Спасательный круг - Видум

— То и значит. Ты вынуждаешь её мириться с твоей натурой, Лэнгдон, а сам ни на сантиметр двигаться не желаешь, только кричишь, как хочешь стать хорошим. Думаешь, что такая великосердечная, как Делия, обязана это терпеть? Вот и она поняла, что не обязана. Ты, будучи пьяной свиньёй последними словами её проклинал.

— Я был не в себе. Сам подумай, Корделия в Аду с другим мужиком, который только и мечтает выебать её. Мы не общались столько времени, вдруг они уже, — он пытался подобрать слово по приличнее, — вместе? Я знаю её, она тоже недолюбленная, как и я, и стоит ей показать, что она нужна, она сдастся.

— Ты сейчас говоришь о любимой женщине, как о бездомной шавке, Майкл, что шарахается от одного к другому в поисках тепла. И в этом твоя проблема. Пока ты не осознаешь свои косяки, ничего не станет лучше. И вообще, оставь её уже в покое, вон, Амелия тебя и таких хлюпиком любит, вот и будь с ней, а Делия, если сможет стать спокойной с тем ублюдком, так это её выбор, он-то явно помужественнее тебя будет, Мисти говорила, что Делия рассказывала ей, что Астарот вообще не трогает её в этом плане и готов терпеть все её заскоки. А ему, между прочим, ему ничего не стоит уложить её на лопатки. Поучись выдержке у него, когда захочешь догнаться алкоголем ещё раз.

— Да пошёл ты, — отмахнулся Лэнгдон.

Писатель специально не жалел его и корил как можно сильнее, надеясь, что это будет его подстрекать, иначе, без каких-либо толчков, всё уже давно стоит отпустить и забыть.

* * *

— Может, отвлечёшься от книжек и сходим в боулинг? — весело спросила Амелия, ставя только испечённый яблочный пирог в центр стола и садясь напротив. Она быстренько организовала небольшой обед из шарлотки и сока, пообещав помочь Майклу устроить детокс от алкоголя.

— Зачем? — трезвый Антихрист вообще не хотел выходить из дома.

— Все дети сатаны не понимают мирских развлечений или только ты, Майкл? — шатенка взяла из его рук книгу, намекая на то, что ему нужно поесть.

— Амелия, я столько времени не вылезал из мирских развлечений, что хочу сейчас развлекаться на диване с книгой, ясно?

— Ясно, — поникла девушка. — Тогда схожу одна.

— Я тебе колени сломаю, если попрёшься куда-то, особенно если ночью.

Ему не хотелось, чтобы она куда-нибудь встряла, а он её потом вытаскивал, ещё больше привязывая к себе и проникаясь самому. Сейчас между ними было холодно, как никогда. А всё из-за того случая, когда синеглазка вышла подышать воздухом и проветриться, оставив его одного напиваться у барной стойки. Антихристу показалось, что рядом стало слишком тихо, и её навязчивая задница не появляется слишком долго. Чувствуя какую-то привычную ответственность за девушку, парень пошёл посмотреть, что же с ней. Антихрист и сам не понял, почему его так сильно разозлил тот бугай, что вжал беднягу в стену и заткнул рот своей грязной потной ладонью. Она плакала и вырывалась, и у него будто переключатель в мозгу сработал. Майкл искалечил то животное до полусмерти. Амелия, разумеется, восприняла это по-своему и, когда парень в такси успокаивал её, даже найдя в себе силы обнять и прижать к груди, разрыдалась и полезла за утешительным поцелуем. Чёрт знает, на кой хер он ответил тогда, но теперь она катила к нему с тройной силой. Тоска по Делии, вынужденная привязанность к шатенке и чувство, что рядом с ней он может быть собой, а также банальные физиологические потребности начали твердить, что раз Гуд сама напрашивается на его счастье не с ней, то стоит забыться разочек или пару раз, но Антихрист понимал, что не настолько отчаялся, чтобы позволить себе такое. Он будет чувствовать вину перед Корделией и потеряет всякую надежду. Хотя ведьма уже дала понять, что воссоединения не ждёт. Упёртая горькая карамель.

— Боишься, что меня могут увести? — кокетливо поинтересовалась голубоглазая?

— Буду только рад, — хватаясь за сердце и устремляя взгляд вверх, ответил блондин. — Но в клубе или боулинге посреди ночи ты явно найдёшь кого-то похуже, чем я.

— Нет. Все хуже тебя. Так что я могу найти лишь лучше, и то не факт. — Майкл цокнул.

— Ты никогда не слышала о том, что с мужчинами нельзя быть столь откровенной в своих чувствах? Где твоя загадка, Джонсон?

— Уж извини, что я не такая увёртливая, как твоя высокомерная Корделия, и не заставляю тебя жить наперекор собственным желаниям.

— Заткнись.

* * *

Астарот постучался уже три раза, не меньше, но Корделия не отвечала, хотя он слышал какое-то копошение. Стало интересно, что такого делает ведьма, что не слышит его. Неужто козни строит?

— Делия, котёнок, ты меня слышишь? — мужчина постучался громче. — Ты на что-то обиделась, сладость?

Ответа не последовало. Демон нахмурился и стукнул в дверь ногой. Открылась. На пороге его встретила раздражённая ведьма.

— Ты её выбить пытался?! — она явно испугалась такого напора.

— Я к тебе пять раз стучался, что за игнор, малыш? — Астарот прошёл внутрь, оценивая обстановку.

— Я не слышала, — девушка настолько увлеклась и задумалась, что сама удивилась, как могла пропустить его попытки достучаться.

— Чем занимаешься? — мужчина обратил свой взор на явно напряжённую блондинку.

— Да я пытаюсь прорастить цветок, но моя магия здесь настолько слаба, — с сожалением ответила девушка и прошла к столу, на котором была разбросана земля, что, кстати, миленько расположилась и на её щёчке. Делия выглядела сосредоточенной и запыхавшейся, когда коснулась маленько ростка и закусила губу. Астарот облокотился рукой о стол, застывая напротив девушки и с нежностью наблюдая за её стараниями. Ведьма начала шептать заклинание, и зелёный росток пошёл вверх, ещё выше и выше, она уже было обрадовалась, но стебель резко согнулся пополам, и Делия тяжело вздохнула.

Блондинка смахнула с лежащей неподалёку книги землю и внимательно вчиталась в написанное.

— Я же делала так, как написано. Чёрт возьми, тоже мне, биолог, — она поджала губы и поникла, опуская глаза. Астароту показалось, что ведьма стискивает зубы, чтобы не заплакать. Он подошёл сзади и опустил руки ей на плечи, разминая. Делия зыркнула на него укоризненно, но возникать не стала.

— Ты мало кушаешь и мало спишь, котёнок. Может, в этом проблема? — мягким баритоном заботливо зачирикал демон. — И в свои силы надо верить, это тоже на многое влияет, — тихо, вкрадчиво, заставляя выдохнуть и успокоиться. Его дыхание обжигало шею и вкупе с умелым массажем расслабляло не меньше, чем раздражало. Она слишком многое ему позволяет. Астарот вынуждал её смягчиться по отношению к нему