Королевский пурпур - Сьюзен Барри

Пол Эйвори».

— Ничего себе! — протянула Августина, глядя на компаньонку своей госпожи совершенно другими глазами.

— Я… я… поверить не могу, что это мне! — воскликнула Люси и с сияющими глазами взяла в руки цветы, наслаждаясь их видом, ароматом, прохладой. О том, сколько стоит такая роскошь, Люси боялась и подумать.

Более практичная Августина изучила крышку и, обнаружив название цветочного магазина, высказала предположение, что джентльмен, приславший цветы, не иначе как купается в золоте. А если нет, то, значит, Люси произвела на него сногсшибательное впечатление — ведь такой букет стоит гораздо больше, чем они тратят на фрукты и овощи за месяц.

Люси улыбнулась тому, что Августина все переводит на домашнее хозяйство, и напомнила, что в последний раз они покупали роскошные фрукты, когда графиня болела гриппом и распорядилась, чтобы ей подали большой и сочный ананас. А что касается того, что мистер Эйвори купается в золоте… Люси покачала головой.

— Нет, это не так, — сказала она.

Августина предложила Люси помочь ей расставить цветы, и из шкафов были извлечены разнообразные вазы. Когда графиня увидела в гостиной целую выставку цветов, у нее приподнялись брови, но она не стала задавать вопросов, а лишь сказала, чтобы одну из ваз Люси унесла к себе в комнату.

— Уверена, ваш обожатель будет рад, если вы сделаете именно так, — довольно сухо заметила она.

На следующее утро Люси позвали к телефону. Звонил Пол Эйвори. Он спросил, не сможет ли она позавтракать с ним на следующий день, в субботу.

— У вас… выходной? — осведомилась Люси, затаив дыхание. Она почти видела, как он улыбается.

— Да.

— Я должна спросить у графини, — задыхаясь, сказала Люси.

— Тогда, может быть, спросите сейчас, пока я не повесил трубку? У меня трудный день, и боюсь, что не смогу перезвонить вам позже.

С некоторой робостью Люси предстала перед графиней. Старая дама была не в лучшем настроении. Она плохо спала, ее беспокоил ревматизм, кроме того, она заявила, что из-за такого количества цветов в доме у нее начинается сенная лихорадка. В лихорадку Люси не поверила, но бессонница и ревматизм сомнений не вызывали. Глаза у госпожи были усталые, и, когда она хотела что-нибудь взять, руки ее не слушались.

— Не знаю, могу ли я отпустить вас на целый день, — отозвалась она на просьбу Люси. — А если вы завтракаете с этим человеком и у него выходной, то, полагаю, он намерен провести с вами весь день?

— Не знаю, — ответила Люси, думая про себя, что надеяться провести весь день в обществе Пола Эйвори было бы уж слишком. — Конечно, если вы не можете меня отпустить…

— Я не сказала, что не могу, — резко прервала ее графиня, — я сказала, что не знаю. Но поскольку мне невыносимо видеть, как вы слоняетесь по дому с таким видом, будто вас чего-то лишили, отвечаю вам: вы можете уйти на целый день, если вам так хочется. Только не превращайте день в ночь! Вот все, что я требую.

— Конечно нет, — с благодарностью выдохнула Люси. — Мне это и в голову не приходило.

— Возвращайтесь к шести.

— О да, мадам.

— Не вешайте нос, дитя мое, — улыбнулась графиня. — Вы заслужили выходной день, ведь я не помню, когда он у вас был. И постарайтесь развлечься. Позаботьтесь о том, чтобы выглядеть как можно привлекательнее, но не вскружите этому молодому человеку голову окончательно. Помните, количество ваз в доме не беспредельно!

Люси побежала в холл к телефону сообщить Полу Эйвори, что все в порядке. Она призналась, что графиня отпускает ее на целый день, и опять представила себе, как в его глазах засияла улыбка. Но вернуться надо к шести.

— Прекрасно! — отозвался он, и Люси впервые послышалось, что он говорит с легким американским акцентом. — Я позабочусь о том, чтобы вы оказались у дверей вашего дома ровно в шесть. Если можно, я позвоню вам днем.

— Конечно, — согласилась она и стала благодарить его за цветы. — У меня никогда в жизни не было столько цветов сразу.

— В таком случае мне жаль, что я не удвоил заказ. Но это можно поправить в будущем. До завтра, Люси!

Она повесила трубку и продолжала стоять в холле, вдыхая пряный аромат цветов.