Созвездие любви - Андрей Егорович Киселев

– Я ведь не в джунглях живу, в Москве же есть катки!

– Парным катаем занималась?

– Ты ревнуешь?

– Очень!

– Нет, одиночным.

– А со мной попробуешь?

– Давай!

Звучала музыка в стиле танго. У нас хорошо получалось танцевать. Как-то весело и легко.

– Не устала?

– Я сильная!

– Ещё?

– Давай!

Нам даже аплодировали зрители, стоявшие возле бортика. Были и конкуренты – это мама с Жилем. Он её крутил вокруг себя, делал прыжки.

– Есть у них ещё порох в пороховницах! – удивился я.

– Да, молодцы какие! Смотри, что наши старички творят!

Жак, взяв под ручку Мари, выписывал с ней круги по периметру на существенной скорости. Йошкар-олинцы пытались их догнать, но бабушка Нина это делала неуверенно, часто запинаясь.

– Уморили вы нас сегодня, молодёжь! – жаловался дед Виталий потом, когда шли с катка.

– Всё лучше, чем водку пить! – не согласилась бабушка Нина.

– Все кости болят! Надо будет выпить.

– Трезвая мысль, дед, – резюмировал я.

– Миль грамм! – добавил дед Жак.

– У нотр мэзон? – спросила бабушка Мари, возмущаясь большому расстоянию от катка до дома.

Видимо, тоже сил не рассчитала.

– Что, Мари, тоже кости болят? – спросил дед Виталий.

– Ой, ёй, – лишь ответила она, держась за мужа.

Мама расхохоталась, все тут же подхватили. Пошли веселее.

Жиль смеялся громче всех. Семнадцатый дом был уже рядом.

Снова была баня, застолье, тосты и разговоры, любовь, седьмое небо, сон, чудное солнечное утро.

После завтрака к нам постучался метрдотель.

– Сегодня завезли лечебные грязи, а вечером приедут артисты!

– На какое время можно записаться на грязи? – спросил я.

– Так, вас восемь человек. Значит, через полчаса. А потом много записано.

– Хорошо, будем! – глядя на кивающую аудиторию, согласился я.

– А завтра морские ванны, водный массаж и дискотека.

– Очень хорошо!

– У нас ещё боулинг, теннис, пинг-понг, фитнес, аэробика, лечебная физкультура, массаж, мануальная терапия, релаксация, йога, фламенко, танец живота, маникюр, педикюр, Дед Мороз со Снегурочкой, баба Яга и так далее.

Так мы и жили.

***

Настал последний день 2002 года.

Ещё вчера мы нарядили принесённую нам ёлку, установив ёё в зале. Татьяна научила французов вырезать из бумаги снежинки. Обклеили ими все окна и стены.

Сегодня мой водитель привёз из Москвы коробку шампанского, пиротехнику и остальное, что заказывал. Полдня я обзванивал своих коллег и друзей, поздравляя всех с наступающим Новым годом.

– Таня, давай пригласим твоих родителей к нам, заодно познакомимся. Я водителя отправлю за ними, – предложил я.

– Правда!?

– Конечно.

– С удовольствием! – обрадовалась она, и последовал благодарный поцелуй в мои губы.

Так и сделали. Через три часа её родители стояли в прихожей дома.

Мама, увидев их, кинулась обниматься.

– Лёнька, Валька, тычу лет, Господи! Откуда?

– Привет, Лен, вот дочь позвала.

– Какая?

– Таня.

– Она ваша дочь?

– Да.

– Вот здорово! Давайте проходите!

Все были в зале. Мама ввела новых гостей с возгласом:

– Это же мои однокурсники, Лёнька с Валькой! Вот это да!

Знакомство было бурным.

– Мой Леон! – представила им меня Таня.

– Очень приятно, моя супруга Валентина Сергеевна, а я Леонид Николаевич.

– Очень приятно, – ответил, пожав ему руку, – пойдёмте, я покажу ваш номер.

Видно было сразу, что они добрые люди с приветливыми лицами. Оказалось, что у них нет проблем с французским языком, поэтому нашим иностранцам пришлись по душе новые знакомые.

Традиция встречать Новый год чистыми отправила всех в баню. Пока женщины мылись, мужская половина устанавливала пиротехнику во дворе. Когда в баню ушли мы, женская часть коллектива после прихорашивания принялась накрывать праздничный стол.

Время полетело очень быстро. Не успели оглянуться, как Путин начал в телевизоре новогоднее поздравление. Все собрались за столом в ожидании боя курантов. Жак включил видеокамеру, подвесив её на бра так, чтобы охват был полным.

Мужчины приготовились открывать шампанское, женщины держали наготове фужеры, и, наконец-то, на экране появились часы Спасской башни Кремля. Бдум, Бдум… Забили куранты. Шпок, шпок…Хлопки шампанского.

– С Новым годом, с Новым счастьем!!! – поздравляли все друг друга, чокаясь и целуясь.

– Все на улицу! – скомандовал я.

– Ура!!!

Компания дружно, накинув верхнюю одежду, вышла на крыльцо. Я включил электропривод пиротехники. Через секунду начал взрываться верхний салют из трёх установок по тридцать зарядов.

– Ура!!!

На последнем заряде, сработал огненный дождь широким водопадом, следом взметнулись пять искрящихся фонтанов. Татьяна прыгала в моих объятьях от восторга с возгласом:

– Ура!!!

Надо всей территорией базы отдыха стоял грохот и вспышки салюта, свист взлетающих петард. После фонтанов пошли ракеты, взрывающиеся вверху рассыпающимися шарами, громко шурша при падении.

– Ура!!!

Леонид Николаевич поджигал и раздавал всем бенгальские огни, привезённые с собой. Шары сменились на ассорти из пяти установок, поочерёдно выпускающих по двадцать пять зарядов.

– С Новым годом! Ура!!!

– С Новым счастьем! Ура!!!

– Бон анэ! Ура!!!

Заключительный салют был самым мощным и красочным.

– Ура! Ура! Ура!!!

Восторженные зрелищем, вбежали в дом к столу.

Дед Виталий уже наливал водочку, приговаривая:

– Надо согреться, не дай, Бог, простудиться!

– С Новым годом! С Новым счастьем!

– Разбирайте подарки под ёлкой! – объявил я.

– Когда ты успел их туда положить? – удивилась мама.

– Что нам стоит дом построить! Татьяна, а тебе подарка там нет, – остановил я её.

– Да? – удивлённо спросила она, не зная, как реагировать.

– Он здесь, – успокоил я её, протягивая ювелирную коробочку.

– А я без подарка, – расстроилась она.

– Ты для меня главный подарок! Предлагаю выйти за меня замуж!

Она стала серьёзной. Прижалась ко мне лицом и молчала.

– Что случилось, ты её расстроил? – спросила, подошедшая поблагодарить за подарок, мама.

– Пока не знаю.

– А что тогда?

– Предложил стать моей женой, а она не согласна.

– Как не согласна? – встрепенулась Татьяна.

– Согласна? – захотела уточнить мама.

– Да!

– Ну, слава Богу, – сказала мама, когда нас уже стало не разлепить из поцелуя.

– Ну, вот, а я всё пропустил, – расстроился подошедший Жиль.

– Поздравляй их теперь с типа помолвкой.

– Хорошие новости, поздравляю вас, Таня, Леон.

– Мы-му-уу, – ответил я через поцелуй.

– Хватит целоваться-то, – упрекнула нас мама.

– Мэ-ме-му, – ответили мы.

– Лёньк, Вальк, смотрите, что делается-то!

– А что? Она нам говорила, что его любит. Слава Богу! – спокойно произнёс Леонид Николаевич.

– Он ей предложение сделал, Лёня!

– Надеюсь, она согласилась? – спросила Валентина Сергеевна.

– Да! – удивлённая их спокойствием, не унималась мама.

Лёнька с Валькой смотрели на нас и доброжелательно улыбались. Мы стояли перед всеми родственниками, продолжая целоваться. Потом Татьяна уткнулась лицом мне в грудь, и я почувствовал, что моя рубашка стала сырой.

– Ты почему плачешь? – спросил я.

– Не знаю, но мне хорошо!

Я взял коробку из её руки, открыл, вынул кольцо и надел ей на правый безымянный палец.