Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

— Или блоки всё-таки ставит кто-то из зимников? — предложил другую версию Одерли.

— Вряд ли. Но я постараюсь скрытно провентилировать данный вопрос, — пообещал Сэйвир. — Конечно, на это потребуется время. А пока пойду ещё посмотрю огневиков.

Мы с парнями решили также заняться делом — то есть пообщаться с теми, кто тоже проходил в Санларе обучение, и наконец выяснить, много ли пропустили. Возвращаться к занятиям определённо пора.

* * *

Снова встретились с родителями уже за ужином.

К этому моменту вернулся и Корвил. Выглядел он, по правде говоря, порядком озабоченным. Дед достал его своей жаждой войны или дело в чём-то другом?

Как выяснилось, пришли мы очень вовремя — огневик опередил нас буквально на несколько секунд и ещё не успел ничего рассказать.

— Корв, что-то случилось? — обеспокоенно спросила Бринэль, конечно, тоже заметив мрачное настроение мужа.

— Дед совсем плох, — с печальным вздохом начал тот. — Меня даже не сразу узнал. Ба пожаловалась, что он часто заговаривается. А ещё вчера спалил весь сад. Дотла. Кричал, что там прячутся мерзкие зимники. Бабушка насилу сумела погасить пожар, пока пламя не перекинулось на дом. В общем, она просто в ужасе, потому что зимников он теперь видит чуть и не на каждом шагу. А я, признаться, вообще не понимаю, что мне с ним делать. Рассказал новости отцу — тот тоже в шоке. Решил, что завтра же с утра они с матерью поедут к ним. Только дед ведь и родного сына может вон выставить — когда родичи приезжают в гости, он ещё терпит. Но чтобы кто-то задержался надолго — не уверен, что ему понравится такое.

— А ещё с кем-то в вашей семье подобное случалось? — поинтересовался Сэйвир.

Огневик посмотрел на него как-то странно. Потом бросил полный сомнений взгляд на сына, на жену.

— Случалось, да? — повторил зимник уже утвердительным тоном.

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Корвил вместо ответа на вопрос.

— Если спрашиваю — значит, есть причина, — тот тоже не спешил раскрывать карты.

Огневик опять тяжело вздохнул, но всё-таки заговорил:

— Вообще отец мне сегодня признался, что это проклятье всего нашего рода — мол, сумасшествием у нас рано или поздно заканчивают все.

— Твою ж мать! — в досаде бросил альфа. — А на блок-то ты деда посмотрел? Или не до того было?

— Да нет, посмотрел, — Корвил опять вздохнул. — Стоит блок.

Сэйвир помрачнел окончательно:

— Тогда, думаю, это не проклятье рода, а проклятье блока.

— В смысле? — опешил огневик.

Зимник пересказал ему сегодняшний разговор с Сомвиратом. И все наши последующие рассуждения.

— То есть в роду Тромвера наблюдается такое же проклятье, — хмуро заключил тот.

— Да. Надо бы ещё разузнать про род Юшизвира.

— Вот твари! — вдруг прорычал Одерли, сжав кулаки. — Нормально им было наблюдать, как их дети/внуки/правнуки сходят с ума?!

— Может, они и не догадывались, что проблема в блоке? — предположила мама.

—Драконы — и не догадывались?! — зло вскричал Одер. — Да конечно!

— Я тоже не думаю, что не догадывались, — поддержал его Грэнтис. — Просто им было наплевать. На всех, кроме себя.

— Но если в роду Юшизвира наблюдается та же картина — блоки надо снимать, — печально заключила Сантала.

— Тала, ты с ума сошла?! — ужаснулся папа.

— Остиз, а как иначе?! — заговорил Энрил. — Это же, по сути, медленное убийство. Если не физическое, то разума точно. Мы не вправе обрекать всех потомков этих уродов на такой конец. Они-то чем виноваты?!

— А если дело всё-таки не в блоке, а в самих драконьих кровях?! — не сдавался отец. — Вот распечатаете вы их, и мы получим армию сумасшедших огнедышащих ящеров!

Глава 69

— Конечно, было бы здорово сначала проверить верность нашей версии на примере Корвила и Одерли, — Только нет у нас столько времени. Пока Корв доживёт до возраста, в котором обычно начинают проявляться последствия блока — сколько других, запечатанных, драконов уже сойдёт с ума?!

— Многие десятки, — мрачно «подсказал» Одер.

— Вот и я о том же, — кивнул альфа.

— Нужно, чтобы историю Малварии узнали все, — сказала я. — И чётко понимали, к чему приводят такие перекосы в сторону одной стихии.

— Не уверен, что тот же Борвес воспримет информацию адекватно, — опять возразил отец. — Скорее, лишь убедится в том, что зимники — зло и их нужно жечь. Ну вот как его распечатывать, когда мозги у него уже набекрень?!

— Да, из истории Малварии сейчас дед наверняка правильных выводов не сделает, — грустно согласился Корвил. — Тем не менее предлагаю проверить нашу теорию именно на нём.

Все воззрились на него в изумлении. Однако огневик невозмутимо продолжил:

— Если распечатывание никак не поможет — значит, запечатаете его обратно. Но если наметятся заметные улучшения — наша версия однозначно верна.

— Да, если мозги у Борвеса встанут на место — в её верности можно будет не сомневаться, — поддержал его Сэйвир, правда, почему-то очень хмуро. — Только если нет — не уверен, что уже обретшего ипостась дракона вообще возможно запечатать.

— Ну, значит, это будет нашими личными трудностями, — вздохнул Корвил. — Никому навредить мы ему не позволим. Но хорошо бы предварительно ещё отца с дядей распечатать — уж вчетвером мы с дедом точно справимся. И постоянно приглядывать за ним будет не проблема.

— Слушайте, а может, эти трое Великих тоже были запечатанными? — предположила вдруг мама. Видимо, их беспримерная жестокость никак не укладывалась у неё в голове, поэтому ей хотелось найти хоть какое-то объяснение оной. — Вот и ненавидели всех и вся.

— Исключено, — помотал головой альфа. — А через Кадарский хребет, они как, по-твоему, перебрались без крыльев-то?!

— Ну да, — расстроенно признала она несостоятельность своей идеи.

— Кроме того, малварийское расследование показало, что деревню сожгли не огневики, — напомнил зимник. — Соответственно, пламя было драконьим.

— И кстати, нет никаких свидетельств о том, что под старость Великие сходили с ума, — подчеркнул Корвил.

— Ага, какими были уродами всю жизнь — такими и оставались, — злоехидно усмехнулся Одерли.

— Ладно, их уже не наказать, — махнул рукой Сэйвир. — Значит так, завтра с утра ты, Корв, как-то вызываешь на откровенность потомков Юшизвира. Если всё подтверждается — берём твоих отца с дядей и отправляемся, наверное, к нам