Привычка ссориться - Рейчел Бейли

— Давай выкладывай свои правила, — вздохнула Люси, сидя на диване и все еще прижимаясь к Хайдену. Чем быстрее они все обсудят, тем быстрее смогут перейти к тому, чем им сейчас обоим хочется заняться. Только вспомнив, как Хайден только что ее целовал, Люси почувствовала, что у нее слегка закружилась голова.

— У нас не может быть никаких длительных отношений, так что все ограничится одной ночью.

Люси расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки.

— Как скажешь. — Сейчас она была просто не в силах о чем-то спорить.

Руки Хайдена неподвижно замерли на ее бедрах, но даже сквозь рубашку она чувствовала, как бешено бьется его сердце.

— И об этом никто не должен знать.

— Никому ни слова, — пообещала Люси, расстегивая вторую и третью пуговицы. А затем четвертую.

— И мы оба обещаем ни при каких обстоятельствах не использовать это друг против друга.

— Мы бы и так никогда этого не сделали, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза.

— Ты не можешь знать, что я стану делать.

— Могу. — Она еще ни разу в жизни не встречала настолько честного человека. И настолько горячего.

— Согласна? — спросил он, все так же глядя ей прямо в глаза.

— Согласна. — Сейчас бы она согласилась на что угодно, лишь бы он снова ее поцеловал.

И только тогда он наконец-то прижал ее к себе и приник губами к ее губам, а сама Люси крепко вцепилась ему в плечи, чтобы он больше не смог отстраниться. Сколько же раз за последние дни она об этом мечтала! Всем телом чувствуя его крепкие мускулы, Люси буквально таяла в его руках.

Когда же они наконец-то оторвались друг от друга, чтобы немного отдышаться, в глазах Хайдена ясно светилось желание.

— Люси, — выдохнул он, — я так хотел тебя все эти дни, что едва не сошел с ума.

Приятно слышать, что не она одна промучилась все эти дни.

— С тех пор как я тебя встретила, я ни на чем не могу сосредоточиться.

Застонав, Хайден усадил ее на себя верхом, и Люси сразу же как можно плотнее к нему прижалась, чувствуя его напрягшуюся плоть, а Хайден одним движением расстегнул пуговицы на ее блузке и, целуя в плечи, неторопливо стянул ее и отбросил прочь.

— У тебя необычайно нежная кожа, — выдохнул он, лаская тонкую шею и снимая с нее бюстгальтер. Его глаза помутнели от желания, пальцы спускались все ниже, а следом за пальцами спускались и губы, и, когда он принялся целовать и посасывать ее груди, Люси запустила пальцы ему в волосы, еще крепче прижимая к себе.

— А ты отлично умеешь обращаться с женщинами, — выдохнула она.

— Просто я слишком долго о тебе мечтал, — прорычал он.

Не в силах насытиться его прикосновениями, Люси сорвала с Хайдена рубашку и провела руками по его мощной груди, куснула в плечо, но ей и этого было мало.

Хайден просунул руки между их телами, расстегнул ей брюки и провел пальцами по атласным трусикам, и Люси сразу же подалась ему навстречу. Она еще ни разу в жизни не испытывала ничего подобного, она буквально сходила с ума от желания.

Тут Хайден вновь уложил ее на диван, и, глядя на него снизу вверх, она вновь залюбовалась красотой мужчины, этой ночью принадлежащего ей и только ей. Она навсегда запомнит эту ночь, после которой ничто не останется прежним.

— Хайден, — прошептала она, и он снова склонился над ней, жадно целуя ее в губы, и она обхватила его ногами, стараясь прижаться к нему еще крепче, еще плотнее. Она вся дрожала от желания, ее сердце бешено билось и…

— В твоей бездонной сумке наверняка водятся презервативы, — прошептал Хайден, мигом ее отрезвляя.

Презервативы?

— Нет. — Люси быстро перебирала в уме содержимое сумки. — А у тебя разве нет?

Выругавшись, Хайден отстранился:

— Не знаю, надеюсь, есть.

Стянув джинсы, Хайден скрылся в ванной, оставив Люси размышлять, что ей теперь делать. Например, она могла бы сбегать в аптеку, но такой долгой разлуки с желанным мужчиной она бы сейчас просто не вынесла. Еще они могли быстренько перебраться к ней домой, там презервативы точно были. Или нет, Джош спит, так что никуда они перебраться не могут. Или можно позвонить консьержу, вдруг у него есть запас?

Тут наконец-то вернулся Хайден, успевший надеть презерватив. Пока он к ней шел, Люси успела стянуть брюки и трусики.

— Слава богу! — выдохнула она, когда Хайден вновь забрался на диван, обдав ее жаром своего мускулистого тела. — А то я уже начала составлять самые нелепые планы, как бы нам с тобой раздобыть искомое.

— Я с радостью их выслушаю, — пообещал он, кусая ее за ухо, — но сперва мне нужно кое-что сделать.

И, сразу же перейдя от слов к делу, Хайден принялся ласкать ее губами и руками, пока у нее не закружилась голова.

— Сейчас, — простонала она, извиваясь всем телом, — пожалуйста.

Сладкая пытка продолжалась еще пару секунд, и лишь тогда Хайден наконец-то вошел в нее одним мощным движением. Мир стремительно закружился, а сама она по-настоящему ожила. Еще плотнее обхватив его ногами, Люси полностью отдалась во власть ощущений, но, даже несмотря на ее хватку, Хайден задвигался, и Люси буквально растаяла, сливаясь с ним в стремительном танце.

Она взлетела до самых звезд и парила в вышине, подхватывая заданный ритм и слыша, как Хайден шепчет, что она прекрасна. С каждой секундой они двигались все быстрее и быстрее, их тела окутывало невидимое сияние, и она изо всех сил впилась ногтями ему в плечи, а он все сильнее и сильнее вонзался в нее, и Люси чувствовала, как внутри ее нарастает волна наслаждения, и не в силах сдерживаться она выкрикнула его имя, чувствуя, как они одновременно заходят за грань.

Лежа на диване рядом с Люси, Хайден разглядывал потолок. Еще ни разу в жизни он не совершал подобной глупости. И это при том, что всевозможных глупостей в его жизни было больше чем достаточно.

Занимаясь любовью с Люси, Хайден чувствовал, как под ним дрожит земля, а сам он едва не сошел с ума от наслаждения, но все равно — это величайшая глупость в его жизни.

И зачем он начал устанавливать какие-то глупые правила? Просто чтобы успокоить свою совесть и разрешить себе переступить все мыслимые границы и затащить ее в постель? Нет, она ему, конечно, нравилась, наверное, даже слишком нравилась, но это все равно не отменяло того, что она врала, прикрывая отчима, и в открытую признала, что пойдет практически на все, лишь бы спасти Грэхама Бойла.