Хулиганка для майора - Ульяна Романова

А потом решила, что проблемы нужно решать по мере их поступления, а не забивать себе голову тем, что еще не случилось. Спокойно выдохнула и решила выпить чашку кофе, потому что глаза слипались. Насыпала в миску Киллера сухой корм. Тут в дверь аккуратно постучали, и только в этот момент я вспомнила, что Захар обещал заехать. На ужин, да, про который я благополучно забыла. Может, притвориться, что меня нет дома? Но решив, что это слишком уж по-детски, распахнула входную дверь и впустила Давыдова в Серёнино жилище.

Захар молча сделал шаг, становясь слишком близко, и посмотрел мне в лицо. По затылку побежали мурашки, скручиваясь в спираль на позвоночнике и ударяя в низ живота горячей волной. И я снова растерялась, не зная, как себя вести. С любым другим парнем, к которому не испытывала подобных эмоций, легко нашла бы, что сказать, но в присутствии Захара язык словно прилипал к нёбу, а в голове образовывался розовый туман с вальсирующими там пони.

Захар сглотнул, вглядываясь мне в глаза. В глубине его зрачков зажегся триумф, и он стал медленно наклоняться, одновременно обвивая рукой мою талию.

Я завороженно следила за его действиями. Все тело вытянулось в струну, я облизала пересохшие губы и почти потянулась ему навстречу, когда соседская дверь громко хлопнула. Оба вздрогнули. Мир перестал вращаться, а реальность больно ударила по голове. Мы синхронно отступили друг от друга, Давыдов страдальчески скривился, вздохнул и прикрыл глаза. Потом молча прошел в кухню и оглядел пространство.

– Подай пакет, – резко произнес он, запустив пятерню в волосы. – Кран будем чинить. Я так понимаю, ужин мне не светит…

– Мне было некогда, – буркнула я.

– Чем ты занималась? – нарочито расслабленно поинтересовался Давыдов.

Я решила оставить его вопрос без ответа и принесла ему пакет с починочным инвентарем. Захар забрал пакет, достал из него тонкий шланг, назначение которого было для меня загадкой, и ушел на балкон. Вышел оттуда уже с ящиком внушительных размеров, в котором Серёня хранил инструменты. Поставил его на пол и одним резким движением стянув футболку, небрежно бросил ее на табурет.

Зачем он это сделал? Я гулко сглотнула, рассматривая рельефные мышцы, которые перекатывались по широкой спине в такт движениям.

Захар подвинул в сторону миску Киллера, открыл кухонный шкаф и принялся что-то деловито рассматривать. А я глазела на него. Давыдов сел на корточки, отчего края джинсов сползли ниже, открывая моему взору две ямочки на пояснице и край резинки боксеров.

– Аня, подай разводной ключ, – попросил Захар, протягивая руку.

Я замотала головой, выгоняя розовый туман, и споро открыла ящик. Наугад достала агрегат, который оказался довольно тяжелым, и вложила в ладонь Давыдова.

– Это газовый, а мне нужен разводной, – возмутился Захар так, словно я каждый день кому-то подаю инструменты.

Мне же казалось, что он говорит на другом, непонятном большинству девочек языке.

Давыдов вернул мне железку, сам порылся в ящике и достал другую. А я так и застыла, снова засмотревшись на его голый торс.

Краем глаза увидела, как в кухню вальяжно внес свою персону Киллер, недовольно осмотрел место своего пропитания, которое временно занял Захар, и задиристо зашевелил усами. Киллер не терпел вторжений на свои территории. Поэтому приготовился к бою, нацелившись на оголенную спину Давыдова, согнул передние лапки и грозно зашипел.

– А ну, прекрати! – приказала ему громче, чем следовало.

Захар дернулся, разворачиваясь ко мне, из моей ладони выскользнул тяжелый газовый ключ, и, повинуясь закону мирового свинства, опустился прямо на ногу Давыдова. Он резко вдохнул, а на выдохе выругался, так красиво объединив в одном предложении долбаного кота, чертов кран и свою судьбу в целом, что я заслушалась. И ведь не повторился ни разу!

Киллер тоже впечатлился и, прижав уши к голове, попятился задом, не делая больше попыток нападения.

– Аня, твою мать! – продолжал бушевать Захар.

– Я тебя от Киллера спасала, – попыталась оправдаться я.

Давыдов несколько раз глубоко вдохнул, застонал и рявкнул:

– Сядь на табурет. И не шевелись!

Я плюхнулась на сиденье, а на колени мне Захар приземлил притихшего Киллера.

– Катастрофы!

– Прости, пожалуйста, – пропищала я, машинально поглаживая кота.

Давыдов потер ушибленную конечность, обжег меня взглядом и нервно продолжил чинить злосчастный кран. Резкими, рваными движениями выдернул поврежденную деталь из-под раковины и откинул в сторону.

Я хотела предложить приложить к травме что-нибудь холодное, курицу, к примеру, но вспомнила, что курица должна была быть не замороженная, а приготовленная, и пристыженно замолчала, виновато кусая губы.

В этот момент входная дверь открылась, и вошел Серёня. Дядюшка выглядел уставшим и измотанным. Бросил ключи на комод и удивленно воззрился на меня. Перевел взгляд на Киллера, снова на меня и быстро прошел в кухню.

Кот напрягся, сообразил, что ему по статусу не положено сидеть на женских коленях, подставляя под ласку поочередно то одно ухо, то другое, спрыгнул, мяукнул и утопал в гостиную.

– Что у вас происходит? – полюбопытствовал дядюшка, глядя на Захара.

– И тебе привет. У тебя гибкая подводка потекла, – раздраженно сообщил ему Давыдов, продолжая ковыряться под раковиной.

– Давай помогу. Ань, есть чего пожевать? – обратился ко мне Серёня.

– Нету, – язвительно ответил за меня Захар.

– Сейчас омлет сделаю, – подскочила я и полезла в холодильник.

Пока мужчины, перекидываясь непонятными мне словами, занимались починкой, я пожарила омлет и накрыла на стол.

– Готово, – сообщил Захар, поднимаясь. Открыл кран, заглянул под раковину, удовлетворенно кивнул и начал намыливать руки.

– Ты хромаешь? – спросил у него дядюшка, а я сжала губы.

Захар устроился за столом по правую руку от меня, даже не подумав надеть футболку!

– Да, ударился, – не сдал меня Давыдов, придвигая к себе тарелку. – Как поездка?

Серёня махнул рукой, тоже вымыл руки и уселся за стол. У Захара в кармане джинсов запиликал мобильный. Легким движением он вынул новенький телефон, посмотрел на дисплей, нахмурился и отрывисто произнес в трубку:

– Да.

– Котик, привет. Как насчет увидеться сегодня?

В тишине кухни мы все отлично расслышали томный голос его собеседницы.

– Я занят, – раздраженно ответил ей Захар, переведя взгляд на меня.

– Освободись, – продолжала настаивать девица.

– Все, мне некогда, – прошипел Захар и отключил вызов.

Я приподняла одну бровь и ухмыльнулась, пряча досаду. Ведь знала, кто он, и что вокруг него вечно пасется толпа девиц. Но позволила себе ненадолго увлечься.