Алая птица - Анна Рудольф

— Мы не женаты, это было необходимо для отвода глаз.

— Чтобы услышать зов души, Всевышнему не нужны статуи или храмы под златыми куполами, — произнес священник, — достаточно искреннего желания, и он ответит на вашу молитву.

Айрин резко захотелось на воздух. Во что демонов конспиратор пытался втянуть ее на этот раз?

А тот с уязвленным видом попросил поверить ему на слово.

Святой отец покачал головой.

— Лукавство, сын мой, большой грех.

— Да, пастырь, я грешен — не сдержался Рунар, — и потому хочу спасти других от той же участи!

— Хорошо, — вдруг твердо произнесла Айрин. — Святой отец, я, Айринель Эсталинор, пришла по доброй воле.

Мужчина благосклонно кивнул, а княжну не покидало ощущение, что она вот-вот станет чьей-то женой.

Они с магом по очереди поставили подписи на гербовых бумагах, после чего священник проводил их обратно и тепло попрощался, расставшись с ними у алтаря.

Улучив момент, пока Рунар был занят свитками, Айрин опустилась на колени и трижды поклонилась Всевышнему, беззвучно прося его о милосердии, прощении и спасении.

Выйдя на улицу, Рунар сбежал по ступеням и огляделся. Ветер улегся, и снег хлопьями ложился на его плечи и непокрытую голову.

Айрин осталась стоять под сводами портала.

— Куда теперь?

— В архив. Я не рискну хранить оба экземпляра во дворце. Идем, — он подал ей руку.

Она не пошевелилась, и маг был вынужден подняться обратно.

— Не упрямься! Осталось чуть-чуть, и мы вернемся в замок. У меня припрятано легкое снотворное…

— Оно на меня не подействует, пока не сойдет шрам от Вергрит.

— Тогда выпьешь вина и расслабишься. Давай же, нас могут хватиться!

— Посреди ночи? Кому бы ты мог понадобиться в такой поздний час?

Рунар с мученическим видом возвел очи горе.

— Я не пошел к ней, довольна? Мне донесли, что она ездила в поместье Судьи Преири. Полагаю, разговор вертелся вокруг моей скромной персоны и Белой Ласточки, потому что только мое отлучение отделяет семейство Варнарри от возвращения в родные пенаты без традиционного аукциона, который им попросту не выиграть. А им позарез нужна плодородная земля и прииски, доходы с которых обеспечат сытую жизнь накануне зимы! И так как мои дни… — он прикусил язык и раздраженно потер сморщенный лоб. — Через меня им легче добраться до денег.

Айрин перебила его:

— Ты не мог этого сделать!

— Тем не менее, сделал.

В его широкой улыбке пряталась затаенная горечь.

— Отныне благословенная и любимая народом княжна Эсталинор — владелица приисков этого феода со всеми вытекающими правами, а также самая завидная невеста во всем королевстве! Ты имеешь право на рейненбернскую землю по крови со стороны отца.

Она отступила к дверям храма. Благословенная княжна в рваном платье и подпаленной куртке с чужого плеча, при жизни терзаемая демонами.

Ей хотелось его ударить. Он сделал ее мишенью: нарисовал на ней концентрические круги и сунул яблоко в рот.

«Как только Совет узнает, мне снесут голову», — подумала Айрин.

В слух же она сказала:

— Верни кольцо.

Его план состоял в том, чтобы тайком пробраться в архив и спрятать лишний экземпляр документа.

— Чем меньше людей знают его местоположение, тем больше шансов, что твое право не оспорят, — заключил маг и выжидательно протянул Айрин руку.

— Иди один.

Поначалу она осталась на площади безмолвным памятником всем проклятым, слушала ветер и бормотание океана, которого никогда не видела. Потом ею заинтересовался ночной патруль, и ей пришлось срочно выдумывать новую ложь, а затем бежать через сумрачный лабиринт.

Кривые изгибы улиц привели ее на мраморную набережную Реймекара. За низким парапетом волновалось черное озеро, в котором, как в кривом зеркале, отражались огни дворца.

Айрин спустилась к самой воде, на вид маслянистой и густой. Ненастная погода и поздний час вынудили горожан попрятаться по домам — улицы пустовали. Только двое детей в куртках не по размеру выглянули из-за статуи короля и посеменили в ее сторону — мальчишка и девочка, на вид ровесники, оба с красными носами, которые то и дело вытирали свисающими рукавами.

Фонари на набережной горели через один, и их света не хватало, чтобы выделить не то, что особые приметы, а даже цвет их глаз и волос — те казались одинакового темно-грязного оттенка сажи.

Девочка протянула к Айрин сложенные горстью ладошки.

— Подайте на хлебушек, милая госпожа!

— Она сама, поди, одна из наших, — пробурчал насупившийся мальчишка. На его макушке красовалась помятая мужская шляпа, явно краденая. — Вон, подол в дырах.

— Я не бездомная, — отозвалась Айрин и добавила зачем-то: — Я княжна.

Мальчик залился звонким смехом.

— Конечно, княжна! Моя тетка тоже себя принцессой кличет, да ее дворец — комната с дырявой крышей, а подданные — одноглазый дядька и старая кошка.

— Ну, почему ты такой противный? — воскликнула девочка. — Сам-то тогда зачем в каждой луже себя разглядываешь?

Айрин сняла колечко, что подарила ей Аглая.

— Держи. Выменяй на еду.

Глазенки попрошайки стали круглыми, как два золотых, а рот восхищенно раскрылся. Мальчик снова начал ворчать и тут же получил кулачком прямо по вмятине на шляпе. Девочка же принялась кланяться и благодарить щедрую госпожу, пока Айрин рассматривала детей, в задумчивости склонив голову.

— Вы чем-то больны?

Глупый вопрос. Разумеется, бедняки не могли позволить себе лекарей. Дети переглянулись и поспешно попятились, заверяя, что их здоровью позавидует сам король.

Айрин накинула на них сияющий полог из рунической вязи. Дети тут же завизжали и бросились наутек, но руны успели помочь им: вылечили девочке горло, а мальчику больную руку.

От мгновенного отката княжна пошатнулась и едва не свалилась в воду. Она простояла довольно долго, вцепившись в перила, пока ее не нашел Рунар.

— Не заставляй меня раскошеливаться еще и на траурный костюм, — ядовито съязвил он. — Черный мне не к лицу.

— Тогда ради меня надень белый.

— И не