Дремир. На грани. Том 2 - Ник Вернер

«Прошу, не убивайте их», — подумал Хэйн, зная, что его слышат.

Он перевязал раненных и закутал их в пледы, оставив рядом немного воды и еды из их сумок.

Грифоны терпеливо ждали и раненых не тронули. Когда с этим было покончено, Хэйн сразу же забрался в седло и подумал: «Благодарю».

Королева ничего не ответила и тут же взлетела. И снова Хэйну пришлось безучастно сидеть в седле, наблюдая, как они летят в сторону крепости за одним из новеньких подданных Королевы.

«Нам ещё надо двенадцать грифонов, — подумал Хэйн. — Да ещё и с сёдлами. Это мы на осаду крепости, что ли, летим? Вот было бы здорово! Жаль, что Йорг этого не видит. Он был бы просто в восторге!»

Восторг Хэйна, по-видимому, передался и грифонам, и они мелодично застрекотали…

Когда Хэйн отчётливо различил коричневую крепостную стену на горизонте, вся их стая синхронно взмыла вверх. От крепости отделились коричневые точки и пошли им наперехват.

Хэйн крепко сжал сложенное копьё и понял, что всё, что происходило до этого, было просто разминкой — на них мчалась не разрозненная стая грифонов, а слаженный боевой клин, который повторял все манёвры вожака.

«Интересно, у них есть своя Королева?» — подумал Хэйн, и тут же в его голове вспыхнул утешительный ответ: «Нет».

Хэйн решил ему поверить и весело сказал:

— Тогда мы точно справимся!

Клин противника начал так же набирать высоту, как и они, и под самыми облаками они пошли друг другу навстречу на огромной скорости…

Своё первое копьё Хэйн выронил, когда две волны грифонов захлестнули друг друга. Мир вокруг завращался с бешенной скоростью, то вдавливая его в седло, то чуть ли не отрывая от него в свободном полёте. Голову разорвало на части от душераздирающих грифоньих воплей с обеих сторон. Чтобы удержать себя в седле, а подкативший приступ рвоты внутри, Хэйну пришлось выронить копьё и что есть силы зажать рот рукой, засунув её под маску.

Теперь он понял, что чувствовали другие, летая на грифонах, ведь до этого он всегда чувствовал себя прекрасно и не понимал, чего это они все такие бледные.

Кое-как переборов себя, Хэйн всё же достал второе копьё, абсолютно не понимая, чем оно ему может тут пригодиться, даже с точки зрения защиты, но всё же чувствовал, что поступает правильно.

Через несколько минут темп боя немного замедлился, и Хэйн даже начал различать, что происходит вокруг: все грифоны разбились на группы по двое-то трое и начали выяснять отношения между собой. На них с Королевой тоже нападало двое, и Хэйн понял, что теперь он сможет найти применение копью. Он отпустил луку седла и взял копьё двумя руками за крайние секции, всё ещё не смыкая его. И вовремя! Ему удалось отбить удар справа!

В голове всплыла картинка, как Киран с легкостью ломал шеи наездникам противника в том легендарном бою над торгами, но как у Хэйна ни чесались руки попробовать то же самое, он всё же сосредоточился на том, чтобы научиться сначала распознавать подходящий момент.

Увидев, что он не нападает, а только защищается, его противники осмелели и сосредоточились на том, чтобы выбить у него копьё из рук. Им это удавалось с переменным успехом. Хэйн потерял ещё три копья и понял, что рисковать больше не может — надо атаковать, пока он не остался совсем безоружным.

«У меня осталось два копья, — мысленно сказал он Королеве. — У меня нет выбора — я буду пытаться атаковать».

Королева странно фыркнула, сложила крылья и помчалась вниз, уходя на огромной скорости от своих противников.

Хэйн так и не понял, что это могло значить, но сложенное копьё сжал покрепче одной рукой.

Почти у самой земли она сделала петлю и помчалась на огромной скорости вверх, сближаясь с пикирующими на неё нападающими.

«Сейчас!» — вспыхнула загадочная подсказка у Хэйна в голове, и Королева, прокрутившись в полёте вокруг оси своего движения, оказалась спиной к спине с грифоном противника.

Хэйн не растерялся и разложил копьё одним движением, целясь в голову не ожидающего от него атаки наездника — копьё достигло своей цели, и голова противника повисла под неестественным углом.

Всё это произошло за долю секунды, и Хэйн даже не успел понять, получилось ли у него задуманное, как грифоны разминулись и помчались прочь друг от друга.

Хэйн снова сложил копьё и взял его в левую руку — приготовился к новой атаке.

Вдруг Королева резко прервала набор высоты и перешла горизонтальный полёт. Хэйн чудом не выронил копьё — его снова скрутило, а над полем зазвучала дивная мелодия.

Он кое-как справился с противным приступом и огляделся: Королева плавно кружила в небе и пела, вокруг неё кружило ещё с десяток грифонов, а остальные в замешательстве парили неподалёку.

«Так же, как на торгах!» — воодушевлённо подумал Хэйн и сложил копьё в ножны в полной уверенности, что оно ему больше не пригодится.

Он сел чинно и гордо, как тогда сидел Киран, и принялся на всех глядеть свысока.

«А это круто!» — только и успел подумать он, как в голове вспыхнуло: «Не зазнавайся».

«Понял, — мысленно ответил он сам себе. Чинно сидеть остался, но зазнаваться перестал. — В отличие от вашего с Кираном боя, сегодняшняя победа — не моя заслуга».

Королева погладила его хвостом по ноге, не прерывая своего пения.

К десятку грифонов, кружившихся вокруг Королевы, начали подлетать новые, и Хэйн принялся их считать.

Шестнадцать… Девятнадцать… Двадцать пять… Тридцать один…

«Смею вам сообщить, — подумал Хэйн, — что вы призвали уже больше подданных, чем просил ваш наездник».

Ему показалось, что Королева никак не отреагировала на его мысли — она продолжала петь. Но вдруг её мелодичная трель сменилась боевым кличем, и она сорвалась с места и помчалась на юг.

«Хорошо, что я спрятал копьё, — подумал Хэйн, прижимаясь к спине грифона— Точно бы выронил…»

Он обернулся назад и увидел клин грифонов, летящих следом.

«Наверное, у нас получилось?» — всё ещё не мог поверить произошедшему Хэйн, но тут он вспомнил, что ему нечем кормить три десятка грифонов на вечернем привале и ужаснулся.

Первой его мыслью было: «Йорг!!! Ты обещал меня спасти из плена!!!»

Вторую мысль он озвучил Королеве:

— Извините, я не подготовился. Мне нечем кормить сегодня вечером ваших подданных.

Грифон странно фыркнул, и Хэйн