждали заказы не только Мартиндаля, но также и других клиентов. Анджела поделилась идеями, которые она давно держала в голове. По ее мнению, они могли бы дать неплохой результат. Хэнк не все принял и объяснил ей, почему некоторые из них не сработают. Но несколько из них одобрил — мол, перспективные. Девушка, окрыленная таким вниманием, ловила каждое слово своего шефа и была несказанно рада, что ее участие оценено.

Именно о таких отношениях она мечтала, когда впервые пришла в его агентство в качестве личного секретаря. Учение всегда давалось ей легко, она стремилась доказать ему, да и другим, что ее призвание — отнюдь не должность секретарши, она способна принести пользу в рекламном бизнесе его компании.

Постепенно их разговор перешел от заказов клиентов на другие темы. Они оживленно болтали о всяких пустяках: книгах, политике, любимых фильмах и другом. За непринужденной беседой и вкусной едой время пролетело незаметно. Взглянув на часы, Хэнк с удивлением обнаружил, что им давно пора возвращаться на ранчо Бруди.

— Какая ты умная, Анджела, — сказал Хэнк, когда они ехали обратно. От неожиданной похвалы девушка раскраснелась. — Признаю, что растрачивал твои таланты зря, поручая тебе личные задания. Теперь все будет по-другому, мы кое-что изменим в твоих обязанностях.

— Неужели я этого дождусь? — Счастливая улыбка играла на губах Анджелы. Босс наконец-то оценил ее потенциал, чего она давно добивалась. Теперь вместо того, чтобы проводить целые дни, договариваясь о встречах на обед или заказывая цветы, она займется интересным делом по своим способностям.

— Ты очень умная девочка, — сказал ее отец за день до того, как оставил их навсегда. — С твоим умом ты далеко пойдешь, поверь мне, — глаза смотрели на нее с горечью. — Тебе бы побольше красоты — и ты стала бы счастливой и удачливой женщиной. Но кто знает, в чем истинная красота? Возможно, у тебя будет красота не напоказ.

Анджела закрыла глаза и постаралась прогнать прочь болезненные воспоминания. Да, отец считал ее неказистой. И поскольку девочка всем сердцем любила отца, то в течение многих лет после его ухода ее мучил вопрос: а если бы она была красивой, ушел бы он? Сейчас она выросла, многое поняла и знала, что, даже если бы ей принадлежал титул «мисс Америка», он все равно бросил бы их. Ей понадобились годы, чтобы осознать, что его уход никоим образом не был связан с ней… Причина крылась в нем самом и в их отношениях с матерью. Вечером гости и хозяева собрались в библиотеке. Барбара подвела итоги дня, и разговор зашел о детях. Трент и Элена говорили о своем малыше с сияющими от счастья глазами.

— Тревис — истинное наказание, — сообщила Элена, — но он живое напоминание о нашей любви. — Ее глаза сверкнули, когда она дотронулась до руки мужа.

Анджела жадно следила за ними и слушала их восторженные речи. Будут ли у нее дети? Ее сердце наполнялось нежностью, стоило ей подумать о ребенке, живом символе ее любви к своему избраннику, с которым она будет делить радости и невзгоды.

— На свете нет ничего лучше детей, — согласился Бруди. — У нас с Барбарой двое, разумеется, они уже взрослые, у них давно свои семьи, но мы продолжаем поддерживать с ними самые тесные отношения, нас связывает взаимная любовь.

— К сожалению, у нас со Стэном не может быть детей, — призналась Эдит. В ее глазах была такая боль, что Анджела отвела взгляд. — Мы обошли бесчисленное количество врачей, но все безуспешно.

— В прошлом году мы решили взять на воспитание ребенка, и недавно агентство сообщило, что скоро нам это удастся, — продолжил Стэн, улыбаясь жене.