Криминальный развод - Анна Шварц

А, ясно. Почему-то я подозревала об этом.

— Тот, который работал в баре, где я напивалась с подругами после нашего неофициального развода, — утвердительно произношу я и краем глаза замечаю ,как Ярослав кивает, — можешь набить ему лицо. Он соврал.

— Он сказал, что ты уехала с каким-то ублюдком на БМВ.

— Уехала. А у подъезда сказала ему, что пойду баиньки. На этом моя измена закончилась. Доверять чужим словам об измене можно, только если ты уверен, что этот человек держал свечку. Ладно, — я вздыхаю в третий раз за короткое время, и обхожу Ярослава, направляясь в ванную, — мы выяснили все, а теперь я, пожалуй, поеду домой.

— Вася, — летит мне в спину, когда я уже захожу в дверь, чтобы забрать свои вещи с полочки. Потом я пытаюсь отделить блузку от джинсов, потому что она за что-то зацепилась. Нервно дергаю ,не понимая, какого черта они не разъединяются, — ты хоть раз жалела о том, что мы разошлись?

Хотя он этого не видит, я закатываю глаза.

— Любой адекватный человек будет жалеть о расставании, если любил, — фыркаю я тихо, — хотя я старалась жалеть только о потраченном времени на козла, который украл мою кофеварку.

— Я твои вещи не трогал, повторяю в миллионный раз.

— Да блин! Скотина... — рычу я, в очередной раз сильно дернув блузку и услышав треск. Тонкая ткань умудрилась зацепиться за молнию, и теперь хорошая вещь порвалась. В этот момент из-за двери появляется несколько удивленное и настороженное лицо Ярослава.

— Чего?

— Я не про тебя. Я про это, — мрачно произношу, кивая на вещи, --— есть футболка? Твоя сойдет. Верну завтра. Пришлю курьером.

Нет, я все равно уеду домой. Это только совпадение и мир не пытается меня остановить. Я уверена. Если бы кто-то свыше управлял нами — в таком случае, он бы не допустил, чтобы я ушла от Ярослава еще пять лет назад. А сейчас как-то поздно...

— После этого и всего сказанного ранее ты все равно хочешь уехать? — почти бывший муж тоже кивает на вещи в моих руках, а я едва пожимаю плечом.

— О чем ты? Наше заявление на развод уже подано. У тебя давно своя жизнь, у меня — своя.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, Вася. Мы оба друг друга любили и разбежались из-за глупости...

— И теперь что? — поднимаю на него я взгляд. В глаза словно песка насыпали из-за пролитых слез, — На что ты намекаешь? Вернуть ничего не получится. Пять лет прошло, как-никак, Ярослав. К тому же... — я грустно усмехаюсь, дернув плечом, — это сейчас мы поняли друг друга, а потом эйфория пройдет и мы снова станем такими же, как и раньше. Я по-прежнему люблю есть мозг мужчинам. И тебе его съем.

Я жестом прошу его отвернуться, а потом скидываю халат, надевая джинсы и порванную блузку. Черт с ней, все равно под верхней одеждой не видно. Потом беру фен с полочки, быстро просушиваю волосы и выключаю его.

Ярослав по-прежнему стоит на входе в ванную, подпирая плечом косяк. Мне сложно понять, о чем он сейчас думает, потому что сама пытаюсь разобраться в своих чувствах, но смотрит на меня он с тенью усталости.

— Я тебя не буду силой удерживать, — произносит, наконец, он, а я просто киваю, — домой тебя отвезут. Скажи просто водителю адрес.

— Спасибо.

Перед тем, как уйти, я останавливаюсь на пороге возле Ярослава. Не знаю, что за черт меня дергает, но на прощание я поднимаю руку и как-то по-дурацки, словно мы еще в отношениях, провожу ладошкой ему по плечу. Чувствую, как он немного напрягается от моего прикосновения, и следом слышу тихий выдох.

— Поправляйся. И береги себя, — произношу я.

Черт. Вышло совсем драматично.

Только возле входной двери, когда я надеваю обувь, мелькает мысль, что надо было как-то попроще. Обозвать его, что ли, напоследок. Разрядить обстановку. Не дай бог между нами еще на долгие годы повиснет вот эта сцена последнего расставания. Чтоб я ворочалась ночами и думала «ой, а, может, стоило остаться?»

Да ну нафиг. И так проблем куча. Новый год на носу вот еще.

— Отвезите меня вот сюда, — я показываю водителю адрес на телефоне, и он кивает, заводит машину и включает климат-контроль. Убрав телефон, я устало откидываюсь на спинку и смотрю в окно, за которым мелькают снежинки.

У меня странное чувство. Словно я уезжаю, оставив где-то там частичку себя.

* * *

Весь следующий день я стараюсь загрузить себя, чтобы жизнь вошла в прежнее русло. Помогаю заселиться еще одному бедолаге, который ищет квартиру перед Новым годом, бегаю по магазинам, скупая подарки и сувениры для подруг и родственников. Когда я гляжу на счастливые лица людей, которые тащат домой елки и игрушечных Дедов Морозов, я стараюсь не представлять, как проведу Новый год в одиночестве. Точнее, с котярой в обнимку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Боже, а куда податься? Все подруги у меня семейные женщины. Сестра... ну нет, не настолько мы близки с ней, чтобы праздновать вдвоем. Я ее не выдержу.

— Ваши документы можно увидеть? — вырывает меня из раздумий в магазине кассир, и я удивленно смотрю на нее. Она на меня — подозрительно, с прищуром. В руках у нее — бутылка вина, которую я придумала открыть на Новый год и распить, умывшись слезами.

— Мне... уже больше восемнадцати. Незаметно? — осторожно интересуюсь я, а она пожимает плечом.

— Да кто вас знает, девушка. Сейчас не поймешь по одному виду.

Я со вздохом лезу за паспортом, но в кармане натыкаюсь на пустоту. Так, стоп. Я вроде его тут всегда носила. Неужели выложила? Да нет, никогда не выкладываю документы. Украли?! Да нет, черт. Ехала я на такси, ни с кем в плотном контакте не была, чтобы незаметно вытащили.

Я вспоминаю вчерашний день. Черт. Эти амбалы Ярослава тащили меня кверху попой -— если паспорт выпал в этот момент, я не удивлюсь. Еще есть вероятность, что он выпал где-то в доме Ярослава, когда он меня раздевал после обморока.

— Ладно, не пробивайте вино, — бормочу я, складывая покупки. Надо позвонить почти бывшему мужу и спросить... хотя, не очень хочется.

Я ищу в телефоне номер, с которого мне звонили вчера и уговаривали приехать на встречу с не-бывшим мужем. Гудок, другой и человек берет трубку:

— Слушаю вас?