Волшебная ночь в Риме - Элли Даркинс

Едва он вошел в дом, как мимо него промчалась Лили. На ней не было рубашки.

– Все в порядке? – крикнул он ей вслед, понимая, что должен немедленно отвести взгляд от изгибов ее талии и обнаженной нежной кожи, но обнаружил, что моральные устои не настолько идеальны, как он привык считать. Свет как-то по-особенному падал на ее кожу, и казалось, будто она светится и искрится.

– Прости, – бросила она через плечо и забежала в свою спальню. – Вот уж эффектное появление. Я сейчас оденусь.

Рози лежала в детском кресле-качалке на кухне, держа в ручках бутылочку с остатками смеси, и, как догадался Ник, пролила большую часть смеси на себя и Лили, пока та вытирала ее бумажными кухонными полотенцами. Лили внезапно обернулась, и он отвел взгляд, не в силах смотреть на нее. Он по-прежнему видел перед своим мысленным взором ее обнаженную кожу, округлость плеча, изгиб талии.

Нет. Любоваться ее плечами – куда ни шло, но существуют границы, которые переходить не следует.

Ник смотрел на Рози и струйку молока, стекающую по ее подбородку. С наигранным недовольством схватил муслиновую тряпочку и принялся вытирать молоко с абсолютно невозмутимым видом. Не было необходимости вытаскивать ее из кресла, но Ник не мог оставить ее мокрой. Если собирался больше времени проводить с Лили, он не мог не обращать внимания на малышку.

Через несколько минут на кухню вошла Лили. Она натянула тенниску, которая скрыла от его взгляда все пикантные подробности ее тела.

– Спасибо, что помог. Я было сама взялась за это, но сделала только хуже. В конце концов, мы оба перепачкались.

– Все в порядке. – Он протянул ей тряпочку, вновь перекладывая на нее ответственность. Его взгляд был прикован к вырезу тенниски, где ключица плавно сливалась с плечом и с нежной кожей ее шеи.

Лили прижала к себе светловолосую головку Рози, и Ник отвел взгляд. Представил, как чудесно было бы оказаться на месте Рози, прижаться губами к нежной коже за ухом Лили и вдохнуть ее запах, как сейчас это делала Рози.

Всю следующую неделю, пропадая на работе по четырнадцать часов, Ник только и думал о том мимолетном поцелуе в щеку, о прикосновении ее нежной теплой кожи, фруктовом аромате шампуня и о жаре, исходящем от нее и словно обволакивающем его. Долгие одинокие ночи он строил планы, которым не суждено осуществиться. Грезилось вновь столкнуться с ней в том месте, где оборвался поцелуй, снова прижаться щекой к ее щеке, но на этот раз развернуть ее к себе лицом, приникнуть к губам, подхватить на руки и броситься в ее спальню, на кушетку или к кухонному столу.

– Мне очень жаль. Я пообещала, что приготовлю ужин, а сама еще и не начинала! – воскликнула она, качая Рози, заодно пытаясь убрать бумажные салфетки и муслиновые платки и грязную посуду, оставшуюся после завтрака, с кухонной стойки. – Представь, я даже не заметила, как быстро пролетело время.

Рози никак не желала успокаиваться. Пришлось Нику самому доставать продукты из холодильника и пытаться придумать, что бы такое приготовить на ужин.

– Не стоит. – Лили пыталась его отговорить, продолжая укачивать Рози. – Я скоро освобожусь.

– Не беспокойся, позволь мне все сделать самому. Я люблю готовить.

Лили удивленно взглянула на него.

– Скрытые таланты?