Никогда не обманывай герцога - Лиз Карлайл

– Именно так! Именно так! – Сэр Перси был несколько удивлен. – Вы, случайно, не читали шедевр Хукера «Законы церковного устройства»? Это одно из любимейших произведений приходского священника.

– Читал, – с некоторой опаской ответил Гарет, подумав, не скрывается ли за словами баронета еще какая-нибудь колкость или, что хуже, прощупывающий вопрос. К счастью, его ответ остался без внимания и Гарет расслабился.

– Быть может, ваша светлость, эти изменения показались вам неприятными? – прочирикала леди Ингем. – Но я, честное слово, не могу найти в Селсдон-Корте ничего такого, что мне не нравилось бы.

– Дорогая, ты неправильно поняла его мысль, – заметил ей муж.

– Дело не в том, что мне что-то не нравится, мадам, – спокойно солгал Гарет. – Просто я обеспокоен тем, что мне пришлось срочно оставить свои дела в Лондоне.

– Но у вас, несомненно, есть клерки? – ослепительно улыбнулась леди Ингем.

– У нас дюжина клерков, мадам, но они не берут на себя ответственность, – пояснил Гарет, ощутив внезапную непомерную усталость. Эти люди были очень любезны, но плохо представляли себе реальную жизнь. – А мой основной партнер по бизнесу только что обвенчался. И она…

– Она? – Леди Ингем ухватилась за возможность посплетничать. – Расскажите о вашем деловом партнере. Кто она?

У Гарета было огромное желание сказать, что он имеет половину доли в последнем исправительном доме миссис Беркли. Но это был бы тот непристойный ответ, которого дама, очевидно, ожидала, поэтому Гарет удержался и пояснил:

– Мой партнер – маркиза Нэш. Мы равноправные партнеры в «Невилл шиппинг».

Герцогиня ничего не сказала, однако Гарет заметил, что она от изумления широко раскрыла глаза.

– «Невилл шиппинг», – пробормотал доктор. – У вас есть контора на Уоппинг-хай-стрит? Мне кажется, я ее видел.

– Во время одной из ваших поездок в Лондон, наверное? – нарушила молчание герцогиня.

– Да, я помню, что видел вывеску, – признался Осборн. – Я пользуюсь аптекой возле Уоппинг-Уолл. До чего же мир тесен.

– Ну, надеюсь, не так уж тесен. Если он будет уменьшаться, то «Невилл шиппинг» скоро может оказаться не удел, – пошутил Гарет.

– Но, ваша светлость, вы, конечно, не собираетесь продолжать свою деятельность? – В тоне миссис Ингем прозвучала легкая укоризна, и Гарет почувствовал, что его терпению пришел конец.

– А почему нет? – вызывающе спросил он. – Прилежная работа никогда не приносила человеку ничего плохого, а часто, наоборот, только хорошее.

– Именно так! Именно так! – снова воскликнул сэр Перси.

– Существует призвание, леди Ингем, и увлеченность. – Доктор наклонился вперед, стараясь подчеркнуть значение своих слов. – Быть может, для герцога эта работа – увлечение?

Взглянув через стол, застеленный белоснежной скатертью, на герцогиню, Гарет заметил, что она пристально смотрит на него, как будто ждет ответа.

– Сначала это была необходимость, которая затем превратилась в увлеченность. Быть может, оставим эту тему? – предложил он.

Спустя некоторое время, когда с десертом было покончено, подали портвейн. Мужчины не стали долго засиживаться, но когда они вышли к дамам в гостиную, леди Ингем уже подавали накидку.

– Я слышала гром, – робко сказала она. – Думаю, Перси, нужно побыстрее идти.

– Жена не любит грозы, – пояснил сэр Перси, взглянув на Гарета.

– Ее светлость тоже, – тихо добавил Осборн.

Герцогиня, расправлявшая воротник на накидке леди Ингем, застыла. Она не взглянула ни на кого, даже на доктора, но Осборн, поняв, что допустил оплошность, залепетал что-то о погоде вообще.

– Осборн, мы можем завезти вас в деревню, – предложил сэр Перси. – Боюсь, жена не ошиблась насчет дождя.

– Нет, благодарю вас, – отказался Осборн. – Я взял с собой зонт.

Гарет проводил Ингемов до дверей, а герцогиня осталась в комнате. Когда через несколько секунд Гарет подходил к гостиной, он увидел, что Осборн стоит почти у самой двери и, слегка сжимая в ладонях руки герцогини, пристально смотрит ей в глаза.

– И немного снотворного… – тихо говорил он. – Обещайте мне, Антония, что не забудете об этом.

Она закусила пухлую нижнюю губу, и у Гарета внутри что-то перевернулось.

– Оно мне очень не нравится, – помолчав, ответила герцогиня. – После снотворного я чувствую себя неважно.

– Антония, вы должны обещать мне, – настаивал доктор, поднимая ее руки, словно собирался поцеловать их. – Оно вам необходимо. Вы же знаете, что вам может быть нехорошо во время грозы.

– Да, я подумаю. – Она потупилась, опустив темные ресницы.

Отрывисто кашлянув, Гарет вошел в комнату, и собеседники отстранились друг от друга как заговорщики. Герцогиня медленно пошла к остывшему камину, растирая предплечья, как будто ей было холодно, а доктор Осборн начал благодарить Гарета за обед.

Когда, проводив доктора, Гарет вернулся, то с некоторой радостью обнаружил, что герцогиня уже ушла.