Уроки для папы - Стелла Бэгуэлл

— Как это прекрасно! — искренне восхитилась Саванна, когда Джо усаживал ее за стол.

— Я рад, что вам нравится, мисс Старр. — И сел справа от нее, во главе стола.

Меган заняла место напротив гостьи. Чувствуя на себе любопытный, блестящий девичий взгляд, Саванна улыбнулась ей особенной, дружеской улыбкой.

— Благодарю тебя за приглашение, Меган. Это так мило с твоей стороны.

Лицо девочки вспыхнуло от удовольствия — ее признали хозяйкой.

— О, я счастлива, что ты здесь, у нас, Саванна. А то все боялась — вдруг не получится.

— Ну-у… почему же ты боялась?

Меган метнула задорный взгляд на отца.

— Да потому, что папа вот… вдруг бы попробовал отговорить тебя. Видишь ведь, не очень-то он… общительный.

— Меган! — одернул ее Джо неожиданно севшим голосом.

Саванна не выдержала и рассмеялась — будто нежный звук колокольчика рассыпался по комнате и сразу оживил все кругом.

— Не стоит поощрять ее! — нахмурился Джо.

Саванна погасила смех, но не улыбку.

— Ваша дочь, мистер Маккенн, просто отметила то, что очевидно. — И она посмотрела через стол на девочку, с восторженным интересом наблюдавшую за взрослыми. — Твой папа так любезен, что подарил нам всем этот вечер. Ты, конечно, благодарна ему.

— О, еще как! — И Меган ослепительно улыбнулась отцу и повторила: — Еще как! Спасибо, папочка, спасибо тебе, что позволил пригласить сегодня на ужин такую гостью!

Улыбка ее, кажется, растопила лед — он примирился с присутствием за столом их обеих. Две женщины — против него одного! Странная мысль пришла вдруг Джо в голову: что же это за жизнь ему предстоит — он так всегда ценил свое одиночество, независимость. Даже мать — а с ней он был очень близок — называла его отшельником. А сейчас… сейчас он ловит себя на неожиданной идее: что, если смех Саванны постоянно будет звучать в доме? И он привыкнет видеть это милое лицо напротив себя за обеденным столом? Впервые с тех пор, как они с Дианой развелись, он допустил возможность, что здесь, рядом с ним, в его доме, живет женщина — какая бы то ни было. Почему именно она заронила опять в его думы соблазн «семейственной картины»? Да, он «пленился» ею, и не «на миг единый» (так, кажется, у знаменитого русского поэта — он читал, в переводе конечно, этот роман в стихах). Меган и он сам — вот его семья, в другой он нужды не чувствовал.

— Очень мило с твоей стороны, Меган, — откликнулся он на благодарность дочери. — Приступим к ужину?

— Ну конечно! Буквально умираю с голоду! — Девочка церемонно передала Саванне салатницу со свежей зеленью: — Прошу, Саванна, ты у нас гостья.

— Благодарю… я вот так — с маслом и уксусом.

— А ты филе сома пробовала? Если нет — сейчас тебе предстоит.

— Сома? Вроде не приходилось. Форель, запеченного лосося — помню. А сома — нет.

— Отлично! У нас — свежезажаренный!

— Да уж я обратила внимание — в ваших краях любят все жареное.

— А где вы жили до этого, мисс Старр?

Принимая у Саванны салатницу, Джо вдруг вскинул глаза — взгляды их встретились, и у нее перехватило дыхание.

— В Сиэтле, Вашингтоне. Там, где крупные страховые компании. Им надо налаживать компьютерные системы. Несколько месяцев у отца работа, а потом мы переезжаем на новое место.

— Тогда вам, верно, не так-то просто переключиться: в тех местах холодно, дождливо, а у нас тут, в Оклахоме, такая жара.

— О, для меня это благо. Представьте только: вечные дожди, туманы… Как они надоедают!

— А у тебя есть здесь друг, Саванна? — вмешалась Меган, во взоре ее так и сияло задорное любопытство.

— Меган! О чем это ты спрашиваешь мисс Старр?! — немедленно вмешался отец. — Личная жизнь гостьи не предмет для разговора.

Саванна наблюдала краешком глаза: Джо мгновенно преобразился. Почти любезный хозяин дома зарычал, как вчера в офисе, когда она стояла за дверью.

Но Меган, видимо, привыкла к подобным «переменам декораций» — ничуть не устрашилась, как ни в чем не бывало подцепив на вилку аппетитный кусочек салатного листа.

— Пап, почему ты называешь Саванну «мисс Старр»? Не по-дружески как-то…

— Ничего тут нет недружеского. Обычное почтительное обращение, — перешел Джо на дидактический тон.

— Ну да, это к тем, с кем вот только что познакомился. Ты ведь… знаешь уже человека. Почему не просто «Саванна», папочка? И ты, Саванна, почему не «Джо»? Симпатичнее, чем «мистер», а?

Вот это да! Как отреагирует Джо? Судя по выражению лица, едва ли он горел желанием оказаться с ней настолько накоротке, чтобы называть «просто Саванна». В конце концов, секретарша есть секретарша. То, что нынче вечером она посетила дом босса, сути дела не меняет.

— Меган, ты же понимаешь: твой папа — мой босс, и я…

— Если мисс Старр не возражает, я буду называть ее Саванна. — Джо обращался к Меган.

Что дальше?

Иронически изогнув брови, он снисходительно позволил, усмехаясь:

— А вы можете называть меня Джо. Если хотите, конечно.

— Охотно, благодарю вас.

Она изо всех сил старалась сохранять безразлично-светский тон, хотя целый рой непрошеных мыслей в одно мгновение взвился — и чуть ей не помешал. В смятении, пораженная, про себя она вскрикнула немедленно: «Да я уже через минуту, как вас увидела, так и называла!» Но то про себя, а вслух… нет, не сможет она, слишком интимно… Ну и глупости! Просто попался ей босс, не похожий на прежних, с кем работала. Но он… за всю свою жизнь она и мужчину такого не встречала. Даже Терри не… Нет, она этого не признает! И, не без труда оторвав наконец от него взгляд, Саванна принялась непринужденно обозревать гостиную.

— Красивый у вас дом, Джо. Давно вы здесь живете?

— С раннего детства.

— Папа и мама здесь жили, когда я родилась, — не преминула вставить Меган. — Но это было так давно…

— Ну конечно. Теперь ты уже почтенная леди, — не выдержал Джо — твердая линия его рта вдруг смягчилась.

Такого откровенного глубокого чувства он еще не проявлял при ней, опять изумилась Саванна. Дочь свою он истинно любит, это она уже поняла, и вот при ней, при секретарше, этот суровый человек приоткрыл свой внутренний мир…

— Мне тринадцать, папа, — важно напомнила Меган.

— Да-а, это уже немало! — сочувственно вздохнул Джо.

Саванне стало смешно — вспомнила свои тринадцать.

— Кажется, мы жили в Бостоне, когда мне было столько же. Впрочем, не уверена — с того времени мы поменяли, наверно, дюжину мест. Зато отлично помню своего друга тех лет: волосы рыжие, почти оранжевые, все лицо в веснушках и вечно жевательная резинка во рту.