Притяжение - Фрэнсис Дикинсон

Боже, ну что же это такое? Жжение немного ослабло, но аппетит пропал полностью. А ведь все из-за того, что он элементарно не выспался. Не выспался, потому что до трех ночи смотрел фильмы с участием Линды Моррисон. Глядя на нее, такую соблазнительную, сексуальную, невероятно красивую, то трогательно нежную и милую, то отчаянно решительную и дерзкую, он испытывал все те чувства, на которые и рассчитывают создатели картин. Подобно тысячам других мужчин, он любовался Линдой Моррисон, млел от ее чар, наслаждался ею и желал ее. Уже выключив видеомагнитофон и закрыв наконец глаза, Джейсон еще долго ворочался, сопел и проклинал заезжую искусительницу, себя, идиота, и чертовку-судьбу, подбросившую ему такое испытание. Под утро он все же уснул, твердо пообещав себе никогда больше не видеться с Линдой Моррисон.

Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Ни за что на свете. В его возрасте покой дороже всего. Покой и душевное равновесие.

В поисках равновесия Джейсон позвонил родителям и уже через минуту понял, что совершил очередную ошибку: мать попросила отвезти ее к подруге, живущей на другом конце города.

Как оказалось, поездка к подруге была для миссис Кэхилл лишь предлогом, чтобы завести с ним разговор на излюбленную тему. Некоторое время она сидела молча, сжимая в руках розовую кожаную сумочку и глядя прямо перед собой, потом повернулась к сыну и пристально посмотрела на него.

— Кто она?

Джейсон удивленно вскинул брови.

— О ком ты говоришь?

— Не притворяйся, что не понял. Тебя видели вчера с женщиной. Кто она?

— Черт возьми, мама, ты меня поражаешь! Откуда у тебя такие сведения? С кем меня видели? И кто?

— Тебя видели с ней в нескольких местах. Перечислить?

Он знал, что она не лукавит, что тайная сеть пенсионеров-информаторов работает лучше любой спецслужбы и что мать знает о его вчерашнем дне даже то, что он сам уже успел позабыть.

— Когда только вам это надоест, — со вздохом пробормотал Джейсон.

— Что надоест?

— Держать меня под колпаком. Следить за каждым моим шагом. Собирать материалы и вести досье. Мама, мне сорок лет! Как по-твоему, я имею право на личную жизнь?

— Это риторический вопрос. Кстати, сорока тебе еще нет, и только это позволяет надеяться, что ты еще поумнеешь, образумишься и обзаведешься семьей. — Миссис Кэхилл имела свои взгляды на жизнь, и никто, включая мужа и сына, не мог поколебать ее в них. — Мужчина без семьи все равно что дерево без корней.

Джейсон промолчал, прекрасно понимая, что в этой дискуссии у него нет ни малейшего шанса.

— Итак, кто она? — вернулась к главному для себя вопросу миссис Кэхилл. — Надеюсь, ты узнал хотя бы, как ее зовут?

— Линда Моррисон, — пробормотал Джейсон, сдавая последнюю позицию. — Внучка Саманты Стоукросс. Приехала по поводу наследства.

— Линда Моррисон? — Миссис Кэхилл наморщила лоб. — Гм, Саманту я хорошо знаю…

— Мама, мы приехали, — прервал ее Джейсон, останавливаясь напротив небольшого Домика на окраине города. — Или ты ошиблась адресом?

— У меня с головой пока еще все в порядке. Да, приехали. — Миссис Кэхилл повернула ручку дверцы. — Так, говоришь, Линда Моррисон? Уж не та ли это девочка, которая уехала в Калифорнию, а потом стала сниматься в кино? Помню, Саманта еще говорила, что ей не очень повезло с мужем…

— Не знаю, мама, что там говорила тебе Саманта, но Линда Моррисон задержится здесь не больше чем на пару недель.

— Ну, это еще как сказать. Она может задержаться и подольше, если будет ради кого. Мужчины в наше время такие вялые. Вместо того чтобы идти к цели, они начинают рассчитывать, оценивать, анализировать варианты и в итоге приходят к выходу, что шансов у них нет, а если и есть, то они слишком малы и не стоят усилий. Вот женщинам и приходится брать инициативу в свои руки. А потом все удивляются, почему это браки такие непрочные. Женщина для мужчины — трофей, и ценить ее он будет только тогда, когда завоюет ее. Ценить, беречь и охранять.

— Мама, с твоими взглядами надо было жить в Средние века, — усмехнулся Джейсон. — Теперь отношения строятся на других принципах.

— Не надо мне про принципы, — сурово перебила сына миссис Кэхилл и открыла дверцу. — Все принципы в Библии изложены, и ничего нового с тех пор люди не придумали. Так что подумай. — С этими словами она ступила на мощенную каменными плитами дорожку, захлопнула дверцу и бодро двинулась к крылечку, на котором ее уже ждала улыбающаяся подруга.

Джейсон же, развернувшись, покатил в центр. День начинался как обычно, и менять что-то в устоявшейся рутине он не стал, хотя его и тянуло изменить маршрут и заглянуть в гостиницу. Что толку тратить силы и время на женщину, которая рано или поздно вернется в солнечную Калифорнию, в свой сказочный мир. Да и что он, Джейсон Кэхилл, может предложить такой, как Линда Моррисон? Место за прилавком книжного магазина? Недостроенный дом с видом на ущелье? То-то и оно. Ему просто нечего бросить на чашу весов. К тому же у нее наверняка есть семья и муж, которому ничего не стоит преподнести супруге на день рождения «феррари» последней модели, круиз вокруг света или бриллиант в тридцать каратов. Каждому свое.

Странное дело, но от таких мыслей ему не стало легче. Скорее, наоборот. К тому времени, когда Джейсон вошел в книжный магазин и поздоровался с Лиз, война между логикой и желаниями достигла кульминации, что вовсе не шло на пользу бизнесу.

Ровно в половине одиннадцатого Линда постучала в уже знакомую дверь с табличкой «Гринсберг, Гринсберг и Росс». Встретившая ее в приемной мисс Росс сообщила, что мистер Шон Гринсберг на месте и готов принять посетительницу немедленно.

— Спасибо, мисс Росс.

— Пожалуйста, мисс Моррисон.

Помещение, в котором оказалась Линда, когда переступила порог, представляло собой стандартный офис провинциального адвоката: на выкрашенных зеленой краской стенах висели портреты президента и губернатора, а также с десяток фотографий в рамочке и под стеклом, на которых мистер Гринсберг представал в компании каких-то серьезных людей — по-видимому, местных знаменитостей. Центральное место занимал снимок с новоизбранным губернатором Калифорнии.

Впрочем, рассмотреть фотовыставку Линда не успела, так как сам мистер Гринсберг уже поднялся из-за стола и с радушной улыбкой двинулся ей навстречу. Это был невысокого роста джентльмен — пожалуй, именно это слово характеризовало его наилучшим образом, — в темно-сером костюме, белой рубашке с накрахмаленным воротничком и узким черным галстуком, завязанным тугим, бескомпромиссным узлом. Серые глаза за толстыми стеклами круглых очков в тонкой стальной оправе казались огромными и придавали лицу несколько растерянное выражение.

— Мисс Моррисон, добро пожаловать в родной город. Очень, очень рад. Должен признаться, впервые вижу настоящую кинозвезду, так сказать, во плоти. — Он пожал ей руку, подождал, пока Линда устроится в кресле, и вернулся за стол. — Прежде всего хочу принести извинения за то, что не смог встретиться с вами вчера. Прием у мэра не то мероприятие, которое можно пропустить. Надеюсь, у вас не возникло никаких проблем?