В омуте колдовских глаз - Джули Беннет

Аннабель замерла, подозрительно глянув на него.

– Зря старались, Ромео. Я не пойду с вами на пикник.

Ее поспешный отказ вызвал у него улыбку. Кольту тоже не особо хотелось ужинать с ней, потому что все его мысли занимали складки на простынях и сеновалы. Кроме того, совместный ужин был бы слишком интимным делом.

– Я попросил Уинни приготовить для вас ужин.

Он поставил корзинку на одну из лавочек и подошел к Аннабель.

– Уинни? Одна из вашего гарема наложниц, которые почтительно кланяются вам каждый раз, когда вы отдаете приказы?

Кольт не сдержался и громко захохотал. С Аннабель Картер не соскучишься. Они могли бы подружиться, если бы не ее поместье и его гормоны.

– Вообще-то Уинни – моя кухарка, но она будет в восторге от ваших умозаключений.

– Зачем она утруждала себя? – подозрительно спросила Аннабель. – Я сама могу приготовить себе ужин.

– Не спорю. Но вы вчера очень устали, и тем не менее вам пришлось дома заниматься готовкой. А потом я услышал, как вы сказали своему отцу, что встали сегодня в четыре утра, чтобы покормить Эмили. И я уверен, что вы поднимались точно так же, чтобы покормить Люси. Поэтому я решил немного помочь.

Кольт не знал, как она отреагирует на его поступок. Эта женщина держала его в постоянном напряжении.

Аннабель вскинула руки и отвернулась, а потом так же резко повернулась обратно.

– Вы не можете так поступать, – почти что крикнула она. – Я стараюсь ненавидеть вас, каждый раз твержу себе, что вы враг. Но в то же время мне хочется верить, что вы не чудовище и в конечном итоге мне не придется страдать.

Кольту стало стыдно, но он не мог позволить чувству вины помешать его планам. Черт бы их побрал. Аннабель затронула что-то глубоко в его сердце, и он понятия не имел, что делать, чтобы исход дела был менее болезненным для нее. В этой истории не было счастливого конца.

– Вы ведете себя слишком любезно, и я не понимаю, что вы задумали, – едва слышно добавила она, и Кольт подошел к ней еще ближе. – Если вы пытаетесь соблазнить меня, можете не тратить понапрасну время. То, что я считаю вас привлекательным, еще ничего не значит. Я не могу…

Кольт схватил ее за плечи и прижал к деревянному столбу между стойлами.

– Вы считаете меня привлекательным?

– Я вам больше ничего не скажу, – закрыв глаза, выдохнула Аннабель.

Кольт и так догадывался, что нравится ей, но, когда она призналась об этом вслух, его тело тут же напряглось. Его волновал игравший на ее щеках румянец, ее мускусный аромат и то, как тяжело вздымалась ее грудь. Кольт мог запросто воспользоваться тем, что они остались одни, и он знал, что Аннабель не будет возражать.

Он слегка коснулся губами ее губ.

– Мужчине легко привыкнуть к комплиментам от красивой женщины, – прошептал Кольт.

– В таком случае вам следует поискать красивую женщину, которая захочет делать их, – пробормотала Аннабель.

Кольт слегка куснул ее за губу.

– Я уже нашел ее.

– Кольт, – выдохнула девушка и положила руки ему на грудь.

То, как она произнесла его имя, заставило его сердце биться сильнее. Аннабель не делала никаких попыток оттолкнуть его, и ее голосу не хватало убедительности.

Кольт не мог понять, почему его охватило такое отчаянное желание. Он всегда держал себя в руках, но с Аннабель просто терял голову. Ему следовало бороться с влечением к ней, но в то же время ему доставляло огромное удовольствие соблазнять ее.

Одной рукой он коснулся ее щеки, а вторую положил ей на талию. Его палец скользнул под край майки Аннабель. О такой гладкой коже можно было только мечтать… что он и делал каждую ночь.

– Я хочу тебя, – прошептал Кольт.

– Нет, ты хочешь контролировать меня.

– Только в постели.

– Ты слишком откровенный.

– Я бы сказал – честный, – поправил ее Кольт и снова коснулся ее губ.

– Ты не понимаешь, что делаешь, – пробормотала Аннабель. – Ты не хочешь меня.

– Поверь мне, я прекрасно знаю, чего хочу, и это ты.

– Но ты должен знать, что я…

– Что?

– Не для тебя, – оттолкнула его Аннабель.

Она подняла корзину и повернулась к нему спиной. Ее плечи поникли, словно она проиграла какую-то битву. Кольт сходил с ума от желания и думал о том, что они оба только выиграли бы, если бы Аннабель перестала бороться с влечением к нему.

– Отвези меня домой, – прошептала она.

Когда он не сдвинулся с места, Аннабель повернулась к нему, и в ее глазах блестели слезы.

– Пожалуйста.

Кольт не хотел думать о том, какую внутреннюю борьбу она ведет. Он не хотел сложностей, он думал всего лишь о сексе.

Похоже, с Аннабель придется повозиться, но Кольт не собирался сдаваться. Их влечение было взаимным. Он слышал, как гулко билось ее сердце, и чувствовал, как она слегка прильнула к нему, прежде чем оттолкнуть.

И рано или поздно он высвободит ее страсть.

Когда она доставала еду из корзинки, ее руки все еще дрожали.

Неужели Кольт позаботился о ней только потому, что услышал о ее напряженной домашней жизни… Аннабель не находила слов, чтобы описать охватившие ее чувства.

Она вспоминала ту страстную сцену в конюшне. Но в машине Кольт вел себя как настоящий джентльмен и даже купил пакетик собачьего корма для щенка. Этот мужчина сбивал ее с толку, но никого в жизни она не хотела так сильно, как Кольта Эллиота.

– Что это за корзинка? – В кухню вошел отец с Эмили на руках.

– Ужин. А где Люси?

– Играет в манеже. Так откуда вся эта еда?

– Ее приготовила кухарка Кольта, – не глядя на отца, ответила Аннабель.

– Вот как? – удивился он. – Кажется, вы с ним подружились.

Вряд ли ее чувства можно было назвать дружескими. Аннабель злилась на себя за то, что испытывала влечение к Кольту, но ничего не могла поделать с собой. Даже к Мэтту ее не тянуло с такой силой, как к нему. Аннабель думала о том, что, будь она помолвлена с Эллиотом, вряд ли бы стала ждать до самой свадьбы.

– Бель? – Отец помахал рукой у нее перед носом. – Что происходит? Ты приносишь домой эту еду, а потом я вижу у тебя на лице мечтательное выражение. Этот мальчишка Эллиот пристает к тебе?

Мальчишка? Ничего подобного. Кольт был мужчиной до мозга костей.

– Пап, он мой босс. Ничего больше. Как Эмили чувствует себя сегодня? – решила сменить тему Аннабель.

– Утром еще была невысокая температура, но она больше не поднималась, – ответил отец, доставая тарелки из шкафа.