Знаю, позовешь меня - Мишель Смарт

– Я должна знать об их состоянии.

Он рассердился:

– Неужели все врачи так опекают своих пациентов?

Она поджала губы:

– Понятия не имею. Мне не важно, чем занимаются мои коллеги в рабочее время.

– А куда подевалась профессиональная выдержка? Я думал, врачей обучают держать дистанцию.

Ее глаза гневно сверкнули.

– Проверка состояния моих пациентов говорит о моем непрофессионализме?

– Я просто спросил.

– Не надо задавать мне таких вопросов. Я не позволю сомневаться в моем профессионализме ни тебе, ни кому-то еще.

Франческо впервые услышал в ее ответе злобу. Похоже, он задел ее за живое.

Внимательно глядя на нее, он встал на ноги:

– По-моему, тебе полезно провести один вечер вдали от своего телефона.

Ханна открыла рот, чтобы возразить, но он прижал палец к ее губам.

– Я не оспариваю твой профессионализм. Я просто не хочу, чтобы ты весь вечер торчала в телефоне.

Ее щеки сильнее покраснели, а глаза мятежно сверкнули.

– Я предлагаю тебе сделку, – продолжал он вкрадчивым тоном. – Ты говоришь, что хочешь жить по полной, но это будет невозможно, если ты не перестанешь думать о своих пациентах. Если ты докажешь, что можешь расслабиться и наслаждаться жизнью в казино, то я отдам тебе телефон, когда мы вернемся на виллу.

Впервые с тех пор как познакомилась с Франческо, Ханна захотела ему врезать. Пусть оставит ее паспорт при себе – он отдаст его, когда придет время уезжать. Она знала, что получит свой телефон обратно, но он нужен ей сейчас.

Как он посмел утверждать, будто она не умеет сдерживать эмоции? Она держит с пациентами дистанцию. Просто она не хочет становиться бесчувственной. Она живет ради своих пациентов. Она ни за что не позволит, чтобы ее маленькими подопечными занимался бездушный врач.

В конце концов Ханна глубоко вдохнула и впервые одарила Франческо притворной улыбкой.

– Прекрасно. Но если ты хочешь, чтобы я расслабилась и наслаждалась, то ты должен сделать то же самое, – беззаботно прибавила она. – Ты работаешь больше меня. Я по крайней мере не работаю в выходные.

✽ ✽ ✽

Казино «Кальветти» располагалось в огромном четырехэтажном здании в стиле барокко в центре Палермо. Ханна прошла за Франческо по первой широкой лестнице и вошла в огромную комнату с игровыми столами и автоматами. Казино походило на уменьшенную копию Вегаса.

В сопровождении охранников они поднялись на третий этаж. Там группа мужчин в черном расступилась, пропуская их в комнату, которая была практически идентична той, что располагалась на втором этаже. Но через несколько минут Ханна заметила отличие. На первых двух этажах располагались обычные игроки. На третьем – людей было меньше, и они выглядели богаче.

Держась рядом с Франческо, Ханна разглядывала золотую отделку столов, красивых надушенных женщин, мужчин в смокингах. Франческо выглядел великолепнее обычного. Поговорив с клиентами, он обнял ее за талию и провел через двойные двери в ресторан.

– А клиентам со второго этажа разрешено здесь ужинать? – спросила она, когда метрдотель усадил их за угловой столик.

– У них есть свой ресторан, – ответил Франческо, открывая меню в кожаном переплете.

– Но им разрешено ужинать здесь?

– Третий этаж предназначен только для особых клиентов. Для того чтобы им стать, надо сделать вступительный взнос в пятьдесят тысяч евро и ежегодно платить за членство по десять тысяч.

Она удивленно моргнула:

– Люди за это платят?

– Люди платят за эксклюзивность. Лист ожидания длиннее фактического списка клиентов.

– Я в шоке. Я кажусь себе безбилетником.

Он поднял глаза и посмотрел на нее:

– Ты со мной.

От его притягательного и простого заявления у нее участилось сердцебиение, и она перестала злиться на него за отказ отдать ей мобильный телефон.

– Что ты порекомендуешь заказать? – спросила она, когда обрела дар речи.

– Все меню.

Она рассмеялась, но ее смех был скорее нервным, чем веселым.

К ним подошел официант, и Франческо заговорил с ним по-итальянски.

– Я заказал бутылку шираза, – сказал Франческо.

– Это вино?

– Да. Мы поставляем сюда шираз самого высокого качества.

– Я не пью вино. Я выпью колу.

Он вгляделся в ее лицо.

– Ты когда-нибудь пила вино? – спросил он.

– Нет.

– А ты вообще употребляла алкоголь?

– Я выпила немного шампанского на девичнике Мелани. – Внезапно ей пришло в голову, что девичник Мелани был всего двадцать четыре часа назад.

Ей казалось, что с тех пор прошло очень много времени.

– И это был твой первый прием алкоголя?

Она медленно кивнула, пялясь на него:

– Наверное, я выпью шираза.

Франческо одобрительно кивнул:

– Но только маленький бокал. Твое тело еще не привыкло к алкоголю.

– Мое тело вообще ни к чему не привыкло.

Официант принес вино и кувшин воды до того, как Франческо успел спросить, что Ханна имела в виду своим замечанием.

Чем больше времени он проводил с Ханной, тем сильнее она его интриговала. Казалось, ее не беспокоит абсолютно ничто, если только не оспаривать ее профессионализм. И не отбирать у нее телефон.

Он наблюдал, как она, хмурясь, читает меню.

– А мидии вкусные? – спросила Ханна.

– Вкусные.

Она просияла:

– Тогда я закажу их.

Пока они ждали, когда приготовят основные блюда, им подали закуски.

– Это ветчина? – спросила Ханна, взяв кусок прошутто.

– Не совсем. Попробуй.

Она отправила прошутто себе в рот, прожевала и одобрительно кивнула. Проглотив, она взяла жареный перец.

– Выпей немного вина, – предложил Франческо.

– А его надо нюхать?

– Если ты хочешь. – Он сдержал смешок, когда она практически окунула нос в вино.

Ханна пила вино маленькими глотками.

– Ух ты. Правда хорошо.

– Ты действительно никогда не пила вина?

– Не пила. – Она отправила в рот зеленую оливку.

– Почему нет?

Она наморщила нос:

– Мои родители непьющие, поэтому у нас в доме никогда не было алкоголя. Когда я достаточно повзрослела, чтобы пробовать алкоголь, я с головой ушла в учебу. Я не могла позволить, чтобы что-нибудь помешало мне стать врачом.