Тёмные звери - Оксана Алексеева

— В гимназии у нее не появятся друзья. Теперь уже никогда. Она сама спровоцировала отношение к себе, но сейчас готова меняться! Дети не позволят ей этого — они привыкли ненавидеть ее, они объединились против нее в своей ненависти…

— Ее там обижают? — Артём подскочил на ноги.

— Бывает, — ответил ему Александр Алексеевич, — но неужели все до такой степени плохо? Разве конфликты между детьми не обычное дело?

— Обычное, — Настя постепенно успокаивалась, ощущая внимание к каждому своему слову. — Но не в этом случае. Она ничего не изменит сама. И я вижу только один выход — убрать ее из этой среды и поместить в другую. Там и сама она изменится.

— Вы в этом уверены, Настя? — поинтересовался Александр Алексеевич. — Не слишком ли кардинально?

— Да о чем вы говорите?! — практически закричал Артём. — Если они ее бьют, то мы разнесем эту гимназию по кирпичикам! Элитное же заведение, я сам там учился — и ничего подобного не было!

— Не бьют. Но давят морально. И как я уже сказала, друзей тут не появится…

— Забудь! Ника должна учиться постоять за себя!

— Нет, Артём, она не сможет с этим справиться. Не сейчас, не в этом возрасте и не в этом коллективе — даже взрослому человеку тяжело устоять против всех. Ребенку это вообще не под силу.

— Забудь! — упрямо повторил Артём. — Куда ты ее хочешь отправить? В среднюю школу, где никакого отбора нет? Думаешь, там дети добрее?

— Не добрее, — Настя старалась не раздражаться в ответ на его раздражение. — Дети везде в среднем одинаковые, но Вероника придет в другой класс без шлейфа в виде своих поступков и устоявшихся правил. С кем-то она неизбежно будет ссориться, но с кем-то подружится — так и должно быть.

Артём подумал немного и ответил уже спокойнее:

— Я против. Во-первых, уровень образования в гимназии намного выше, чем в других школах города. Во-вторых, среди тех детей она все равно будет выглядеть белой вороной — многих ли привозит в школу личный водитель?

Настя теперь объясняла только ему, потому что Александр Алексеевич задумчиво молчал:

— Во-первых, ее можно будет вернуть обратно в гимназию, но потом, лучше через несколько лет. Тогда уже все изменится. Во-вторых, она уже белая ворона, ну так и что она потеряет? Дай сестре шанс обзавестись друзьями среди сверстников! В конце концов, если я окажусь неправа, то переведете ее обратно!

— Я против!

Александр Алексеевич уже поднял трубку внутреннего телефона:

— Маргарита, подготовьте мне список школ города — отзывы, специализация, все, что может быть важно… Да, район значения не имеет. Как быстро? До конца учебного года…

— К следующей четверти, — уверенно перебила Настя.

— Нет, Маргарита, к понедельнику.

— Да что вы творите? — Артём развел руками. — Ну ничего себе, как ты быстро подмяла под себя и отца! Я восхищен! Уже твое мнение стоит выше моего, что дальше?

Обвинение было несправедливым — и Артём сам это знал. Просто в порыве высказался. Но Настя вдруг вспомнила его вчерашние слова о ней, поэтому набралась смелости и выдала:

— Точно. Манипулирую ребенком, чтобы тебя со свету изжить. И делаю это из чисто эгоистических соображений, а не в интересах Вероники.

И он вдруг сдался — даже руки вверх поднял, уже улыбаясь:

— Ладно, мир. Но, отец, посоветуйся сначала с психологом.

— Я так и собирался поступить. С чего ты взял, что я твое мнение не учел? Я только попросил секретаршу составить список, а ты уже выводы сделал. Но лично мне кажется, что Анастасия права… — поскольку Артём снова поморщился, Александр Алексеевич намерился закрыть тему: — Ладно, пока на этом закончим. Обещаю, что никаких поспешных решений не приму, но интересы восьмилетней девочки поставлю выше желания самоутвердиться двадцатипятилетнего оболтуса.

— О, кстати, про оболтуса! — переключился Артём. — Я приехал спросить, почему не переведена плата за следующий триместр. Я больше не учусь в США?

— А ты еще учишься? Переведу, не волнуйся, просто закрутился. Но это уже третий вуз, в котором ты числишься, увидит ли свет хоть один твой диплом?

— Спасибо за третий вуз, пап. И за то, что никогда не вспоминаешь о дипломах.

— Не за что, сын, мне бы такое и в голову не пришло. Вечером увидимся.

— Сомневаюсь, — Артём махнул на прощание рукой и направился к выходу. — На вечер у меня слишком много планов, чтобы случайно оказаться дома.

Настя поспешила за ним, чтобы вернуться вместе, но думала теперь уже не о Веронике — нет, эта холодность ей не почудилась. Они всегда так общались: называли друг друга «папа» и «сын», но их темы сводились только к деловым вопросам. И эта совсем не родственная отчужденность исходила не только от Артёма, но и от Александра Алексеевича.

В машине Настя и Артём отвернулись в разные стороны и не произнесли ни слова.

* * *

— Тё-ё-ёма! — вылетела Вероника в коридор, чтобы их встретить.

— Так! — он разыграл строгость. — А ты почему еще не собрана? Едем сначала в кафе, а потом на площадь — там уже горки установили и ледяной дворец выстроили, видела? И в детский центр заглянем, где автоматы.

— Но ведь ты же не предупредил! — она и возмущалась, и радостно подпрыгивала на месте.

— Сейчас предупреждаю.

Настя не могла не вмешаться:

— Подождите-ка, а как же уроки?

Вероника насупилась, и Артём разъяснял ситуацию только сестре:

— Это Настя специально говорит — обиделась, что мы без нее едем развлекаться.

— Я не поэтому! — негодовала Настя.

Но Вероника тоже сосредоточилась и ответила тем же тихим голосом, будто Настя и не слышала:

— Тём, тогда давай ее с собой возьмем. Чтобы она не обижалась! И забыла об уроках.

— Придется, — вздохнул Артём.

— Подождите-ка, — Настя не отступала. — Предлагаю быстро выполнить задания и потом уже…

Артём выпрямился и посвятил ей свое изумление:

— Да что ты заладила — уроки, задания? Я скоро уеду, а один разок можно домашку и не выполнить — она все равно в своей гимназии последнюю неделю доучивается.

— Что?! — вылупила на него глазенки сестра.

— Артём! — Настя сама вздрогнула, перейдя на тот тон, которым мать разговаривала дома, когда была не в настроении. — Это ведь еще нерешенный вопрос! Вероника, — она наклонилась и заговорила мягче — теперь поднятую тему надо незаметно закрыть, поэтому повторила специально для девочки: — Это еще нерешенный вопрос.

— Тебя переведут в другую школу, — без зазрения совести добивал Артём. — Нерешенный вопрос пока только один — в какую. Это идея Насти, если тебе интересно.