Девочка с перчиками - Екатерина Вильмонт

– Я не могу так скоро... Мы видимся второй раз...

– Вам надо получше меня узнать? Вы не можете в омут с головой, да?

– Я когда-то уже прыгнула в омут с головой и до сих пор еще не отдышалась... Простите, Миша, вы мне очень симпатичны, мне с вами легко и это для меня уже удивительно...

– Хорошо, мы никуда не будем спешить! А можно мне вопрос...

– Пожалуйста.

– Ваша фамилия Юргенсен... Вы преподаете шведский. Почему?

– Юргенсен фамилия моего второго мужа, он швед, я вышла за него и уехала в Швецию. Я очень способна к языкам и уже через год прекрасно говорила по-шведски... А потом... я ушла от мужа, вернулась в Москву, и поступила в МГУ на филфак. Специализировалась на скандинавских языках, а фамилию не сменила от дури... считала, что с ней ко мне будет больше доверия.

– А в омут... Это с вашим шведом вы кинулись?

– Нет, это случилось давно, мне тогда было всего пятнадцать... Я вижу, вы хотите спросить про первого мужа? Так это была просто дурь. Мне казалось, я смогу забыть, но не смогла. Этот дурацкий брак продлился полгода. Ну, а о той истории я еще не готова рассказывать... Я совсем недавно узнала, что тот человек умер...

– Не надо, Яна! Из всего вами сказанного я понял только одно, что я вам симпатичен. И это нормально, это даже... прекрасно, замечательно, при второй встрече услышать от такой дивной женщины, что я ей симпатичен! Просто праздник! Яночка, посидите тут минут пять, я скоро вернусь...

Он вскочил и куда-то убежал. А Яна сидела и улыбалась. Какой он милый, добрый, у него такая чудесная улыбка, искренняя, теплая... вообще от него веет добротой и теплом... Может, это именно то, что мне надо? Такой вот теплый человек... К нему хочется прижаться... и просто молчать, чувствовать себя защищенной... Но что я о нем знаю? Спешить нельзя, можно так обжечься! Ему ведь могло просто показаться, что он в меня влюблен... Но я-то пока в него не влюблена, – она прислушалась к себе. – Нет, не влюблена... Но смогу, вероятно, смогу влюбиться... Вот и хорошо... Впервые за столько лет у меня появилось ощущение, что я, пожалуй, смогу влюбиться... И это приятно...

И тут вернулся Миша, запыхавшийся, с букетом фрезий.

– Вот, Яна, я хотел розы, но розы были какие-то несвежие, и продавщица посоветовал эти... Забыл, как называются.

– Фрезии и я их очень люблю, они чудно пахнут. Спасибо!

– Яночка, я понимаю, вам неохота идти на тусовку к Ольге Варламовне, а я вот хочу... вас познакомить с мамой. У меня чудная мама, с роскошным чувством юмора, отличная кулинарка.

– Миша, почему вы рветесь меня с кем-то знакомить? Не рановато ли?

– Нет, в самый раз! Мне просто хочется, чтобы другие тоже оценили вас, ваше обаяние, вашу прелесть. Мне кажется, с моей мамой вы могли бы подружиться.

– А если я не понравлюсь вашей маме?

– Этого не может быть, сто пудов!

– И все-таки?

– Ну, значит, нам обоим придется с этим смириться и встречаться впредь без мамы, только и всего. Но я в маме уверен. И потом, я за всю жизнь только одну девушку знакомил с мамой...

– И что? – с улыбкой полюбопытствовала Яна.

– Девушка ей понравилась, но быстро разонравилась мне, – засмеялся Миша. – Яночка, соглашайтесь!

– Вы очень любите вашу маму?

– Да, очень, хотя я вовсе не маменькин сынок, и мама у меня не диктаторша... У нее масса своих интересов помимо великовозрастного сынули. Мама у меня искусствовед, специалист по Кранаху Старшему...

– Хорошо, уговорили. А как зовут вашу маму?

– Нелли Яковлевна. О, Яна, я все придумал! В понедельник мне обещали наконец, выдать авторские экземпляры, это надо отметить, вот и обмоем книжку дома, втроем! Как вам идея?

– Идея хорошая, – кивнула Яна. – Но в понедельник не стоит...

– Почему?

– День тяжелый.

– Вы суеверны?

– В общем да.

– Хорошо, тогда во вторник...

– Мамочка, в понедельник, наконец, дадут экземпляры!

– Миш, ты это всерьез?

– Ты о чем?

– Всерьез собираешься стать еще одним посредственным писателем?

– Да нет, мама... Не всерьез, просто пока мне это интересно. Но я хочу отметить событие...

– И пригласить меня в ресторан?

У него вытянулось лицо.

– Нет, мамуль, мне бы хотелось дома, чтобы ты приготовила хороший ужин, я пригласил девушку...

– Девушку? Ты хочешь познакомить меня с твоей девушкой?

– Представь себе, мамочка!

– И что за девушка, где ты ее взял?

– Познакомился у Викуловых.

– И кто она?

– Она преподает скандинавские языки в институте.

– Сколько ей лет?

– Точно не знаю, но что-то около тридцати.

– Судя по блеску глаз, ты уже в нее влимонился? Или уже надумал жениться?

– Пока еще рано об этом говорить.

– А как ее зовут?

– Янина, Яна...

– Она полька?

– Да, там есть польская кровь, ее отца звали Август Юркевич. Хотя она его не помнит.

– Она, надеюсь, не замужем?

– В разводе.

– Ну что ж, приводи!

– Спасибо, мамочка!

... – Янка, что с тобой? Тебя как будто королевич Елисей поцеловал!

– Вета, что ты несешь!

– Это Мишка, да? Он за тобой ухлестывает?

– Можно и так сказать!

– Вы уже... того?

– Нет, я не могу так скоро.

– Но хоть целовались?

– Да, – смутилась Яна, сама сознавая как это глупо в ее возрасте. – И знаешь, он чуть не прибил Столбова! Тот говорил обо мне гадости, а Миша услышал и задал ему трепку. Мне было приятно.

– Слава тебе господи! Хоть кто-то вмазал этому подонку!

– Вета, знаешь, я хочу подстричься, как ты думаешь?

– Давно пора! Знаешь, этот твой несчастный хвостик вызывает жалость, а когда ты его распускаешь, на голове воронье гнездо.

– Что, все так мрачно?

– Желтая жуть! Я отведу тебя к классному мастеру, он сделает из тебя суперледи! А тебе когда надо?

– Ну, хотелось бы ко вторнику.

– А что у нас во вторник?

– Миша пригласил меня к своей маме.

– Ни фига себе, вот это темпы! Руку и сердце еще не предлагал?

– Нет.

– Скоро предложит! И я очень тебе советую, соглашайся. Конечно, если найдешь общий язык с мамашей. Свекровь имеет в нашей жизни первостепенное значение. Я вот, можно сказать, вышла замуж за свекровь. И ни разу не пожалела! Все, я звоню Борису Ильичу!