Наследник для Сурового - Алиса Франц

Заур отвёз нас по адресу на квартиру, ту самую, где произошло роковое событие.

Я, как могла, отгораживалась от правды, называя простое и понятное действие иными словами.

Хотя истина была намного прозаичнее тех параллелей, что я проводила в своей голове.

Заур распрощался с Суровым на просторной лестничной площадке, убедившись, что всё в полном порядке. Он коротко кивнул и ушёл, а я осталась один на один с мужчиной.

Возле двери квартиры, стены которой напоминали мне слишком многое о том, что произошло и о том, что я совсем хотела забыть и никогда в своей жизни не испытывать.

Суровый провернул ключ в замочной скважине и гостеприимно распахнул дверь:

— Проходи.

Внутри сработала охранная сигнализация и мужчина первым шагнул в дверной проём, чтобы ввести код отмены.

Он производил нехитрые действия и мне следовало войти, как он и приказал.

Но я замерла на пороге, не решаясь войти внутрь.

Мне казалось, что если я сделаю этот шаг, то навсегда потеряю себя, как личность, и стану пешкой в чужой игре.

Оттого я дрожала на пороге, за моей спиной была открытая дверь.

Я тешила себя мыслью, что могу убежать, хоть и знала в глубине души, что у меня не получится этого сделать.

Он не позволит.

— Долго ты будешь порог мять? — нетерпеливо спросил Суровый, застыв напротив меня.

Он находился в своей квартире и чувствовал себя свободно на знакомой территории, а я дрожала и за миг покрылась холодной испариной от тисков неизвестности и не знала, как вести себя.

— Настя.

Он произнёс моё имя коротко и чётко.

Едва ли не по буквам.

Никто не звал меня по имени так, что от каждого звука начинало шуметь в голове, а по телу крупными волнами бежали мурашки и сердце заходилось в сладострастном ритме.

Суровый сверлил меня взглядом и медленно расстёгивал рубашку.

С лёгким звоном на комод полетели золотые запонки, а я подумала, что впервые имею дело с мужчиной, рубашки которого требуют запонок и стоят, наверное, как моя годовая зарплата на всех работах — и это только рубашка.

— Что застыла? Проходи.

— Пообещай.

— Что?

— Что ты не тронешь меня!

Я выпалила слова, терзавшие меня изнутри, и схватилась пальцами за дверной косяк, чтобы не упасть.

Мне необходимо было найти внутренних сил, отыскать резерв спокойствия, но выходило с трудом.

Я едва сдерживалась, чтобы не убежать.

— Ты не в моём вкусе, Настя. Слишком тощая, бледная и неопытная. Заходи сама или затащу силой и привяжу. Ты же не хочешь провести первую ночь, будучи прикованной к батарее наручниками?

Суровый потянулся к комоду, выдвинул ящик и звякнул металлом.

Я не видела тот самый предмет, но фантазия нарисовала именно то, о чём сказал мне мужчина.

Я представила наручники и предпочла войти по доброй воле, нежели быть насильно связанной.

— Молодец, — скупо похвалил меня Суровый и выложил на поверхность комода связку ключей.

Именно они и звякали, догадалась я.

Суровый просто обманул меня.

Но не стоило рассчитывать, что я имею дело с весельчаком. Суровый им не был.

Уверена, что он не бросал слова на ветер, как и в том, что на просторах огромной прекрасно обставленной квартиры были припрятаны тайники и сейфы, в которых вполне могли находиться и наручники, и оружие…