Унесенные Интернетом - Лена Филиппова

– Ну как ты? – раздался в трубке веселый Линкин голос.

– А ты как думаешь? Отправила наглеца Сашу куда подальше.

– Ты с ума сошла! Такой потрясный мужик! Верни его сейчас же! – Ее голос просто звенел от возмущения.

– Что бы ты там ни говорила, с ним я не буду. Я считаю, он меня использовал. Да, мне было с ним хорошо. Но по сути, он меня просто напоил и соблазнил, а я не хочу таких отношений. Как ты не понимаешь? Я хочу любви! Настоящей! Думаешь, я дура?

– Ань, ты не дура, в тебе сейчас просто говорит инфантилизм какой-то. Объясни, почему у тебя с ним не может быть этой самой «настоящей любви»?

– Потому что ее уже не получилось. Секс и любовь – разные вещи. И знаешь, он меня немного пугает. Его эта напористость... Честно говоря, думаю, я сама не понимаю, чего хочу. Но я знаю одно: если мужчина пытается добиться меня через постель, у него ничего не выйдет, прежде всего должно быть духовное родство, общие интересы...

– А что тебе мешает разделить его интересы, узнать его получше? Тупо это как-то с твоей стороны, Ань, честно. Обрати на него внимание. Ты ему очень нравишься, это по одному его взгляду видно. – Линка просто негодовала.

– Лин, я не хочу встречаться с человеком, который врет своей девушке. Когда-нибудь он и мне будет так же врать.

– Чтобы ты знала, он даже не называет ее своей девушкой, она у него так... для секса.

– Ну вот, и я тоже для секса. А я не хочу быть подстилкой. Тем более второй подстилкой. Точка. Мне нужен мужчина, который будет меня понимать и ценить, а не видеть во мне всего лишь Тело. Пусть Саша лучше думает, что это я его использовала, а не он меня.

– Это в тебе говорят твои феминистические убеждения. Но если мужик действительно влюбляется, он может в корне изменить весь свой образ жизни. Вспомни: сколько мужиков говорят, что никогда не женятся, потом встречают свою одну-единственную и сами предлагают ей руку и сердце, – мудрствовала моя подруга. – Может, это именно такой случай. Да, была у него девица. Ну что же, ему сразу ее бросать, как только он тебя увидел?

– Лин, он не для меня. Он мне нравится, но я чувствую, что отношения с ним не принесут мне ничего хорошего. К тому же я еще не совсем оправилась от того, что произошло с Кириллом.

– Ладно, это твоя жизнь. Но я желаю тебе только добра, ты знаешь. Что будем покупать Ольчику? – сменила тему Линка.

– Ну знаешь, так как Ольчик у нас – натура тонкая и нежная, да еще увлекается восточной культурой... я предлагаю подарить ей бонсай, только надо найти очень красивый. И приложить к этому делу книжку, как за ними ухаживать, – это дело непростое.

– Как ты здорово придумала! – воскликнула Линка. – Я завтра после работы зайду в цветочный магазин после работы и приценюсь. Ну давай, я побежала ужин готовить.

После разговора с Линкой я благополучно посмотрела первую серию «Унесенных ветром». Какой же Кларк Гейбл все-таки ушастый, но сексуальности у него все равно не отнять. А улыбка у него, как у Чеширского кота, прямо как у Сашки! Так-так, этот гад уже закрался в мои мысли! Гнать его в шею! И пусть... Тут раздался звонок. Если это Линка, я ее убью, просто покоя не дает!

– Алло! – крикнула я в трубку.

– Ну зачем же так орать, деточка ты моя? – прозвучал бархатный женский голос.

– Кто это?

– Скажем, подруга Кирилла. Меня зовут Лидия.

– Какая еще подруга? Что вы несете? И почему вы вообще мне тыкаете?

– Потому что я тебе в матери гожусь, солнышко. Мне сорок пять. Только и всего. – Она засмеялась.

– Откуда у вас мой телефон? Что вам от меня нужно? Кирилл умер, и я не желаю...

– Я всего-то хочу поговорить, – сказала она, – я пыталась тебе и раньше дозвониться, но ты, наверное, была так убита горем, что не отвечала на звонки.

Тут я вспомнила: действительно, когда была в глубокой депрессии, я к телефону не подходила, а только звонила Линке и Ольчику. Ну и мамуле, конечно. Больше никого мне слышать не хотелось.

– О чем же вы хотите поговорить? – устало протянула я.

– Не о чем, а о ком. О Кирюше, естественно.

– У вас с ним что-то было? – неожиданно для себя спросила я. Мне тут же вспомнился Саша с его Машей. Нет, все парни точно кобели.

– О! – воскликнула она. – Было, да подольше, чем у вас. Я знала его больше пяти лет. И именно благодаря мне он добился определенных успехов в своем бизнесе. Понимаешь, лапуля, у моего муженька, и соответственно у меня, водятся большие деньги, и я убедила его вложить некоторые средства в бизнес Кирилла. Он учился в университете вместе с моим сыном, так мы и познакомились. Он мне сразу понравился, захотелось как-то его опекать, помогать ему, понимаешь, милая моя? – слащаво-приторным голосом вещала она. – Он не смог мне отказать – несмотря на свои сорок пять, я выгляжу всего на тридцать, можешь мне поверить, – она усмехнулась, – так вот, потом он где-то подцепил тебя, и у него снесло крышу. Я сказала ему, что не хочу его отпускать. А он сказал, что не желает отпускать тебя... И мне ничего не оставалось, как с этим смириться.

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Значит, он мне все-таки изменял! Губы у меня пересохли, и я дрожащим голосом спросила:

– Зачем вы мне все это говорите? Мне кажется, теперь это мало что меняет.

– Ну, знаешь ли... хотела открыть тебе глаза. И потом... у меня кое-что для тебя есть, – с некоторым ехидством произнесла она.

– И что же? – с горечью спросила я.

– Как что? – Она усмехнулась. – Ваши обручальные кольца – Кирилл отдал их на хранение мне.

Великолепно. Обычно кольца отдают шаферу. Но некоторые женихи, как оказывается, больше доверяют любовницам. Да уж, хорош был мой любимый, нечего сказать.

– Мне они не нужны, – процедила я, изо всех сил сдерживая рыдания.

– Так что же мне с ними делать? – искренне удивилась она.

– Что хотите, – устало ответила я. – Вы вообще думаете, это нормально: звонить мне после смерти жениха, делать такие заявления, как только что, и ждать от меня адекватной реакции?

– Я, между прочим, тоже переживаю! – прокричала она. – И как вообще Кирилл мог позариться на такую зануду? Ужас, кошмар!

Я бросила трубку. Это же энергетический вампир, маньячка, и ей надо лечиться... Но тут на меня снизошло озарение: ведь сути дела это не меняет. Кирилл мне изменял. И не важно с кем. Важен сам факт. Казалось, мир снова рухнул, теперь во второй раз.

Я сползла по стене на пол прямо у телефонного столика. Мои глаза словно ослепли, все горело каким-то ярко-белым, серебристым цветом, предметы потеряли очертания. Горло сковали судороги, и из груди вырвался сдавленный кашель. «Не может быть», – стучало в висках. Но я ведь не виновата. Я даже не знала о том, что он спит с какой-то старой бабой... Боже мой! Пережить его смерть во второй раз? Нет, я этого не вынесу! Как теперь можно во что-то верить...