Пари на любовь - Оливия Стрейндж

– Я вовсе не внушаема. Если бы ты видел меня на работе, подобные мысли ни за что не пришли бы тебе в голову.

– И какая же ты на работе? Неужели железная леди? – пошутил Джонатан.

А Маргарет, вместо того чтобы рассмеяться, опустила глаза. Сегодня прозвище, данное ей коллегами, почему-то не вызывало у нее гордости. Маргарет всегда казалось, что прозвище это – признание ее заслуг и умений. Но рядом с Джонатаном ей вовсе не хотелось быть железной! А вот быть леди хотелось очень. Хотелось, чтобы за ней ухаживали, чтобы защищали от любого злого сквознячка, не говоря уже о разрешении проблем и забот.

– Что это с тобой сегодня? – удивился Джонатан. – Я просто не узнаю ту настырную даму, что приставала ко мне в клубе, а потом не постеснялась прийти домой.

– Я и сама себя не узнаю в последнее время, – честно призналась Маргарет. – В вечер нашего знакомства, придя из клуба, я впервые за много лет плакала. В последний раз со мной такое было, когда муж ушел от меня.

Она и сама удивилась тому, как легко далось ей это признание, ведь много лет Маргарет убеждала себя и всех своих знакомых, что это она ушла от Мэрдока.

– Удивляюсь, как можно было уйти от такой женщины!

Маргарет вновь пожала плечами. Кажется, этот жест скоро станет у нее любимым.

– Иногда красота может и надоесть, – заметила она.

– Ты ведь не просто красивая женщина. Ты умна, в тебе есть шарм, внутренняя сила, настойчивость…

– Правильнее было бы сказать – наглость, – с кривой усмешкой поправила его Маргарет.

– Ну зачем ты так. Я все же предпочитаю называть это настойчивостью.

– Как хочешь. Сути-то это не меняет. Мужья уходят даже от самых настойчивых и красивых.

– Он ушел к другой женщине? – участливо спросил Джонатан.

– Скорее к другим деньгам. Ричарда Мэрдока в этой жизни интересуют только деньги.

– Ты все еще зла на него?

– Еще бы! – фыркнула Маргарет. – Я спокойно занималась своими делами, и вот в один далеко не прекрасный день прихожу и вижу, что его нет, а на столе записка: «Прости, но у нас ничего не получилось, я встретил другую». Если честно, меня злит не столько то, что он ушел, сколько то, что я даже не догадывалась о его намерениях! Я, оказывается, совершенно не знала мужчину, с которым собиралась прожить всю жизнь…

– Очень часто наши планы рушатся, – пробормотал Джонатан, думая о чем-то своем.

– Дело в том, что я привыкла строить свои планы так, чтобы их нельзя было разрушить.

– Тебя ранит не столько то, что муж ушел, сколько то, что твои планы разрушились?

– Конечно! Теперь-то я понимаю, что прошло бы еще полгода, и я бы сама бросила эту тряпку. Нехорошо, конечно, так говорить о собственном муже, хоть и бывшем, но Ричард предпочитал быть тряпкой, а не мужчиной.

– Может быть, и лучше, что ты не жила с ним рядом еще полгода? – осторожно спросил Джонатан.

– Нет, – отрезала Маргарет, – если бы я прожила эти полгода с ним, я бы все сделала так, как мне удобно. И успела бы уберечь себя от всяческих осложнений… Но хватит об этом! Как только я вспоминаю о Мэрдоке, у меня сразу же пропадает аппетит, а лучше, чем здесь, утки по-пекински я не ела нигде! Не хочу из-за него жертвовать своими удовольствиями.

– Как скажешь. – Джонатан мягко улыбнулся.

От меня бы ты ни за что не ушла! – вдруг подумал он. Ни через полгода, ни через год. Я бы нашел способ удержать тебя.

– О чем задумался? – поинтересовалась Маргарет, принимаясь за утку.

– О тебе конечно же!

– Джонатан Тиш, вы просто дамский угодник, – сообщила она. – Я вас сразу же раскусила.

– Тогда предлагаю тост.

– Интересно…

Джонатан поднял свой бокал.

– За то, чтобы я мог и дальше осыпать тебя комплиментами!

– Отлично! – похвалила его Маргарет. Она подняла свой бокал и добавила: – За то, чтобы у тебя хватило изобретательности не повторяться!

Они рассмеялись и чокнулись.

Когда они перешли к десерту, Маргарет вдруг попросила:

– Слушай, расскажи мне, пожалуйста, о баскетболе!

– Зачем это тебе? – удивился Джонатан.

– Тебе на самом деле нравится баскетбол?

– Да. Я даже играл когда-то за сборную колледжа.

– Еще бы, с твоим-то ростом!

– А ты конечно же была королевой бала на школьном выпускном вечере, с твоей-то внешностью! – поддразнил ее Джонатан.

– Нет, – невозмутимо ответила Маргарет и отправила в рот ложечку мороженого.

– Почему же?

– Потому что мне вовсе не хотелось перессориться со всей школой. И потом мне не идут всяческие диадемы и короны! Не хотела глупо выглядеть.

– Ты самая чудная женщина из всех, что мне встречались! – воскликнул Джонатан.

– Не знаю, как это воспринимать…

– А какие есть варианты? Может быть, я тебе подскажу?

– Это комплимент или изощренное оскорбление?

– Конечно же комплимент! – В голосе Джонатана было возмущение. – Я уже сказал, что собираюсь постоянно говорить тебе комплименты!

– Ну этот был на троечку! – Маргарет повертела кистью руки. – Так ты расскажешь мне о баскетболе?

– Господи, Маргарет! Зачем тебе это?

– Во-первых, я работаю с мужчинами, нужно же быть в курсе. Во-вторых, мне хочется знать о том, что нравится тебе. Вдруг мне понравится и баскетбол?

– Давай договоримся так: я тебя возьму на ближайший матч, объясню предварительно правила, и ты сама для себя все решишь, – предложил Джонатан.

– Отлично! Это просто превосходный вариант! – легко согласилась Маргарет. Она уже мысленно прикидывала, что бы такое надеть, чтобы и на стадионе выглядеть эффектно.

– Мне этот план особенно нравится тем, что тебе придется встретиться со мной как минимум еще один раз!

– А кто тебе сказал, что я не собираюсь с тобой больше встречаться? – удивилась Маргарет.

– Я боялся, вдруг после этого вечера ты решишь, что мы друг другу не подходим, и разработаешь какой-нибудь очередной план, – честно признался Джонатан.

Маргарет осторожно положила свою ладонь на его руку. Джонатан поднял глаза, и их взгляды встретились. Вновь все вокруг отошло даже не на второй, а на какой-то десятый план. В их мире остались только они двое.

– Знаешь, Джонатан, когда я подошла к тебе в клубе, я еще не знала, что все это закончится вот так. Мне сегодня и странно и радостно. Странно от того, что всего-то несколько часов назад я и не думала о том, что смогу вновь доверять мужчине. А радостно от того, что этот мужчина ты.