Только (не) рабочие отношения - Ева Морис

— Переживаешь, что придётся стелить в ванной? — усмехнулся он.

Ведь понимает, о чем я думаю, но продолжает насмешничать. Ждет, пока я скажу напрямую?

Ну уж нет.

— Конечно, нет. У вас наверняка должен быть ковёр. Если достаточно мягкий, хотела сразу попроситься на него.

Он хмыкнул.

— Не сомневаюсь, что тебе и на нём понравится. Но, может, начнём с традиционного? С кровати? Они у меня тоже неплохи. Опять же, никто не жаловался.

Слышала бы его слова Аля...

— Можно выбрать любую?

Он приподнял бровь, и улыбка вновь скользнула по губам.

— Почти. Есть небольшое ограничение, но о них я тебе расскажу чуть позже.

Так мы и поднялись на этаж. Он с интересом поглядывал на меня, будто ожидая, что ещё скажу. А я кусала губы, не решаясь ничего спросить.

Квартира оказалась просторной. Высокие потолки, огромный белый диван, и стол с кухонным уголком в отдалении, минимум мебели, а та что была — в светлых тонах, и мои любимые панорамные окна с видом на ночной город.

— Я говорил об ограничениях, — напомнил Ярослав Львович, опуская мой пакет возле дивана. — Здесь две гостевые комнаты. Ближняя в зеленых тонах, дальняя в серых. Выбирай любую.

Я кивнула, потянувшись за пакетом, но он остановил, глянув на часы.

— Получаса тебе хватит, чтобы освежиться и переодеться в домашнее? — и заметив, что я замешкалась, уточнил. — Ты же брала с собой домашнюю одежду?

Что больше подходит под «домашнюю» одежду: линялая майка и спортивные штаны сильно потрепанного вида, или пижамная футболка с гномиками и короткие шорты в сердечко?

Как-то у нас в семье не принято было дома носить что-то приличное. Домашними становились те, которые на улицу надеть стыдно.

— Стесняешься или ничего не взяла? — уточнил он проницательно.

— Оба варианта, — призналась я, смутившись. — Вы видели квартиры. Надевать новое и красивое, чтобы там убраться — кощунство… А позже я бы забрала оставшийся гардероб…

Вот и набрала я футболок, которые на тряпки пустить можно.

— Не страшно. Я уже начал прикидывать, какую одежду тебе предложить, чтобы ты в ней не утонула. Но если необходимости в ней нет — надевай, что удобнее. Вряд ли ты меня сильно удивишь, — он усмехнулся, окинув меня с ног до головы. — Значит, через полчаса жду тебя на ужин.

— Мы же ужинали в ресторане…

— От чашки с чаем ты тоже откажешься? Мне придумать другой способ выманить тебя из комнаты? — насмешливо вздернул он бровь.

— Не надо. Обожаю чаевничать с начальством, — быстро проговорила я.

— Перед сном? — уточнил он, улыбнувшись.

И получил в ответ смущенный вздох:

— Особенно перед сном.

Ярослав Львович хмыкнул.

— Зачет, смелый воробушек. Гостевая ванна в конце коридора. Пойдем, покажу комнаты.

Поблагодарив, сама не зная за что, я подхватила пакет и последовала за боссом.

Зеленая комната была расположена слишком близко к хозяйской, поэтому я разместилась в серой. Там и ванная гостевая недалеко.

— Располагайся.

Дверь закрылась, а я опустила пакет на пол и вздохнула.

Первые рабочие дни продолжали удивлять.

Стараясь не задумываться, почему даже не пыталась перечить Ярославу Львовичу, я разложила свои вещи на жемчужном покрывале и вынуждена была признать: на ужине я буду выглядеть как нищенка.

Либо офисные юбки, либо почти невидимые шорты, либо спортивные штаны, пережившие два ремонта и более десятка поездок на дачу. Зато штаны будут отлично смотреться с линялой майкой…

Дверь изнутри подпереть и до утра не выходить, что ли?..

Подавив очередной грустный вздох, я подхватила нужные вещи и отправилась в душ. В конце концов, я с Ярославом Львовичем работать собираюсь, а не детей крестить. Переживу, если увидит меня недостаточно красивой.

И стоит заметить, когда я вышла в своем «наряде» в гостиную, он и бровью не повел.

— Чай черный или зеленый? Располагайся.

— Зеленый, — кивнула я с благодарностью и присела на диван.

Не каждый день тебе начальник чай приносит. Тем более одетый так неформально: темные спортивные штаны (да-да, не чета моим) и серая футболка. Странно было видеть его без костюма. Как-то неправильно.

Через минуту передо мной уже стояла чашка, а Ярослав Львович сел напротив.

— Ни печенья, ни конфет нет. Не подготовился, — улыбнулся он.

Заверив, что все в порядке, я потянулась к чашке, чувствуя нарастающую неловкость. И о чем говорить?

— Как семья отреагировала на твое трудоустройство? — будто подсказывая мне, задал вопрос Ярослав Львович.

— Родители пока не знают, а сестра, — я отвела глаза и царапнула чашку, — без восторга.

— Ты из-за новой должности ищешь теперь квартиру? — прямо спросил он, но смотреть на него все равно было стыдно.

— Ну-у-у… птенцам нужно вылетать из гнезда, когда вырастают… — протянула я, и тут же начала костерить себя за дурацкие метафоры.

Но Ярослав Львович хмыкнул.

— Так-то, когда вырастут. А ты, воробушек, только учишься на крыло вставать. Сестра потребовала уволиться?

— Потребовала, — кивнула я.

— А ты?

— А я сижу в гостях у босса и пью чай, — сообщила я очевидное.

Он снова хмыкнул.

— Почему не уволилась?

Вновь царапнула чашку, не поднимая взгляда. Хм. У него и правда есть ковер…

— Воробушек, — протянул он чуть насмешливо, — посмотри на меня.

Он не улыбался, хотя должен был. Смотрел серьезно и внимательно. Так, что я против воли выпрямила спину. И когда только успела так сгорбиться?

— Ярослав Львович, я терпеть не могу, когда кто-то указывает, что мне делать.

Он удивленно вскинул бровь.

— Ой, ну не вы, конечно. Вам можно, — тут же поправилась я, на секунду прикрывая глаза рукой и выдыхая. Спокойствие. — Я про семью. У них есть представление, какой должна быть их младшая дочь или сестра. И они упрямо впихивают меня в эти рамки.

— Они наверняка хотят, как лучше, — чуть наклонив голову, произнес мой начальник. — Может, стоит их послушать? Может, так будет легче?

И он туда же?

Я выпрямилась, расправляя плечи. Ну уж нет.

— Нет, — повторила я уже вслух. — Моя жизнь будет такой, какой захочу я. Даже если для этого придется попотеть.

Он улыбнулся, на