Натюрморт с живой белкой - Ольга Горышина

Белка улыбнулась:

— Это зонтик по-испански. Для солнца, а у французов он «параплюи», для дождя. Глупо… Сейчас дождя нет.

Денис покачал головой.

— Ты ещё и испанский знаешь, полиглотка?

— Так, пару слов… Всё же граница. Музей Сальвадора Дали недалеко.

— А ты странная, Белла. То совсем дурочкой прикидываешься, то умная-умная, что аж страшно становится. Это неправда, что мужики любят дур. Неправда…

Он отвернулся к волнам. Теперь они оба глядели на молодую пару, пытавшуюся пробиться через третью волну. Девушку накрыло с головой и выкинуло к берегу, и она осталась стоять на четвереньках, пока парень не помог ей подняться.

— Мог бы и в воде удержать, — выдала Белка.

Рука Дениса опустилась ей на талию.

— Не, всё-таки ты дура, Белочка. Он бы упал на неё. Тогда она бы не сразу вынырнула и ещё больше хлебнула.

Белка подняла на него глаза.

— Я не пойду купаться.

— Чего? Струсила? Пойдёшь, куда денешься!

Он снова схватился за подол и в этот раз Белка успела затормозить ткань на талии.

— Я сказала, что не пойду. Значит, не пойду.

— А я сказал, что пойдёшь. Значит, пойдёшь.

Он рванул ткань вверх, но руки Белки ни на сантиметр не уступали позиций, пока не затрещали нитки. Сарафан повис на хвосте, и Белка сорвала его с головы вместе с резинкой. Денис тут же нагнулся к песку, чтобы поднять яркий браслет. Теперь он смотрел на неё снизу вверх и прекрасно видел заострившиеся соски. Белка отвернулась, силой волей удерживая руки по швам. Закрыть от него грудь — значит, проиграть. Ей плевать на его мнение. Её тело соответствует греческим стандартам красоты. В этом заверил её преподаватель по рисунку, в классе которого она больше всего позировала, потому что на все постановки не хватало моделей. В те минуты она не думала об одноклассниках. Вот и сейчас Белка глядела на море, растворяясь мысленно в пене волн, полностью освобождая мозг от мыслей о Денисе. Но он быстро напомнил о себе, пройдясь широкой ладонью по стразам.

— Не «бебе», а очень даже.

Белка не оценила низкий юмор. Она подняла руку и провела ладонью в миллиметре от аккуратной бородки. Денис не отстранялся. Она просто не собиралась давать ему пощёчину. Ей хотелось просто, чтобы он заткнулся.

— Мы пойдём купаться или нет? Иначе уходим. На мне нет «санскрина». Я получу «санбёрн»

Белка теперь не напрягалась с выбором слов. Она стоит посреди пляжа почти голая и имеет полное право пользоваться русинглишем. Английский он знает, так что разберётся!

Денис действительно воздержался от комментария, хотя его взгляд слишком долго задержался на тёмных стёклах её очков, прежде чем вернулся к груди. Пусть смотрит. Он, похоже, единственный, кого на пляже интересует её грудь.

Белка стянула волосы обратно в хвост и бросила на прижатый кедами сарафан очки. Сверху полетели вторые, футболка и шорты. Белка кинула на них сандалии и отвернулась к морю, чтобы не проверять, в чём идёт купаться Денис. Она почему-то была уверена, что он не забыл про плавки.

— Не надо меня держать! — по руке она ему дала достаточно ощутимо. — Сам сказал, что это не «сейф».

Денис опять промолчал, и Белка про себя улыбнулась — с ним безопаснее всего общаться голой.

Первая волна с силой ударила по коленке, но Белка бодро шла вперёд, пока не получила ощутимый удар в живот. Пришлось развернуться. Третья волна прошлась ей по голове. Белка не успела зажмуриться и теперь силилась открыть горящие от морской соли глаза. Денис не пришёл на помощь и даже голосом не предупредил о следующей волне. Белка покачнулась, но отступила лишь на три шага. Волны шли высоко. Она не открывала глаз и не смотрела, где Денис, но тут его голос раздался почти у самого уха:

— Подныривай под волну. Иначе она тебя собьёт!

Нырять она не стала, не желая оказаться в пучине слепым котёнком. Наоборот попятилась, подставляя волне бок, но роль волнореза ей не удалась. Белка пошатнулась и следующая волна отбросила её к берегу. Она постаралась встретиться с дном руками и уберегла коленки от встречи с мелкими камешками. Открыв наконец глаза, она увидела Дениса уже за четвёртой волной — он успел поднырнуть, и там уже можно было удержаться на гребне. Он позвал её к себе, но она крикнула, что с неё довольно! Но всё же зашла на глубину, когда волны чуть присмирели, чтобы вытряхнуть набившиеся в трусы камни. И вот, оттягивая в очередной раз резинку, Белка увидела, что на пальце больше нет кольца. Она с ужасом подняла глаза на море: Денис продолжал бороться с морем. Волны накрывали его с головой, но он выныривал и снова заныривал в вспенившуюся пучину.

Белка облизала солёные губы и стала пробираться к берегу. Последняя надежда на сарафан — кольцо могло зацепиться за бретельку, когда она боролась с Денисом. Только поднимать его нужно осторожно — если кольцо упадёт в песок, тоже пиши пропало. Но сколько бы она не шарила по складкам сарафана, кольцо не находилось. Теперь глаза щипало не только от морской воды. Белка обернулась к морю: Денис переступил последнюю волну. Серые брифы набухли от воды и едва держались на бёдрах. Теперь она видела, что плавание в бушующем море не было запланированным. Как и потеря кольца с бриллиантом.