Сердце химеры - Анна Сергеевна Платунова

– Мне только воды, – попросила я служанку.

– Нет, Нари, выпей хотя бы горячего взвара и съешь пару ложек, – строго сказал папа.

Я понимала, что он прав, и не стала спорить. Тем более появилась отсрочка перед сложным разговором с королем. Я не знала, с чего начать, какие слова подобрать. Вертела в голове и так и этак. «Он должен спасти сестру…» Но какое дело повелителю драконов до еще одной химеры? «Он спас мне жизнь…» Но перед этим проник на территорию драконов с намерением добыть кровь, а после обманом скрывался на горе Ньорд. Любой мой аргумент рассыпался еще непроизнесенным.

– Как вы чувствуете себя, леди Ньорд? – Зул Вилард вдруг первым обратился ко мне. – О чем вы думаете так напряженно?

Заметил? Что же, значит, так тому и быть. Я набрала в грудь воздуха и выпалила все, о чем думала, рискуя показаться несдержанной, но сейчас моя репутация волновала меня меньше всего.

– Почему Керин под стражей? Он не пленник! Он спас меня! Вы должны его отпустить! Да, он нарушил границу, но у него была веская причина: его сестра при смерти, а кровь дракона ему нужна лишь для того, чтобы вылечить ее!..

Король в те редкие встречи, когда моя семья бывала при дворе, обращался со мной всегда приветливо и доброжелательно. Называл Нари, звездочкой и своей спасительницей. Хоть я и не помнила этого, но однажды я на самом деле спасла ему жизнь… От химер…

Сейчас же его взгляд затвердел, и я вдруг увидела перед собой не просто старого знакомого семьи, а настоящего правителя. Он нарочито медленно отложил вилку и нож, отставил тарелку, давая понять, что с утренней трапезой покончено. Мама с волнением посмотрела на меня: я вызвала гнев самого короля. Заметила, что и папа напрягся. Но отступать я не собиралась.

– Отпустите его, – повторила я тихо.

– Если каждая химера сможет безнаказанно нарушать границы моих владений, то Врата Небесных Утесов скоро превратятся в проходной двор! Мне жаль юношу, который стал заложником обстоятельств. Он действительно помог тебе. За это я дарую ему быструю и славную смерть без мучений.

Я вздрогнула. Ложечка, которой я нервно помешивала взвар, остужая его, выпала из руки. Я и не думала, что все настолько плохо…

– Да, это несправедливо, – голос короля смягчился. – Но это дело государственной важности. Я вынужден буду казнить дракона. Он заслужил это, бесспорно! Но я не могу отпустить химеру! Никто этого не поймет!

«Никто из подданных этого не поймет, престиж власти пошатнется, а вам этого очень не хочется, ваше величество…»

– Он под защитой этих стен, – сказала я негромко, но твердо.

Хотя уже сама понимала, что не удержу Керина, едва он сможет подняться на ноги. Я знала, что он предпочтет смерть жизни на правах пленника Небесных Утесов. И король это тоже понял, улыбнулся сочувствующей полуулыбкой: мол, я знаю, знаю, девочка, но такова жизнь…

Меня бросило в жар. Любое сказанное мною слово тут же разбивалось о незыблемость королевского слова. Он отдал приказ, приказ был нарушен. Все остальное – лирика и сантименты. Как только Керин покинет гору Ньорд, его ничто не спасет…

Забыв о том, что это неприлично и выглядит совершенно по-детски, я разревелась. Да что там, я готова была на коленях умолять правителя, вот только это не поможет…

Отец все это время молча сидел по правую руку от меня. Но что ему оставалось, он подданный короля. В словах Зула Виларда присутствовала правда, спорить с которой трудно. К тому же Керин химера… А папа всегда ненавидел химер люто и непримиримо.

Я рыдала навзрыд и ничего не могла с собой поделать. Папа нашел мою руку и сжал в своей ладони, потом поднялся из-за стола.

– Я провожу химеру до Врат Небесных Утесов, – сказал он спокойно, словно ничего особенного сейчас не происходит, будто он не объявляет о своем неподчинении королю. – Он мой гость, и этого требуют законы гостеприимства. А если моего гостя попытаются убить… Что же… Тогда я стану сражаться за него.

Я проглотила слезы, с ужасом глядя на папу. Это решение грозило нам страшными карами. Неподчинение… Хуже этого ничего не могло быть…

Король тоже поднялся, и они встали друг напротив друга.

– Подумай дважды, Скайгард Ньорд, – произнес правитель на улоссе.

Вдруг я увидела, что и мама встает из-за стола. Моя хрупкая маленькая мама, которая на вид казалась совсем девчонкой.

– Я тоже полечу провожать нашего гостя, – сказала она.

А ведь летала-то она до сих пор так себе. Правда, мы с папой ей этого не говорили, чтобы не расстраивать.

В гостиной повисла зловещая тишина, когда вдруг встал Арен. Улыбнулся примирительно:

– Отец, лорд Ньорд, давайте не станем портить этот прекрасный день ссорой, лучше вспомним, зачем мы здесь собрались.

– В связи с убийством лорда Зиберта, – мрачно высказался король.

– Изначально я прибыл сюда, чтобы попытаться добиться руки прекрасной леди Ньорд, отец, – терпеливо поправил его Арен. – И если меня выслушают, я могу предложить сделку…

– Сделку? – Глаза Зула Виларда сверкнули. Он, кажется, мгновенно уловил, что хочет сказать ему сын.

А вот до меня, признаюсь, дошло не сразу…

– Леди Ньорд все равно в конце смотрин должна была выбрать кого-то из женихов, чтобы продолжить с ним встречаться. Но на сегодняшний день я единственный жених в замке…

Мое сердце замерло, когда я поняла, к чему он клонит. Арен не вызывал у меня отвращения, но иных чувств тоже не вызывал. Он был слишком обстоятельным, слишком безэмоциональным… Да ведь я и не думала, что смотрины – это серьезно, я никого не планировала выбирать. Но сейчас бы выбрала! Я бы без сомнений выбрала!

Керина…

Родители тоже догадались, тревожно переглянулись. И Зул Вилард понял, посмотрел на сына как-то по-особенному, с гордостью. Заполучить в королевскую семью первую истинную драконицу – такая сделка вполне могла окупить нарушение приказа.

– Вот мое последнее слово, – веско сказал он. – Агнара Ньорд дает свое согласие на то, что в течение года она встречается с моим сыном, принцем Ареном Вилардом, а по истечении этого года вступит с ним в брак. Взамен химера сможет беспрепятственно покинуть Небесные Утесы. Согласна?

Он в упор посмотрел на меня. Я стояла ни жива ни мертва. Он серьезно? Вот так, прямо сейчас решится моя судьба? Они по сути вынуждали меня на брак. Пусть не сейчас, а только через год, но выбора у меня все равно не останется. На одной чаше весов моя судьба, на другой – жизнь Керина и благополучие моей семьи. И этот Арен… Он вроде не такой плохой… Ну почему, почему все так несправедливо?!

– Да, – прошептала я.

– Вот и отлично, –