Потерять, чтобы найти - Патриция Сили

Возвратившись на следующий день с работы, Кэсс увидела, что бежевый седан припаркован прямо возле ее дома. Но Гейба в машине не было. Кэсс почувствовала нечто, похожее на разочарование: она была почти уверена, что он и сегодня будет ее ждать. Правда, она немного задержалась в офисе. События последних дней выбили ее из колеи, и она здорово запустила дела на работе. Пришлось остаться на час, чтобы все подогнать. Но она не думала, что Гейб так скоро сдастся. Ему, верно, наскучило за ней шпионить, и он отправился прогуляться.

Возможно, не совсем точно называть это шпионажем, призналась себе Кэсс. Шпионам положено прятаться, выглядывать из-за кустов и все такое, а Гейб следит за ней совершенно откровенно. Даже пообедал с подозреваемой и остался почти до полуночи, играя в кункен^[1] и рассказывая разные забавные истории. Он так остроумно поведал Кэсс о своем наблюдении за ней, что проведенное вместе время могло бы даже сойти за свидание. А сегодняшнее отсутствие Гейба Кэсс восприняла почти как предательство.

Кэсс поднялась к себе на этаж и уже собралась вставить ключ в замок, когда услышала доносившуюся из ее квартиры тихую музыку. Она толкнула дверь и обнаружила, что та не заперта. Отсутствие Гейба в машине перестало быть тайной.

Он был у нее на кухне и резал овощи для салата, бросая их в большую деревянную миску. Услышав, как хлопнула входная дверь, Гейб поднял голову и улыбнулся во весь рот. Взгляд Кэсс должен был бы его смутить, но он явно не произвел на Гейба никакого впечатления.

— Что-то вы сегодня запаздываете, — весело сказал он.

— Да уж вижу, — процедила Кэсс сквозь стиснутые зубы.

— Послушайте, — добавил он извиняющимся тоном, — я понимаю, что вы подумали. Человек, который практически вам незнаком, приходит в ваше отсутствие к вам в квартиру…

— Вламывается, — сердито поправила его Кэсс. Все хорошие мысли о Гейбе улетучились. Их вытеснили гнев и возмущение: как он смел вторгнуться в ее личную жизнь!

— Ладно, если хотите — вламывается. Не будем придираться к словам. Однако вам не следует оставлять ключ под ковриком. Грабитель поищет ключ в первую очередь именно там. У вас могут быть неприятности, если ваша страховая компания узнает об этом, когда вы, избави Бог, обратитесь за помощью в случае грабежа. Но в данном случае вам повезло, потому что я принес продукты и намерен приготовить обед. Я долго парился в машине, поджидая вас, и боялся, что бифштексы протухнут, вино нагреется, а цветы завянут. Я позвонил вам на работу, но ваша секретарша заканчивает в пять…

— И поэтому вы влезли в мою квартиру.

— Можно сказать и так, — со вздохом признался Гейб.

— Другого названия этому нет. Уходите. Сейчас же.

Он вышел из-за кухонной стойки и направился к ней, но она увернулась и шмыгнула в спальню, надеясь хлопнуть дверью у него перед носом. Но он успел схватить ее за руку, прежде чем она сумела скрыться в своем убежище.

— Подождите. Все, что вы сказали, правильно, и ваши чувства справедливы. Но послушайте меня. Что, если все на самом деле не совсем так, как вы это себе представляете? Предположим, мы с вами друзья и планировали пообедать вместе, а вы задержались и не смогли вовремя вернуться домой. Что бы вы предпочли: чтобы я сидел в душной машине или чтобы я вошел в квартиру, зная, где вы прячете ключ? Разве не были бы довольны, если бы я, уверенный в том, что вы придете с работы уставшей, начал готовить обед, не дожидаясь вас?

— Но мы не друзья, — напомнила Кэсс.

— Разве? А мне показалось, что вчера мы здорово продвинулись в этом направлении. Мы поговорили, вкусно поели и провели вместе приятный вечер. По-моему, это было по-дружески.

— Думаю, что вы просто вели себя как профессионал: наблюдали за мной, надеясь уличить меня в чем-нибудь подозрительном. Вы же думаете, что я мошенница.

Гейб легонько погладил руку Кэсс от локтя до плеча, и она ощутила, как по спине у нее пробежали мурашки.

— Что я думаю — не имеет значения. Просто я хотел все вам объяснить. Там, где дело касается благополучия Эмили, мне приходится не поддаваться чувствам, а относиться скептически к любому, кто мог бы нанести ей вред. К сожалению, это относится и к вам. Вы понравились Эмили. Она обожает душещипательные истории, особенно, если это касается детей или животных. Она хочет помочь вам, но и я тоже. Однако это не означает, что я не должен рассуждать здраво или игнорировать разумные сомнения, которые у любого вызвала бы ваша история. Я обязан защитить Эмили.