Сердце не забудет - Лаура Дэниелз

– Да, думаю, если Джейми и не был до сих пор знаком с некоторыми сторонами жизни, то Ирма помогла ему лишиться невинности.

– Мразь!

– Брось, что ты так кипятишься… – Бен лукаво прищурился. – Ревнуешь, что ли?

– А если и так! – запальчиво воскликнула Джоан. – Или только тебе позволено ревновать?

Она тут же осеклась, но было поздно – фраза сорвалась с языка.

– Нет, конечно, – медленно произнес Бен, не сводя с нее глаз. – Ревнуй, никто тебя не лишает этого удовольствия. Надеюсь, теперь ты постигнешь всю суть подобного чувства.

Намек был прозрачен: разумеется, Бен имел в виду их прежние отношения. А также поводы, которые Джоан якобы давала для ревности.

Она все поняла, но в настоящую минуту ее интересовало лишь одно.

– Скажи, ты пытался образумить Джейми?

Бен качнул бокал, размешивая остатки коктейля, в котором плавали совсем уже тоненькие льдинки.

– А как ты думаешь? Конечно, пытался.

– И что?

– Полагаю, ответ тебе известен.

– Безрезультатно?

На губах Бена возникла сумрачная усмешка.

– Угадала.

Джоан опустила голову, и перед ее внутренним взором возник образ Джейми в постели с женщиной, пусть и шикарного вида, но годящейся в матери – с Ирмой Филмор.

Святые угодники! Ведь она старше меня… От этой мысли в душе Джоан взметнулась волна гнева.

– Мерзавка! Снова потянуло на мальчиков!

Бен взглянул на нее.

– Когда я узнал, моя реакция была такой же. И я с ходу высказал Джейми все, что думаю по поводу его увлечения.

– И что? – взволнованно спросила Джоан.

Поморщившись, Бен признался:

– Желаемого мне добиться не удалось, скорее обратного. Джейми сказал, что его чувства глубоки, что это не увлечение, а настоящая любовь, а я ничего не понимаю и смотрю на вещи с обывательской точки зрения.

– С обывательской! – ахнула Джоан. – Это она, Ирма! Внушила мальчику, что у них какие-то особенные отношения.

– Скорее всего, так и есть, – хмуро кивнул Бен. – Когда я упомянул о возрасте Ирмы, Джейми ответил в том духе, что для истинной любви разница в годах не помеха.

– Кошмар!

– Да… Мол, они с Ирмой обсуждали этот вопрос и пришли к выводу, что необходимо быть выше условностей.

– Ее цинизм выше всякой меры! – не сдержалась Джоан. – И чем она только берет этих несмышленышей?!

Криво усмехнувшись, Бен заметил:

– Допустим, у нее есть чем брать – Ирма всегда считалась чертовски привлекательной. Это во-первых, а во-вторых, Джейми уже вовсе не несмышленыш, о чем тебе было бы известно, если бы ты чаще виделась с ним.

– Если бы ты чаще отпускал его ко мне, – проворчала Джоан.

– Джейми сам не особенно рвется на твое ранчо. Впрочем, сколько можно это обсуждать…

Однако Джоан уже думала о другом.

– Чертовски привлекательной, говоришь, считалась… Но сам ты в свое время почему-то не пал под воздействием ее чар, а Джейми…

– В свое время, – с нажимом произнес Бен, – я был женат на тебе и ты затмевала для меня остальных женщин. – Окончание фразы он произнес с оттенком досады.

Покосившись на него, Джоан негромко произнесла:

– Для меня тоже существовал лишь один мужчина – ты.

В ту же минуту Бен вскинул на нее взгляд.

– Старая песня! Я слышал ее столько раз, что она больше не производит на меня впечатления.

– Хорошо, продолжать не стану, хотя мои слова чистая правда.

В глазах Бена отразилось искреннее недоумение.

– Вот снова… Не понимаю, почему ты так упорствуешь, отстаивая явную бессмыслицу.

– А я не понимаю, почему ты не веришь мне.

– Потому что это чистой воды ложь! Впрочем, я еще могу согласиться с тем, что тебя всегда интересовал только один человек… – Бен сделал паузу и, дождавшись, пока Джоан посмотрит на него, продолжил: – Ты сама! Поэтому-то ты и не отказывала себе в удовольствии поразвлечься, завертеть интрижку с каким-нибудь смазливым помощником режиссера.

Джоан медленно покачала головой.

Повисла пауза. Оба молчали. Бен, очевидно, полагал, что теперь очередь Джоан что-то сказать, но так как та, по-видимому, не собиралась этого делать, пришлось ему произнести:

– Что, нечего возразить?

– Есть, – невесело усмехнулась Джоан. – Просто я не вижу смысла в подобных разговорах. Ты меня не понимаешь… и никогда не понимал.

Бен на минуту задумался, потом устало провел рукой по лицу.

– Не знаю… Сейчас я уже ничего не знаю… Может, ты и права. Но я хотя бы пытался понять! Однако в твоих словах отсутствует всякая логика. О действиях я уже не говорю…

Пытался понять?

Несколько мгновений Джоан молчала, переваривая информацию. Неужели между сценами ревности Бен действительно пытался разобраться в происходящем?

Но если даже так, что с того? – подумалось ей. Результатом этих размышлений все равно становился очередной всплеск негативных эмоций.

И все же Джоан сочла знаменательным тот факт, что, оказывается, Бен пытался!

– Логика есть, просто мужчине она, наверное, непонятна, – наконец негромко слетело с ее губ.

Бен обдумал и эти слова, а затем произнес:

– В таком случае у Джейми женская логика, потому что лично я его не понимаю.

– Конечно, женская! Я даже могу точно сказать, какой женщиной она навеяна.

– Намекаешь на Ирму?

– По-моему, тут и без намеков все ясно. Она вскружила нашему Джейми голову с такой же легкостью, с какой когда-то обвела меня вокруг пальца с гонораром за съемки в фильме «Дождливый вторник». И даже то, что ты поругался с ней тогда, ничуть делу не помогло.

– Признаться, и я сейчас едва не бросился к Ирме с претензиями, – хмыкнул Бен. – Но вовремя опомнился. Назавтра же во всех местных газетах появились бы статейки о том, как известный киносценарист Бен Донован выдирает сына из объятий обольстительной Ирмы Филмор!

Подавив вздох, Джоан произнесла:

– Да, скандала бы тогда не миновать. Уж Ирма постаралась бы, чтобы репортеры обо всем узнали.

– Как пить дать…

Внезапно Джоан очень живо представила себе газетные полосы с кричащими заголовками и, возможно, снимками если не самой скандальной встречи, то другие, прежние фотографии Бена, ее самой, Джейми и, разумеется, Ирмы. По ее спине пробежал холодок.

– Что-то здесь кроется, – медленно произнесла она, взглянув на Бена. – Неспроста Ирма все это затеяла.