Отрекаюсь во имя любви - Рей Морган

— Надеешься? — она посмотрела в его глаза. — Зачем тебе это?

Дейн помедлил, явно подбирая слова, потом сказал:

— Ты его мать и обязана находиться рядом с ним.

Алекс неторопливо кивнула:

— Я и не собиралась разлучаться с ним. Но в то же время... — Она умолкла, размышляя, как лучше выразиться. Глубоко вздохнув, Алекс прибавила: — Я не понимаю, в качестве кого здесь нахожусь. Мне нелегко пребывать в таком неопределенном положении.

Дейн смотрел на нее так, будто не понимал, о чем она говорит.

Алекс продолжала:

— У меня такое чувство, будто я хожу по раскаленным углям. Иногда я даже не знаю, куда сделать шаг и что сказать.

Он пожал плечами:

— Ты мать молодого наследного принца и обладаешь определенным статусом, несмотря ни на какие обстоятельства.

Она тряхнула головой, будто возмущаясь тем, что он не понимает ее:

— Что в этом проку, если я живу во дворце как пленница?

Он нахмурился и резко произнес:

— Ты к этому привыкнешь. Просто должно пройти время.

Алекс вздохнула, чувствуя себя утомленной этим разговором. Дейн не хочет ее понимать. Неужели до него не доходит, что она мучается, находясь в таком положении? Разве Дейну непонятно, что отношения между их семьями теперь станут еще хуже?

Она общалась по своему сотовому телефону с друзьями и узнавала, что ее братья собирают так называемое сопротивление, в ряды которого входят преданные им люди. Они делают это, заявляя, что их сестра и племянник похищены Дейном и что этому необходимо положить конец. Алекс понимала, что ее пребывание во дворце еще больше осложнит ее отношения с отцом.

Кроме того, ее смертельно больной отец находился в больнице в нескольких сотнях миль от Карнетии. Алекс должна быть рядом с ним, по это невозможно.

— Есть то, что не изменится к лучшему, даже если пройдет много времени, — сказала она. — Некоторые обстоятельства нельзя изменить. К примеру, я очень хочу встретиться со своим отцом, но не могу.

— Из-за того, что он не хочет тебя видеть?

— Не только. — По правде говоря, Алекс давно пробралась бы в больничную палату отца, если бы рядом с ней постоянно не дежурили ее братья. — Если я поеду к нему, кто даст мне гарантии, что ты позволишь мне вернуться во дворец?

Он уставился на нее:

— Тебя только это останавливает? То есть ты мне совсем не доверяешь?

Она взглянула на него широко раскрытыми глазами. Неужели Дейн не понимает ее?

— Как я могу тебе доверять? Ты заявил, что мы по-прежнему враги, ты ненавидишь мою семью, ты забрал у меня моего ребенка.

Дейн начал злиться. Больше он уже не мог сдерживать эмоции.

— Алекс, ты можешь ехать на все четыре стороны, я не стану тебя удерживать.

— Но и вернуться мне ты не позволишь, так?

Он помедлил, потом произнес:

— Мне все равно. Я не вижу причин не позволять тебе вернуться во дворец. Однако обстоятельства могут измениться к моменту твоего возвращения.

— Вот видишь? — она всплеснула руками и свирепо посмотрела на него, ее зеленые глаза метали молнии. — Я же говорила, что так и будет! Если я уеду отсюда, то мне придется нанимать адвоката и начинать против тебя судебное разбирательство. Если ты не позволишь мне вернуться, я затаскаю тебя по всем судам, какие есть в этом мире.

Он помрачнел, его взгляд стал суров настолько, что Алекс немного испугалась.

— Если ты хочешь потратить несколько своих лет на судебные разбирательства, валяй! Поверь, у меня лучшие в мире адвокаты, больше денег, да и суды подвластны мне, а не тебе. Ты проиграешь в любом случае.

Алекс понимала, что Дейн прав. Повернувшись, он вышел из комнаты, а она вздохнула и тихо рассмеялась. По меньшей мере теперь Дейн узнал о ее чувствах и, возможно, узнал о ней для себя много нового. Лучше обо всем сразу рассказать, нежели таиться.

Робби икнул, и она снова рассмеялась.

— Спасибо за то, что таким образом поддержал мою точку зрения по этому вопросу, — поддразнила она Робби. — Пойдем, малыш, тебе пора купаться.

После рождения ребенка Алекс поклялась, что, несмотря ни на какие обстоятельства, никогда не будет уделять Робби меньше времени в угоду кому-то или чему-то. Она понимала, что в этой жизни только ребенок был для нее единственным смыслом существования.

На следующее утро, когда в комнату Алекс принесли завтрак, она обнаружила на подносе записку.

«Если погода будет хорошей, давай прогуляемся с Робби к водопаду в десять часов утра», — было написано в записке.

Алекс вздохнула. Она провела бессонную ночь. Все время ворочалась, обдумывая, как меньше видеться с Дейном и сделать так, чтобы он оказывал на Робби меньше влияния. Однако, получив утром записку, тут же забыла обо всем, и ее сердце радостно затрепетало.

— Какая же я все-таки дура! — пропела Алекс, меняя Робби подгузник.

Когда Алекс уже заканчивала завтрак, в комнату вошла Карла, одетая в красивый трикотажный костюм.

— Привет! — весело произнесла она.

Судя по разговорам, Карла несколько месяцев назад сильно похудела, и теперь всем своим видом напоминала, модель.

— Она явно в кого-то влюблена, — смеясь, сказала Грейс, обращаясь к Алекс, и та согласилась с няней.

— Я зашла поздороваться с молодым принцем, — Карла наклонилась и взяла Робби за пальчики. — Я хочу предупредить, что скоро День Благотворительности, — она многозначительно посмотрела на Алекс.

Алекс тряхнула головой. Она едва помнила о каком-то там Дне Благотворительности, который по традиции организовывала королевская семья. Будучи у власти, семья Акредонна уделяла подобным мероприятиям не слишком много внимания.

— Зачем ты меня об этом предупреждаешь? — рассеянно спросила она Карлу.

Карла улыбнулась:

— Потому что я намерена вытащить тебя из дворца в этот день.

— Нет, это невозможно, — сказала Алекс.

— Возможно. Дейн даже не узнает об этом.

Алекс состроила гримасу:

— О чем ты говоришь?

— Я организую в этот день маскарад. — Карла хихикнула. — Ты непременно должна пойти. Я уже подобрала тебе наряд. Все это ради тебя. Ну, и еще по одной причине.

— Карла! Я считаю, что не должна этого делать.

— Я не принимаю никаких отговорок! Я наконец появлюсь в свете, и хочу, чтобы все мои друзья были рядом со мной.

Алекс нахмурилась.

— По-моему ты немного старовата для первого выхода в свет, — выпалила она. — О, я имела в виду, что...

— Не беспокойся. Я сама чувствую себя переростком, но они заставляют меня так поступать. — Она наклонилась, чтобы прошептать Алекс на ухо: — Они еще не догадываются, что я пригласила нескольких неблагонадежных друзей.