Замки из песка - Анастасия Князева

– Пожалуйста, – терпение уже иссякает, – не нужно сейчас никаких вопросов. Вы все поймете. Скоро.

Остаток слов так и остается висеть на языке, потому что голос мной пропадает, а глаза перестают что-либо видеть. Только его. Больше для меня не существует никто.

Дмитрий идет, как в тумане. Кажется, если бы не рука Игоря, поддерживающая его под локоть, он бы упал. Пробегаюсь взглядом по лицу, спускаюсь ниже, подмечая все изменения, произошедшие с ним. Лицо будто осунулось, стало пепельно-серым, волосы взъерошены, а глаза… В них нет жизни. Словно душа покинула его, оставив на земле только оболочку. Пустую, разбитую.

Ему больно. Я чувствую, как ему плохо, ощущаю все на себе. Все его чувства передаются мне, подобно сильным импульсам. Начинаю задыхаться, горло сдавливает сильнейшим спазмом. Наши взгляды пересекаются в тот самый миг, когда Игорь заставляет его сеть за стол.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга, пока между нашими телами идет обмен эмоций. Сильнейшая волна боли накрывает меня с головой, заставляя тонуть в бескрайней бездне этой черной дыры. Мы оба оказываемся ее пленниками. Нам обоим суждено в ней остаться. Навсегда…

Я смотрела на него и с трудом сдерживала слезы. Мне было больно за него. Больно от той мертвой безысходности, которую я видела в его глазах. Даже сейчас, стоя на самом краю обрыва, он продолжал думать о той девчонке, которую убил во мне…

– Почему? – Снова этот треклятый вопрос, и снова я не знаю, как на него отвечать. – Почему ты осталась? Почему не сказала?

Он знает… Два коротких слова ранят сильнее удара плетью, разрывают плоть на части. Рана оказывается намного глубже, чем я могла себе представить. Сквозная. Прямиком через сердце. Начинаю задыхаться, капельки пота выступают на моем лбу и блестят под ярким светом лампы, словно крохотные бриллианты.

– Ты все знаешь, – думаю про себя, в то время как звон в ушах становится только громче. – Я не хотела, чтобы это случилось… Ты не должен был узнать…

– Зачем ты появилась в моей жизни, воробышек? Хотела отомстить за ту ночь? Вернуть тот удар, что я нанес тебе? Зачем?

С каждым его словом мне становится только хуже. Это как ядерный взрыв. Сильнейший. Смертоносный. Он разрушает меня, уничтожает, превращает в прах. Понимаю, что потеряла его, но не хочу этого принимать. Не сейчас. Не сегодня. Я еще не готова к этому. НЕ ГОТОВА!

Мы поговорим. Мы обязательно обо всем поговорим. Я все ему расскажу. Сделаю так, чтобы забыл, перестал себя винить, отпустил ту ночь. Я заставлю его поверить каждому своему слову, которое будет не просто озвучено вслух, а останется высеченным на моем сердце Н.А.В.С.Е.Г.Д.А.

– Итак, – громогласный голос Юрия развеивает последние тени сомнений и вселяет в меня немного уверенности. – Прошу всех занять свои места, и мы начнем наше ежегодное обязательное заседание совета директоров и акционеров компании. Сегодня особенный день для нас всех, ведь «Swan's Architecture» – это семейный холдинг, в основе которого лежат кровные узы. Мы все помним, как ровно пятьдесят лет назад, мой отец, пусть земля ему будет пухом, основал небольшое архитектурное бюро в гараже собственного дома. Многие годы он трудился, не покладая рук, чтобы вывести «Swan's Architecture» на новый уровень. Мой отец посвятил этому всю свою жизнь, – Юрий замолчал, наслаждаясь произведенным эффектом. – Когда он вышел на пенсию, руководство компанией перешло к моему любимому старшему брату. Владимир стал нашей новой путеводной звездой, именно он добился того, что наше имя стало известно и за рубежом. Никогда не забуду первый международный проект «Swan's Architecture»! Иногда, мне кажется, что это было только вчера… Мы несколько месяцев жили в офисе, отказались от сна и покоя, делали все возможное, чтобы не ударить в грязь лицом. И у нас получилось! Наша идея выиграла в тендере, «Swan's Architecture» заполучила заказ на строительство коттеджного поселка на греческом побережье Эгейского моря. Как же мы тогда радовались! Кажется, в тот самый день мы и поняли, что можем намного больше, чем думали. С тех пор прошли годы, моего брата уже нет с нами, но «Swan's Architecture» продолжает существовать. И я испытываю невероятное чувство гордости за то, что являюсь частью этой компании. Я долго думал, какой подарок приготовить для вас в честь нашего общего юбилея, ведь, только подумайте, сегодня нам исполняется пятьдесят лет. Целых полвека «Swan's Architecture» существует на рынке и создает, непревзойденные по своему качеству, проекты. Такой вечер требует особого сюрприза, – улыбка становится шире, в глазах плещется триумф. Юрий не понимает, что его речь – пустышка, она никого не интересует. Всего несколько секунд, и наступит конец. Такой желанный и ожидаемый. Конец, к которому мы все так долго шли. – Внимание на экран!

Все следуют его указанию, за исключением, разве что, нас с Дмитрием и самого Юрия. Он не сводит взгляда с племянника. Ждет, когда «правда» о той роковой ночи выльется на него ведром помоев. Но все выходит из-под контроля. Вместе ожидаемой музыки и кадров с переполненного танцпола за их спинами высвечивается комната. До боли знакомая. Я была в ней. Совсем недавно. Игорь лично мне ее показывал, когда проводил экскурсию по фамильному особняку…

Кабинет, выполненный в темно-коричневых тонах, отлично просматривался благодаря камене видеонаблюдения, установленной над карнизом. Ее местоположение было продумано таким образом, чтобы можно было видеть все, что происходит в комнате. Установлена она была «глазом» прямо на широкий дубовый стол, заваленный какими-то бумагами и фотографиями. В комнате находились двое. Один из них, дедушка Дмитрия, сидел за столом и держал в руке одну из многочисленных фотографий. Его суровое аристократическое лицо с резкими чертами, было нахмурено. Он был зол. Очень.

– Как ты смел?! Как смел, я тебя спрашиваю?!

Второй был спиной к камере, но не трудно было предположить, кто это. Мертвенно бледное лицо Юрия и его выкрики о том, чтобы немедленно выключили запись, говорили сами за себя. Никто его не слушал. Все, находящиеся в конференц-зале, были полностью сосредоточены на просмотре записи.

– Щенок! – Заорал Юрий, замахнувшись на Дмитрия, но тот успел перехватить его руку. – Это твоих рук дело! Ублюдок! Решил отомстить мне за родителей, да?!

К ним подошел высокий, устрашающего вида, мужчина. Личный телохранитель Дмитрия. Не прошло и нескольких мгновений, как старший Лебедев оказался припечатан лицом к столу. Шум в зале нарастал, как и голоса на видео.

– Она должна была стать моей! – Не выдержав давления, выкрикнул молодой Юрий. – Я первым увидел ее! Это я должен был на ней жениться, а не Влад! Я!

– И поэтому ты сделал все, чтобы они расстались? – Разочарованно протянул Андрей Павлович. – Когда ты успел пасть так низко? Почему стал таким?

– Почему?! Ты спрашиваешь меня «почему»?! Из-за тебя! – Мужчина вскочил с места, стул с грохотом повалился на пол. – Ты всегда поддерживал его, а не меня! Ты делал все, чтобы Владу доставалось только самое лучшее. Ты подарил ему свое кресло в компании, отдал ему контрольный пакет акций, позволил жениться на девушке, которую я любил. Ты сделал все возможное, чтобы я возненавидел его. Это я должен был стать генеральным директором! Это я должен был стать ее мужем! Ты даже сыну Влада дал больше, чем мне. Почему?! Почему?!