Уроки для папы - Стелла Бэгуэлл

— Ой! — с отвращением взвыла Меган. — Все время ведь, наверно, издавал непристойные звуки. Чем он тебе нравился?

Саванна кожей почувствовала, что Джо настороженно наблюдает за ней, ожидая ответа — будто она собиралась открыть тайну своей жизни. Да нет, ей показалось, вряд ли его интересуют эпизоды из ее детства — просто пытается быть вежливым.

— Мне было хорошо с ним. Мы много шутили, когда играли в теннис.

— «Много шутили…» А это для вас так важно, мисс… простите, Саванна.

Странный у него тон… Разве она призналась в чем-то недозволенном?

— А что, шутки и смех — преступление?

— Вовсе нет. Просто не каждый придает этому значение.

— Я-то придаю. Жизнь так коротка. По-моему, пусть будет побольше веселого, приятного.

«Веселого, приятного…» А он-то сам уже и вспомнить не мог, что это такое, — отвык получать от жизни радость. Может быть, когда он учился в колледже, еще до женитьбы на Диане? Или намеревался сделать карьеру в геологической науке, обзавестись собственной семьей? Давно это было, очень давно. Еще до того, как он начал понимать, что жизнь-то практически уже прожита…

— В теннис и я люблю играть! — выпалила Меган. — Как мама. Это она меня научила.

Естественно, мама… Представить невозможно, чтобы Джо, отец, научил ее во что-нибудь такое играть. Несмотря на его атлетическое сложение, он явно не тратит время на «легкомысленные» занятия, не относящиеся к его работе. Спорт, конечно, в их числе.

— Ты, должно быть, скучаешь по маме, Меган?

Девочка лишь пожала плечами (мол, какое мне дело до мамы, раз ее здесь нет), но этот потерянный взгляд… бедняжка!

— Ну, самую чуточку. А я сегодня письмо от нее получила. Вот здорово!

— Она по тебе так же скучает, как и ты по ней, пари держу!

— Сейчас-то вряд ли, скучать некогда. Мама вещи распаковывает. Она ведь в Африку отбыла, — где Конго, знаешь? Папа тебе, наверно, говорил?

Вот оно что! Бывшая миссис Маккенн отрясла прах этой страны со своих ног…

— Нет, не говорил. И долго твоя мама пробудет так далеко?

— Да уж лет пять-то — точно. Видишь ли, отчим — он врач — добровольно предложил свою помощь. Я имею в виду — работать там. Сама бы с ними поехала, но мама против: школ современных нет, а мне учиться надо, ну и все такое. А еще как раз, она считает, возможность с папой пожить.

Что тут скажешь? То ли печалиться о Меган, разлученной с матерью, то ли радоваться за Джо — наконец-то у него появился шанс поистине стать отцом для своей дочери. Конечно, нелегко это для них обоих — оказаться под одной крышей после стольких лет жизни порознь.

Джо молча наблюдал за ними, не забывая о салате.

— Меган, если ты и Саванна не возражаете, не принести ли тебе из кухни гвоздь программы?

— Да-да, конечно, я сейчас! — вскочила Меган.

— Тебе помочь? — предложила Саванна.

— Нет, спасибо, сама справлюсь. А ты пока папе составь компанию. — И она мгновенно исчезла.

Саванна, оказавшись наедине с Джо, несколько смутилась. Быть с ним вот так вдвоем здесь — совсем не то, что в офисе компании «Маккенн дриллинг». Его дом, он ее сюда пригласил… Не стоит, безусловно, придавать этому особое значение, и все же…

Мысли ее приняли другое направление, когда раздался голос Джо:

— Вы видите, девочка еще не…

— А знаете, она совсем на вас не похожа, — засмеялась Саванна.

— Это комплимент Меган или упрек мне? — нахмурился Джо.

— Всего лишь мои впечатления. — Она все еще улыбалась, потянувшись за стаканом с водой. — Меган очень милая девочка, она мне нравится. Вы тоже. Просто вы с ней очень разные.

Он опустил глаза, какая-то тень пробежала по его лицу.

— Меган… наверно, больше бы ко мне привязалась, если бы мы с ее матерью оставались вместе. Может, и к лучшему для нее, что она, собственно, и не успела меня полюбить.

— Почему вы так говорите, Джо?

— Ну-ну, Саванна… — Откровенная горечь проглянула в его усмешке. — Мы же с вами оба знаем, что я, в общем-то, личность не слишком привлекательная. Да я и не претендую.

Пожалуй, с этим не поспоришь: Джо не легкий человек, не из тех, кто с первого взгляда вызывает симпатию. Но ведь на то есть, конечно, свои причины. Она вовсе не лукавила — он ей и правда нравится, что-то в Джо Маккенне трогает ее. И что самое тревожное — задеты именно те чувства, которые она после смерти Терри старательно от всех прятала.

— Сколько лет было Меган, когда вы разошлись?

— Всего три года. И с тех пор я проводил с ней только уикэнды, ну и летом недели две.

Почти трагическая интонация, прозвучавшая в этих словах, потрясла Саванну — он глубоко переживает свою жизненную драму.

— Я так понимаю, что ваша бывшая жена не препятствовала встречам с дочерью.

— Нет-нет, этого не было. Диана тут ни при чем. Наш развод нельзя назвать… мучительным. Просто мы оба поняли, что стремимся в жизни к разному. А я… мне всегда казалось — так лучше для Меган.

Для Меган или… для себя? Быть может, он все еще любит эту женщину… Не потому ли у него такое горькое, порой едва ли не циничное отношение к жизни, что он потерял ее и ничего не смог сделать, чтобы вернуть? Хотя, с другой стороны, Джо меньше всего похож на влюбленного. Но это сейчас, а раньше?..

— Сохранять брак только ради ребенка не всегда самое лучшее, Джо. Кроме того, теперь вы вместе с дочерью.

Он вздохнул и откинулся на спинку стула. Взгляд Саванны неотступно следовал за его руками, скрещенными на груди, — какие сильные, красивые…

— Да, теперь вместе. Но у меня нет никакого опыта — как общаться с девочкой-подростком.

— Ну конечно. — Она вложила в свою улыбку всю силу ободрения, на какую была способна. — Нельзя же дать другому то, чего сам не имеешь.

— Никто еще не умер с голоду? Я иду! — возвестила Меган, торжественно распахнув деревянную дверь в комнату.

Вовремя дочка вернулась — разговор становился для Джо тягостным. Он и так слишком много сказал Саванне. И какой его бес попутал?! Вовсе он не собирался ничего ей говорить. Еще, пожалуй, примет его за пустомелю — выкладывает едва знакомому человеку свои проблемы.

Меган важно подала на стол «гвоздь программы» — филе сома с кукурузными оладьями, горошком и запеченным картофелем. Понаблюдав за едоками, маленькая хозяйка, обрадованная явным успехом блюда, принялась оживленно рассказывать Саванне о своей жизни в Далласе.

— А знаешь, тот наш дом совсем не такой большой, как этот, и не такой красивый, но мне там хорошо было. А этот… маме он никогда не нравился. На ее вкус, он какой-то… пре-тен-ци-озный, вот какое слово. Я что-то не совсем понимаю — как это. А сама, между прочим, вот честно, начинаю его любить. Наверно, я в дедушку Джозефа: он-то нефтяником был и в горах чувствовал себя как дома.