Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Я кивнула, чувствуя, как Фрэнк придвигается ближе, и прикусила губу, когда интенсивность его компании окружила меня.

— Как ты думаешь, могут ли люди хотеть больше, чем одного человека? — Я прошептала, мои глаза встретились с глазами Фрэнка, и слова непроизвольно сорвались с моих губ.

Захар замолчал, и прошел так, словно он обдумывал мои слова.

— Я надеюсь на это, Аня.

Я нахмурилась, удивляясь, как это у них все получается, но потом вспомнила, зачем я позвонила.

— Ты помнишь друга отца, Ивана Орлова?.

— Конечно, помню, — сказал он. — А что на счёт него?

— Он здесь, в Лондоне. Мне нужно знать, что он из себя представляет, Батчер проворачивают дело с ним, и я собираюсь помочь.

— Ты? — удивленно спросил он.

— Разве ты не думаешь, что я способна? — бросила я ему.

— Дело не в этом, Аня. Я просто удивлен, что ты помогаешь британцам.

— Разве ты не рад, что я играю в дом? — ледяным тоном спросила я.

— Я счастлив, если ты счастлива, — сказал он, но я не ответила, а вернулась к теме разговора.

— Итак? Иван Орлов?

— Он чертовски параноидален, не подпускает к себе никого с какими бы то ни было технологиями, — сказал мой брат.

— Как так? — спросила я.

— Он до ужаса боится Интерпола. Он боится, что они всегда на шаг позади него, хотя я не знаю, так ли это на самом деле. Он, конечно, верит, что это так.

— Хорошо... что-нибудь еще? — Я нажала. — Какие женщины ему нравятся?

Я слышала колебания в его голосе, прежде чем он ответил, но он явно хотел мне это сказать, поскольку я все еще была так зла на него за то, что он продал меня Фирме.

— Стильные, недоступные. Если это запрещено, то еще лучше.

— Думаю, тогда его заинтересует жена короля Лондона, — пробормотала я.

— Аня, что ты планируешь? — спросил он настоятельно.

Фрэнк протянул руку, выхватил телефон из моей хватки и поднес его к уху.

— Алло, ты — мразь, Волков.

— Это ты, Батчер? — Голос Захара наполнил комнату, когда Фрэнк нажал кнопку громкой связи, тон моего брата был ядовитым.

— Передай своему брату Николаю сообщение от меня, ладно? — Фрэнк говорил спокойным тоном, но его глаза излучали чистую ненависть, достаточную для того, чтобы по моим костям пробежала дрожь. Он был свиреп, страшен в своей жажде мести, и я впилась ногтями в ладони, глядя на человека, которого пытал мой брат. — Скажи ему, что Фрэнк Смит заставляет его младшую сестру заплатить его долг. Скажи ему, что Король Мясников чертовски мил со своей женой по сравнению с тем, как его телохранитель обращается с ней в тени. И скажи ему, что ей это чертовски нравится.

— Фрэнк, остановись, — прорычала я, бросаясь на него, пытаясь вырвать телефон из его хватки, но он схватил меня за горло другой рукой, удерживая на месте, а Захар изрыгал проклятия, пока Фрэнк не положил трубку и не сунул телефон в задний карман.

Его верхняя губа изогнулась, когда он надвигался на меня, его сила была невозможной, когда он толкнул меня назад, и я упала на кровать, глядя на него, возвышающегося надо мной в темноте.

Единственный свет в комнате исходил из щели под дверью. Жалюзи были закрыты, и все вокруг было погружено в тень. Но ничто не было таким темным, как ярость в его глазах. Я могла бы позвать, крикнуть, чтобы Дэнни и Черч пришли, но что-то заставило меня сжать губы, между нами промелькнуло понимание, когда я увидела его гнев таким, каким он был на самом деле. Боль.

Мой брат пометил его, разорвал его кожу и оставил там шрамы, которые были глубже, чем те, что все еще оставались на его плоти. Волков сделал это с ним. Моя кровь. Моя семья. Мой долг.

— Ты хочешь наказать меня? — прошептала я, и хотя его лицо было скрыто тенью, я почти видела, как он нахмурился. — Тебе это нужно, не так ли?

Он ничего не сказал, и я подалась вперед, поднявшись на колени перед ним и протягивая ему свои запястья, как будто он был полицейским, собирающимся надеть на них наручники.

— Волковы всегда платят свои долги.

Я не знала, почему я хотела этого, только то, что я хотела. Я хотела излечить часть той хаотической агонии в его глазах, и я знала, что это то, что ему нужно для этого.

— Ты не тот Волков, чтобы наказывать, — вздохнул он, поднимая руку, чтобы обхватить мои щеки своими сильными пальцами, сильно впиваясь в них.

— Это может быть нашим секретом, — ответила я, понимая, что это безумие, что Дэнни убьет Фрэнка за прикосновение ко мне, особенно за причинение мне боли. Но между мной и Фрэнком образовалась связь из-за этого, и ей нужен был выход. Ей нужна была боль и наказание, чтобы насытиться.

— Почему? — прорычал он.

— Потому что я бы отдала все, все, чтобы добиться возмездия плотью моего врага, — ответила я, слова пришли ко мне сами собой, без необходимости думать о них. Это было из-за моего отца, из-за того, что он сделал со мной, моими братьями, моей матерью. Когда-то я была слишком мала, чтобы сопротивляться, а теперь он был мертв, и было слишком поздно, чтобы он когда-нибудь почувствовал мою ненависть, раздирающую его кожу. Но для Фрэнка было еще не поздно, и я не могла позволить ему отомстить моему брату через меня. Поэтому я буду его добровольной жертвой, и, возможно, между нами мы оба обретем мир от насилия нашего прошлого.

Он наклонился, развел мои руки в стороны и потянулся к поясу, его ловкие пальцы быстро расстегнули пуговицы на моих джинсах и потянули молнию вниз. Его лицо было так близко к моему, я чувствовала только его, и не знала, чего ожидать, когда он стягивал мои джинсы, приподнимая мою задницу,