С любовью не спорят - Хелен Бьянчин

— Не вздумай, — мягко предостерег он, словно подслушав ее мысли.

— Или что? — с вызовом спросила она.

— Я постараюсь создать тебе условия, — пригрозил он на редкость кротко, — чтобы ты не растрачивала свой великолепный гнев столь нелепым образом.

Сюзанне показалось, что внутри нее что-то оборвалось, но ухитрилась ответить почти спокойно:

— Демонстрируя мужскую силу и сексуальное превосходство? Мой идеал все-таки не пещерный человек.

Его глаза потемнели.

— Ошибаешься, Сюзанна, — протянул он с притворным добродушием, — никого не потребуется принуждать.

Воздух в комнате сгустился от напряжения, казалось, вот-вот произойдет взрыв.

Сделав отчаянное усилие, она усмирила свой гнев и принужденно вежливо, спросила:

— Так мы идем?

— Мудрое решение, Сюзанна, — небрежно бросил Слоун.

На сколько хватит ее мудрости? — с отчаянием подумала она. Рано или поздно бдительность изменит ей. С каждым часом смятение нарастало в ней, и она ненавидела его за то, что он намеренно подливал масла в огонь.

Молча они проследовали к главному комплексу и присоединились к Джорджии и Трентону, которые расположились в гостиной за коктейлями.

Обед подали на террасе. Он состоял из разнообразных морепродуктов с нежными подливками. Кроме них, на столе появились салаты, свежий хлеб, фрукты: ананас и канталупа — сладкая, просто сахарная дыня, — и земляника. В качестве десерта подали восхитительный лимонный шербет.

После того, как все дружно отказались от кофе, появились высокие бокалы с коктейлем, которые располагали к неспешной беседе.

— Мы собирались прогуляться по пляжу, — сказал Трентон. — Пойдете с нами?

Снова разыгрывать влюбленную парочку?

— Я собиралась побить Слоуна на теннисном корте. — Сюзанна мило улыбнулась. — Не так ли, дорогой?

Слоун бесцеремонно склонился к ней, погладил обнаженное плечо и, явно наслаждаясь ее беспомощностью, лениво проговорил:

— Да. Мы даже условились о том, что я даю ей фору.

— Это… — Сюзанна заколебалась, выбирая слова, — очень мило с твоей стороны. — Она смотрела в одну точку, предоставляя ему возможность развлекаться. — Мы ведь оба знаем, что тебе ничего не стоит разбить меня в пух и прах.

С обожанием глядя на нее, он поднял ее руку к губам и перецеловал все пальчики.

— Надо бы пойти переодеться.

Пожалуй, уже поздно говорить, что она передумала.

— Можно посидеть еще полчасика. — Ее глаза злорадно сверкнули. — Не стоит заниматься физическими упражнениями сразу после еды. — Теперь следует, выразить заботу. — Не дай бог, у тебя случится сердечный приступ.

Трентон расхохотался, глаза Джорджии лукаво блеснули, она поднялась.

— Не думаю, что кому-нибудь из нас это грозит, дорогая. Пойдемте гулять с нами. Так время и пройдет.

— Слоун? — спросила Сюзанна.

— Предложение принимается, Джорджия. — Он встал, и все вместе они отправились по тропинке к пляжу.

Сюзанна сняла босоножки и держала их в руке, Слоун последовал ее примеру, а вслед за ним и Джорджия с Трентоном.

Вечер был чудесный. Полная луна и мириады звезд сияли на темном бархате неба. Ночь для влюбленных, подумала Сюзанна, ступая по песку, хрустевшему под босыми ногами.

Крепкая мужская рука обвила ее талию — она ничего не могла поделать, — и они парами направились вдоль берега залива.

— У тебя все готово к завтрашнему торжеству, мама? — спросила Сюзанна, болезненно ощущая присутствие Слоуна рядом. Стоит ей чуточку отстраниться, и он, конечно, лишь крепче прижмет ее к себе. На мгновение ей захотелось попробовать все-таки оттолкнуть его, хотя бы ради того, чтобы показать: ему не все позволено. Но по здравом размышлении Сюзанна отвергла эту мысль: неизвестно, каковы будут последствия.

— Да. — В полутьме она увидела, как благодарно улыбается Джорджия. — Хотя, наверно, я не смогу уснуть в эту ночь.

— Ну, у меня есть прекрасное лекарство от бессонницы, — заявил Трентон, и Джорджия рассмеялась.

— Возможно, попозже мы присоединимся к вам и тоже сыграем партию в теннис. Долго вы собираетесь играть?

— Пусть Сюзанна решает, — пророкотал Слоун, и она повернулась к нему со сладкой улыбкой. Впрочем, этот заряд пропал даром: было уже темно.

— Не боишься просчитаться, милый? Вдруг я почувствую небывалый подъем сил? — Стоило этим словам сорваться с губ, как она поняла их двусмысленность.

— Думаю, что составлю тебе достойную пару.

И не только как партнер по теннису. Она проклинала свою болтливость и решила молчать, пока кто-нибудь не обратится непосредственно к ней.

Океан шевелился в темноте как большое, сильное животное. Вода сливалась с небом. Ни огней, ни лунной дорожки. Луна, точно молочно-белый шар, висела высоко в небе.

Пальцы Слоуна слегка касались талии Сюзанны, и возбуждение волной разливалось по ее телу.

— Думаю, пора возвращаться, — сказал Слоун, останавливаясь. — Если не встретимся на корте, тогда утром за завтраком. В восемь или раньше?

— В восемь, — согласился Трентон. — Приятной игры.

Как только они отошли от своих спутников, Сюзанна вырвалась из объятий Слоуна.

Через несколько минут она уже переодевалась на своей вилле в шорты и топ, натягивала носки и кроссовки, краем глаза наблюдая, как Слоун делает то же самое.

Корт был свободен, поскольку других гостей, кроме них, пока не было. Взяв напрокат мячи и ракетки, они вошли внутрь.