Я люблю! - Анна Летняя

— Кого я вижу! — тетушка дерзко улыбнулась, явно играя роль стервы первостепенной. — Какая ты сегодня красивая. Затмила всех!

Взгляд при этом был с некоторым брезгливым налетом, что не сочеталось с ее словами.

— Спасибо, — бесхитростно ответила малышка, подарив нежную и добрую улыбку своей сопернице.

Как по мне, так далее должны были последовать оскорбления, унижающие наивную простушку.

— НЕТ! — возмутилась Альба, топнув ногой от возмущения.

Анатоль сокрушенно покачал головой, признавая провал сестры, однако продолжил молчать.

— Не так. Не играй роль ласковой и всепрощающей с такими леди, как я тебе описала. Ти, помоги мне. Она не просто не понимает, чего я от нее хочу. Покажи, как бы ты ответила.

Тяжко вздохнув, я подошла к ним, и став рядом с Кристаль, кивнула тетушке, показывая, что сценку можно повторять с любой ее реплики.

— Кого я вижу! Какая ты сегодня красивая. Затмила всех на этом балу, — почти слово в слово повторила она.

И я безразлично кивнула в ответ на ее слова, словно слышу подобные вещи не первый раз за вечер и подобная правда меня порядком утомила, а краснеть или оправдываться смысла я не вижу. Растянув время, я как бы отпила из своего воображаемого бокала,

— Ты так думаешь? — сказала я, пожав плечами. — А для меня подобное платье — обыденность. На каждый, даже самый незначительный визит во дворец есть что-то подобное.

— Не совсем то, что я хотела, но ответить на подобное уже сложно, — одобрительно кивнула Альба. — Слова вроде и не обидные, но двоякие.

— Почему? — удивилась Кристаль. — Разве на бал не шьют особенное платье? У лучшего мастера? И подобный ответ, скорее, будет обманом, чем правдой.

— Для тебя подобный ответ — лучший вариант, — постаралась убедить ее я. — Ты принцесса, пусть и бывшая. Знатные леди должны воображать, что твой достаток не изменился. Гардероб заполнен нарядами, причем тебе простят даже те фасоны, что у нас еще не вошли в моду. Ты чужестранка, жившая в нескольких странах. Это накладывает отпечаток, давая послабление. А нарядами я тебя обеспечу с запасом.

— Именно! А ответить мне сложно из-за выбора слов. Если я похвалю ее наряд еще раз, то это значит, что для меня и я моего рода подобное платье — не покупка одного дня. Но и тут есть вариант, — повернувшись ко мне, она усмехнулась более дерзко. — Так ты из ежедневных нарядов выбирала свое платье для первого бала сезона?

— Почти, — вновь не стала отрицать ее выводы я. — Пока решала, какие именно украшения сегодня стоит выгулять, устала и оставила выбор платья личной горничной. В гардеробе подобного фасона полно, а она у меня обладает исключительным вкусом. Прямо настоящий талант.

— Вот как. Значит, все те разы, когда ты блистала на балах, купаясь в лучах славы, прежде всего стоило благодарить твою прислугу? — нахмурившись, спросила Альба.

Что-то подобное я уже говорила однажды на приеме. И в тот раз сцена закончилась быстро. Ко мне потеряли интерес и ретировались.

— Возможно, стоит, — вновь отпив из бокала, я пожала плечами. — Пожалуй, я последую твоему совету и выдам ей премию. Талантливых людей поощрять нужно. Оценивать по достоинству, а не достатку.

Осмотрев ее наряд, я как можно внимательнее оглядела Альбу. Потом отвела взгляд в сторону, словно говорю не про нее сейчас.

— А то будет как у некоторых: и прическа не очень, и платье лишь блестит, но не сверкает. Такой образ, как не украшай камнями самого большого размера, не заиграет всеми красками.

— Ну, примерно так можно оскорбить врага своего. Тиана явно делала это уже ни раз, и ее образ — леди из богатого рода, что во дворец не только на официальные приемы приезжает, а значит, имеет полный гардероб нарядов на любой случай.

— И еще. Вот такие вредины с завышенной самооценкой редко подходят в одиночестве. Им нужна компания для смакования победы. И в глазах ее подруг такой ответ пьянит лучше самого изысканного шампанского. Бьет в голову и сеет разлад. Пусть такое случается и не часто, — постаралась я объяснить плюсы моего ответа для красавицы Кристаль.

Она-то уж точно не знала отказа в нарядах и украшениях в бытность властвования ее отца.

— Ну, это, конечно, спорно, — не согласилась Альба. — Однако, бывают разные обстоятельства. В стае прихлебателей и подпевал четкая иерархия. Кроме ярко выраженного лидера, встречаются еще и скрытые. Мне порой выпадало отвечать резко на днях имени сверстников. Или даже грубить, объявляя дуэль в исключительных случаях. Особенно в академии всякое неприятное случается часто.

— На Фальвере и я вела себя иначе. Там столь милой быть нельзя — тебя не поймут местные леди. Чуть зазеваешься, и не успеешь оглянуться, а у тебя уже мужей отбивают. Тут без дуэли уже никуда, — припомнила я, как отстаивала собственную семью не так уж и давно.

Странно думать, что тетушка сама выбрала академию Фальверы для себя.

— Это правда. На приеме всегда лучше быль милой и благородной, однако, не стоит забывать о самоуважении. На все оскорбления стоит отвечать так, чтобы к тебе боялись лезть дальше, но в разумных пределах. Для них должно быть неожиданностью каждое ваше столкновение. Пусть теряются в догадках, что ты ответишь в следующий раз на легкую шутку или подобное подтрунивание.

— Тебе часто так приходилось отвечать на приемах в своей стране? — спросила у меня Кристаль, нахмурившись, как это делал совсем недавно ее брат.

— Нет, но у меня и положение при дворе другое. Богатый и именитый род, принц в друзьях. Сильно меня не задевали. Точнее, лезли только те, кто выше и имеют покровительство королевской семьи.

— И враг основной у тебя совсем другой, насколько мне известно, — фыркнула Альба и вернулась на свое кресло.

— Все-то ты знаешь, — усмехнулась я.

Решив пошутить, я повернулась лицом к ничего не понимающей Кристаль, сделала реверанс и представилась так, как про меня говорили на родине за глаза.

— Позвольте представиться. Графиня Тиана Ириссон, любовница принца Грольдона, выдающая свой договорной брак с бывшим стражем Рольфом за настоящий. Моего мужа