Беременная от врага - Мэри Ли

Я внимательно выслушала от начала и до конца рассказ, сумев сделать свои выводы.

— Не оправдываю отца, но думаешь, Лена похвалила бы тебя за подобное поведение? — Попыталась донести до Андрея собственную точку зрения. — Виновницей считаю свою мать, как бы печально не было это признавать. Из-за нее ломались судьбы, а она спокойно наблюдала за происходящим, пока отец не выдворил ее. Представляю, как Анна Михайловна разгневала мужа, не повершившего в то, что ребенок, которым она была беременна, являлся его родным. Мать кутила, вела разгульный образ жизни, как после такого с ней адекватно разговаривать?

— Уманский вышвырнул Анну Михайловну ни с чем, и она была вынуждена скитаться, чтобы найти жилье и не умереть от голода. — Андрей встал на защиту матери, не зная правды.

— Это Анна Михайловна так сказала? У меня же другая информация, причем от нее самой. Отец дал денег на жизнь, чтобы его жена не побиралась. Через какое-то время только развелся с ней, когда она успела обосноваться на новом месте. — Предложила я свою версию прошлых событий.

— Анна Михайловна не говорила такого. — Андрей поник и замолчал, обдумывая услышанное.

— Мама злилась на отца из-за того, что он весь из себя правильный. Даже поступил с ней достаточно благородно. Другой бы выкинул гулящую жену из дома, не дав и копейки. — Сказала я том, о чем сама ни раз думала. Не каждый сумеет принять, что супруга наставляет рога и закрыть глаза на ее поступки. — Отец хотел детей, большую семью, но у матери были другие планы. Когда же она вернулась из ниоткуда беременной, какой мужчина в здравом уме подумает, что ребенок от него?

— Твои родители жили не в доисторические времена, могли пройти тест ДНК, устанавливающий родство гораздо раньше, чем более двадцати лет спустя. — Выпалил Андрей.

— Для этого понадобилось бы время, которого у них не было. Отец не хотел видеть Анну Михайловну рядом, тем более с чужим, по его мнению, ребенком. — Незаметно для себя оправдывала отца. — Да, вспылил, но мою мать он не бросал на произвол судьбы!

— Ты так уверено говоришь, будто с отцом лично говорила. — Андрей улыбнулся, видя с каким запалом отстаиваю отца. Чувство справедливости взыграло, не хотела слышать обвинения в сторону человека, не причастного к бедам матери и меня. — Что касается твоей сестры, то я желаю о случившемся. Отец мог поступить иначе, но его ослепила ненависть к маминому любовнику, которого он захотел уничтожить, причем и тех людей, кто хоть как-то были связаны с ним. Лена попросту попала под горячую руку. — Помолчав, я твердо сказала: — А ты неправильно сделал, когда повторил ошибку моего отца. Месть разрушает.

— То же самое слышал от Уманского. — Кивнул Андрей. — Теперь понимаю, что он имел в виду, а раньше отказывался воспринимать его слова серьезно.

— Жаль, не остановился вовремя. Сейчас слишком поздно что-либо изменить. — Начала я, но Андрей прервал.

— Нет! Римма, прошу тебя, не отказывайся от нашего с тобой будущего. — С жаром проговорил Андрей, вновь подступая к кровати и приседая около меня, чтобы взять руку и сжать не больно, но крепко. — В прошлом я был поддонком. Потеряв тебя, я понял, хочу измениться в лучшую сторону. Исправлю те ошибки, которые удастся.

— О чем ты говоришь? Как это возможно? — Покачала головой, отказываясь верить в реальность услышанного.

— Я помогу Уманскому избавиться от проблем, возникших по моей вине. Он вернет свои активы и я даже каким образом это получится. Есть идеи, которые смогу вместе с ним воплотить в жизнь, после чего у него все наладится. — С энтузиазмом проговорил Андрей, не выпуская мою руку из своей. — Больше препятствовать не стану твоему общению с отцом.

Я молча всматривалась в Андрея, ища подвох, но не видела. Вскоре произойдет то, что лишь отбросит мои сомнения.

— С отцом планировала возобновить отношения. Пока не готова. — Сказала я, потом добавила: — Боюсь. Почему-то страх не пускает.

— Возможно, пугает реакция новой семьи твоего отца? — Спросил Андрей.

— Думаю, одна из причин. К тому же, большую часть жизни отца не знала, а тут совершенно незнакомый человек вдруг оказывается мне родным. — Хмыкнула я, мысленно представляя встречу отца и его семьи. Пришлось отбросить мысли, поскольку легче не стало. — Непривычно.

— Между прочем Уманский не прекращал терроризировать меня. Особенно разбушевался, когда узнал о твоей пропаже. Не стал скрывать от него. — Андрей погладил пальцами мою руку, наверное, рефлекторно. Мне было приятно, но не призналась бы в этом ни за что. — Все равно ему бы показалось странным, что я держу тебя в доме, причем не выпускаю уже приличное время. Наверняка Уманский подумал бы самое плохое. К примеру, заморил тебя голодом.

— Ну, да, беременную. Это кем нужно быть, чтобы отважиться на такое? — Спросила я. — Хорошо, что отец не знает, где я. Потом как-нибудь поговорим с ним обо всем. Хотя может и он уже в курсе? Скоро ждать в гости? Похоже, только ленивый не знает о моем нахождении.

— Я не говорил. За мной не следили. Сам-то я предпринял меры предосторожности. — Сказал Андрей, не забыв подчеркнуть свою расторопность и внимательность. — Мне хотелось сперва с тобой выяснить все.

— А мама? Спрашивала обо мне? — Вдруг спросила я, боясь ответа.

— Поначалу спрашивала, потом сказала, сами разбирайтесь. Объявишься, тогда и поговорите. — Андрей хотел что-то сказать, но передумал.

— Когда ребенок родится, запросишь тест ДНК на отцовство? — Зачем-то ляпнула я. — Вдруг сомнения есть, с такой-то матерью, как у меня.

— Не потребуется. Я верю тебе. — На одном дыхании сказал Андрей. — Кстати, хочу кое-что показать тебе.

С этими словами Андрей поцеловал мне руку, после чего отпустил, поднялся и быстро удалился из спальни.

Через некоторое время услышала, как открылась дверь.

Андрей вышел на улицу, где стояла его машина.

Какое-то время его не было, но потом раздался звук закрывающейся двери и предо мной предстал Андрей с каким-то листом.

— Узнаешь? — Андрей встал рядом и показал на весу лист, приблизив его ко мне, что позволило в деталях рассмотреть.

Когда я увидела, что это был договор, который заключили с Андреем, вынудившего согласиться на указанные на данном листе условия, меня передернуло. Хотелось вскочить и сжечь бумажку в огне. Сделай так, навсегда стану свободной.

— Да. Зачем притащил его сюда? Напомнить о пунктах? — Ухмыльнулась я, а на душе было гадко.

— Нет, напротив. — Просто сказал Андрей, а в следующее мгновение сделав одно резкое движение и лист разделился пополам. — Договор здесь за тем, чтобы стать недействительным. Это первый шаг, который я сделал, раскаявшись в содеянном.

Я смотрела, словно в замедленной съемке, как парили в воздухе кусочки договора, когда-то сковавшего меня в невидимых тисках. Сейчас же он уничтожен, а значит, не сдерживает ни в чем.