(Не) настоящая жена - Елена Левашова

– Что ты фрик. И… Вер, избавь меня от этого, – осекается Макар. Сминает салфетку и отбрасывает ее в сторону.

– Что ещё Артём говорил обо мне? – почти рычу, испепеляя Макара взглядом.

– Смешная, наивная, глупая… И… сойдёшь на один разок перепихнуться.

– А, ну об этом я и так знаю, – нарочито широко улыбаюсь. – Все это я от него слышала лично.

Бессовестно лгу, пряча за ленивой ухмылкой расползающуюся, как чернильное пятно обиду… Ненавижу мажора… Так сильно, что захватывает дух…

– Вер, прости. Зря я сказал об этом. Так глупо… Не по-мужски… На тебе лица нет, – сетует Макар. – Вот увидишь, я заставлю тебя забыть о нем! Я…

– Потом, Макарчик, – излияния парня прерывает внезапно выросшая за спиной Олеся. – Можно тебя на пару слов, Лисичка?

Что? Олеся знает, что я та самая таинственная незнакомка в костюме сексуальной Лисы? Когда она успела меня заметить? Но, главное, почему я ее тогда не видела?

– Чего тебе, крошка? – лениво поглаживаю ледяное стекло бокала.

– Идем? Есть разговор.

Ее цепкие пальчики сжимаются на моем локте. Нехотя следую за ней в большой зеркальный холл. Олеся подходит к окну и опирается на подоконник.

– Чего тебе от него надо, курица? – начинает она, презрительно сузив ярко накрашенные глазенки. Разве так можно? С места в карьер!

– Мне? Ничего! А разве тебе Артем не рассказал подробностей нашей сделки? Это ему нужен наш брак, а не мне… Так что твои домыслы абсурдны. Крошка, – протягиваю, сделав ударение на первом слоге.

– Я узнала тебя, Лиса, – кипит она. – Это ты тогда украла мой костюм. Я его, между прочим, в Италии покупала. Специально для него! Не смей отнимать у меня Артема!

– Тише, тише… Мне твой мажор не нужен. И ни о каком костюме Лисы я и знать не знаю… У нас фиктивный брак. Можешь расслабиться. Кстати, наш договор не ограничивает личную жизнь друг друга. Можете встречаться, сколько душе угодно.

– Не ври. Я узнала тебя по походке и росту. Ты кралась по коридору клуба, а я тебя видела… Ждала, пока вы закончите, – брезгливо отрезает она. – А надо было…войти и помешать. Тогда все было бы по-другому…

– Олеся, мне не нужен Истомин. Повторяю в последний раз. Что-то еще?

– Нет.

Она отрывается от подоконника и устремляется в зал. Жду пару секунд и следую за ней. Возле барной стойки меня встречают новоиспеченные поклонники: Макар, Джозеф и Дмитрий Ремизов – директор какого-то предприятия… Натянуто улыбаюсь, пытаясь скрыть беспокойство: вдруг Олеся попрется к Артему и все ему расскажет? Если у меня и были мысли признаться, что Настюша его дочь, то сегодня они испарились, как морозное облако! В голове молоточком звучат обидные слова: «Фрик, забавная, смешная, глупая… На один разок…». Прикусываю губу, чтобы не разрыдаться! Почему он так ко мне относится? Другие мужчины танцуют, дарят комплименты и плотоядные взгляды, а мажор… Я для него не пустое место, нет. Я объект неприязни и ненависти. Беспричинной ненависти.

– Верочка, что от тебя хотела Олеся? – спрашивает Макар, обдавая щеку горячим дыханием. Замечаю, как возбужденно расширены его зрачки и хрипит голос…

– Спрашивала, нужен ли мне мажор? Я сказала, что нет, – отмахиваюсь, замечая Артема, идущего прямо на нас.

– Правильно. Я приглашаю тебя на свидание, Вер. Как ты относишься к морской прогулке на двухэтажной яхте? Только ты и я…

– Когда ты планируешь прогулку? Я же работаю. И у меня есть… дочь.

– Дочь? – Макар меняется в лице. – Не знал…

– Это что-то меняет?

– Нет. Конечно, нет, – тушуется он.

Наглый мажор подходит ближе и почти силой заставляет меня с ним потанцевать. Испепеляет взглядом и грозит расправой, указывая на кучку людей, скопившихся возле Вячеслава Олеговича.

– Ненавижу тебя, мажор, – шиплю, поглядывая на Макара. Ну и поклонник… Мог бы и побороться за даму. А он тотчас слился, стоило Артему попросить меня о танце! Никто мне нужен, никто. А уж такие хлюпики подавно…

– Взаимно, Каланча, – Артем привлекает меня к груди. Позволяет вдохнуть ароматы геля для бритья и парфюма. – Это все для них… Давай отыграем роль до конца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глаза мажора так близко… Смотрю в них, вспоминая Настеньку… Они у нее такие же кристально голубые, как у Артема… И радужка с такими же коричневыми крапинками. И волосы русые. Господи, это не может долго продолжаться. Он увидит дочь и узнает ее. Или… что-то почувствует. Как представлю, что мне придется объяснять, каким образом я забеременела? Только от одних мыслей о разговоре душа уходит в пятки…

– Тогда… поцелуй меня, Артём. Твой папа так умоляюще на нас смотрит.

– Прости, – шепчет он, склоняясь к моему лицу.

Мажор целует меня… Касается полураскрытых губ, возвращая в прошлое…

«Кто ты, Лисичка? Я тебя не знаю. Откуда ты здесь взялась?»

«Неважно. Тебе разве обязательно знать, откуда я?»

«Нет, ты права. Необязательно. Я не знакомлюсь с эскортницами. Но ты… Ты супер, куколка. Мне понравилось. Мы можем еще раз встретиться? Сколько стоят твои услуги?».

Он целовал меня и бесконечно ласкал… Так, что кожа горела, а сердце заходилось от нежности. А потом я шла, жалея о том, что обманула его. Плакала в голос, остервенело сдирая с себя проклятый костюм. Я ведь тогда так и не позволила ему снять с себя маску… Доиграла роль таинственной куртизанки до конца.

– Прости, Вер, – мажор отрывается от моих губ.

– Н-ничего. «Господи, только бы не узнал»… – Поедем к Розе Петровне, мне надо собрать вещи.

Мажор крепко сжимает мою кисть и уверенно ведет к столику, за которым сидят его родители. Щеки пылают, дыхание сбивается, а сердце… Оно в очередной раз разбивается от нахлынувших воспоминаний. Вот зачем он меня поцеловал? Мог бы отказаться.

– Пап, мы поедем домой. Мне надо помочь Вере собрать вещи, – многозначительно произносит мажор, бросая взгляд на Вячеслава Олеговича и Татьяну Сергеевну.

– Конечно, сынок. Поезжайте. Я сейчас позвоню водителю. Верочка, – переводит он ласковый взгляд на меня. – Не забудь про «Новую Волну», обязательно сходите с Макаром.