Невинная страсть - Бренда Хайатт

На следующее утро Ровена первой спустилась к завтраку. На сервировочном столике лежали «Таймс» и «Морнинг кроникл» для лорда и леди Хардвик, а также номер «Политикал реджистер» за эту неделю, который Ровена еще не читала.

Она сомневалась, что это периодическое издание получают в большинстве солидных домов Мейфэра, но ее отнюдь не удивило, что журнал получают в доме Перл. Ее подруга наверняка не будет возражать, если она поинтересуется, что там пишут.

Неприметный слуга принес кофе и тосты. Ровена погрузилась в чтение и не сразу заметила, как вошел мистер Пакстон. Смутившись, она сунула «Реджистер» под блюдце, чтобы он не заметил название проблематичной статьи, которую она читала.

— Доброе утро, мисс Риверстоун, — бодрым голосом приветствовал ее Ноуэл. — Вижу, леди Хардвик была права, говоря о ваших привычках.

— Простите… не поняла? — Ровена с виноватым видом взглянула на сложенную газету, засунутую под блюдце.

— Вы рано встаете, — пояснил он. — Впрочем, я и сам в Лондоне недавно и все еще сохраняю деревенские привычки. Девушка удивленно взглянула на него:

— Вы не показались мне сельским жителем, сэр. Скорее, наоборот.

— Да, мне пришлось поездить по белому свету, но сейчас я всего несколько недель назад приехал из Дербошира.

— Своего поместья, — сказала она неодобрительным тоном, о чем сразу же пожалела. Ведь он не виноват, если получил его в наследство.

Пакстон улыбнулся чуть насмешливой улыбкой:

— А вы, конечно, жили… в коттедже беднейшего арендатора вашего брата?

Она почувствовала, как краска залила ее щеки.

— Нет, конечно, нет. Извините меня. Я тоже принадлежу к привилегированному сословию. — Потом, решительно вздернув подбородок, поглядела собеседнику в глаза. — Но я пытаюсь, как могу, загладить несправедливость.

— Пробуждая сочувствие к простому человеку или критикуя каждого землевладельца, который попадется вам под руку? Ровена чувствовала, что разговор забавляет Пакстона.

— Конечно, первое.

— Восхитительно! — Выражение его лица смягчилось, и у нее почему-то участилось сердцебиение. — И каким же образом?..

— Доброе утро, ранние пташки! — воскликнула Перл, входя в столовую и прерывая Пакстона. Она была свежей и оживленной, в муслиновом платье с синим узором в виде веточек, отчего Ровена почувствовала себя еще более старомодной, чем обычно.

Мистер Пакстон встал при появлении хозяйки дома:

— Доброе утро, миледи. Осмелюсь заметить, что вы выглядите сегодня очаровательно.

Ровена подавила вздох. Ей он таких комплиментов не говорил — да она, конечно, и не заслуживала их. И все же…

— Рада, что застала здесь вас обоих, — продолжала Перл, поблагодарив Ноуэла. — Я поняла, что, поскольку это первый приезд Ровены в Лондон, ей потребуются кое-какие советы, чтобы она чувствовала себя комфортно на своем первом светском рауте. Я хотела бы заручиться вашей помощью, мистер Пакстон.

— Почту за честь, — вежливо ответил он, но Ровене показалось, что в глазах у Пакстона промелькнула тревога.

Что касается ее самой, то Ровене хотелось провалиться сквозь пол. Перл заставила подругу почувствовать себя бедной провинциальной дурочкой, которая понятия не имеет, как следует вести себя в цивилизованном обществе.

Перл, оглянувшись, поймала на себе укоризненный взгляд Ровены:

— Извини, дорогая, мне нужно было сказать это по-другому. Я лишь имела в виду, что в Оукшире у тебя было мало возможностей отшлифовать навыки, необходимые в обществе. Скажи, например, когда ты в последний раз танцевала?

— По правде говоря, давненько. — В действительности она не танцевала со времени последнего урока с учителем танцев, а было это четыре года назад. — Но мне, наверное, не обязательно танцевать?

— Не танцевать на балу? — удивленно подняла тонкие брови Перл. — Балы для того и устраивают. И я не хочу, чтобы ты подпирала стены или обсуждала в уголке политические вопросы. Тем более на своем первом балу.

Ровена, судорожно глотнув, кивнула, хотя рассчитывала заниматься на балу именно этим.

— В таком случае ты, наверное, права: мне нужно сначала попрактиковаться. — Ей было безумно неудобно, что мистер Пакстон стал свидетелем этого унизительного разговора.

— Значит, договорились. Начнем сразу же после завтрака, потом восстановим в памяти самые популярные карточные игры, потому что субботу я намерена отвести под игру в карты.

К ним подошел лорд Хардвик, и Ровена обрадовалась, что не будет больше в центре внимания. Завязался оживленный разговор, а она представила себе, как будет танцевать с мистером Пакстоном. Как соприкоснутся их руки, как встретятся взгляды…

И как она наступит ему на ногу. Это будет ужасно! Она сидела, едва скрывая волнение, а лорд Хардвик и мистер Пакстон обсуждали необычайно холодную погоду.

Как только все закончили завтрак, Перл повела их в бальный зал. Слуги начищали канделябры и развешивали настенные вазы для цветов.

— Нам придется самим напевать мелодию. Не соблаговолите ли, милорд, станцевать со мной вальс?

— Хорошо, любовь моя, но только один вальс, — ответил лорд Хардвик. — А потом мне придется покинуть вас. На сегодня у меня назначено несколько встреч.

— Ладно. — Перл мило надула губки, но кивнула. — Ровена, смотри, куда я кладу руки. Стиль немного изменился с прошлого года.

— Это не имеет значения, потому что я все равно так и не научилась танцевать вальс, — пробормотала себе под нос Ровена, наблюдая за непринужденными передвижениями Перл и лорда Хардвика.

— Это не так трудно, как кажется, — раздался тихий голос у нее за спиной. Она и не знала, что мистер Пакстон стоит так близко. — Не успеете оглянуться, как научитесь великолепно вальсировать.

Ровена с благодарностью взглянула на него:

— Уверена, что на утро у вас были совсем другие планы, сэр. Я ценю, что ради меня вы готовы пожертвовать своим временем. И я надеюсь, что вы правы, хотя и сомневаюсь в этом.

— Уверен, что вы занимались более важными делами, чем танцы и флирт. Не надо себя за это наказывать. А мои планы не так уж и срочные, они могут и подождать ради такого дела.

Он все понял! Ровена начала было снова благодарить Ноуэла, но замолчала под взглядом его глаз, которые стали темно-зелеными и, казалось, старались заглянуть в ее душу.

— Ровена, ты не смотришь! — раздался настойчивый голосок Перл.

Смущенная направлением, которое приняли ее мысли, Ровена быстро оглянулась:

— Боюсь, что мне надо начать с чего-нибудь попроще. Ты даже не представляешь, какую обузу на себя взвалила, пытаясь подготовить меня к завтрашнему балу.

Перл рассмеялась:

— Ты знаешь, как я люблю сложные задачи, дорогая. Но я уверена, что тебе достаточно дать кое-какие установки. Уж я-то по опыту знаю, что ты все схватываешь на лету.