Мечтая о Риме - Тревор А. Уильямс

– Ciao, Antonia. Come stai?^[12]

Он поцеловал официантку в обе щеки. Дейзи встала на задние лапы, ожидая порции ласки.

Джо не верила своим глазам. Еще одна подружка Коррадо? Значит, мать была права, говоря о его донжуанских замашках?

– Джо, хочу тебя познакомить. – Коррадо снова повернулся к ней. – Это Антония, дочь одного из самых близких моих друзей. Она аспирантка в Сапиенце. Микробиолог. Здесь просто подрабатывает. И ты, Антония, познакомься. Это Джо из Англии. Сестра Анджи.

Джо улыбнулась и поздоровалась с девушкой, мысленно упрекнув себя за поспешное и превратное суждение. Антония ушла. Дейзи принялась шумно лакать воду. Джо мысленно дала себе клятву: отбросить все банальные суждения и попытаться взглянуть на Коррадо как на отзывчивого и разносторонне образованного человека, кем в действительности он и был.

– Что такое Сапиенца?

– Римский университет. Я там получал первое образование. Один из старейших университетов мира. Не такой старый, как Оксфорд, и тем не менее… Он был основан в тысяча трехсотом году или около того.

– Чувствуется, Антония – способная девушка. И вдобавок привлекательная. У нее все должно получаться.

– Думаю, тебе знакомо такое сочетание.

Сказав это, Коррадо мгновенно переключил внимание на Дейзи. Словно забыв свои недавние слова о необходимости следить за собачьей талией, он бросил полную ложку бананового мороженого в миску, откуда Дейзи вылакала всю воду. Через несколько секунд мороженое исчезло в пасти лабрадора. Для Джо были очевидны два момента: Коррадо сделал ей комплимент, о котором тут же пожалел. С этим человеком происходило что-то странное. «Ну и пусть, – подумала Джо, зачерпывая ложечкой мороженое. – Комплимент есть комплимент».

Мороженое было потрясающе вкусным, и она заставляла себя есть помедленнее, наслаждаясь вкусом трех сортов. Теперь можно и поговорить о работе. О его работе.

– Мое выступление на конференции будет посвящено ликвидации «мусорных островов» в океане и переработке скопившегося там пластика. Но я бы с удовольствием дополнила это информацией по разработке новых материалов, которые должны заменить пластик. Ты мог бы мне что-нибудь рассказать?

«Затравка» для разговора сработала на редкость отлично. Коррадо оживился и охотно стал рассказывать о своей работе. Он хорошо знал не только то, чем непосредственно занимался, но и сопредельные темы. Джо доедала мороженое и слушала, мысленно отмечая ключевые моменты, которые помогут ей улучшить презентацию. Естественно, она горячо поблагодарила Коррадо за обилие полезных сведений.

Откинувшись на спинку стула и неторопливо глотая воду, Джо разглядывала страдавшие от жары деревья вокруг террасы. И вдруг она вскочила на ноги, подхватив со стола мобильник:

– Извини, Коррадо. Там бабочка.

Джо поспешила к пятачку пожелтевшей травы, перемежавшейся сорняками. Наверное, когда-то это называлось лужайкой. Изумленный Коррадо смотрел ей вслед. Вскоре сопение сзади заставило Джо обернуться. Так и есть: Дейзи увязалась за ней, радостно виляя хвостом. Джо замедлила шаг и приложила палец к губам:

– Тише, Дейзи. Не спугни ее.

Замеченная ею бабочка перестала порхать и грациозно опустилась на ствол старого оливкового дерева. Джо на цыпочках подкралась к ней и стала увеличивать изображение на камере телефона, пока насекомое не заполнило собой почти весь экран. Сделав пару снимков, Джо подошла еще ближе, в третий раз запечатлела бабочку и остановилась в молчаливом восторге. Перед ней сидела крупная бабочка с кремовыми крылышками с каймой из темных пятнышек. Особенностью этого вида были раздвоенные нижние части крылышек, откуда и появилась ее простонародное название.

Джо слегка тронули за плечо, и Коррадо прошептал:

– Даже я знаю, как называется этот вид. Ласточкин хвост.

Джо оглянулась. Коррадо стоял почти рядом. Их лица разделяло несколько дюймов. От Коррадо пахло банановым мороженым, а на подбородке поблескивало пятнышко от темного шоколада. Джо кивнула и прошептала в ответ:

– По-латыни эти бабочки называются Papilio machaon. Здесь они встречаются часто, а вот в Англии стали редкостью. – Удивляясь себе, она вдруг потянулась и стерла шоколадное пятнышко с его подбородка, торопливо пояснив: – Шоколад.

Коррадо отскочил, словно его укусили, напугав собаку и бабочку, которая вспорхнула со ствола. Джо проводила ее взглядом, пока та не скрылась за старинной каменной стеной. Что же с ней происходит? Зачем она потянулась к подбородку Коррадо, когда могла просто сказать? И почему он так странно отреагировал? Отважившись взглянуть на него, Джо увидела, что он отошел на несколько шагов и, полуобернувшись, вытирал подбородок бумажным платком. Может, дело в его профессии? Он не понаслышке знал об опасности микробов и инфекций, отчего, наверное, у него выработалась чисто профессиональная реакция на прикосновения. Джо стало неловко. Она чувствовала себя полнейшей дурой. С первой их встречи все в поведении Коррадо говорило о том, что его совсем не интересуют близкие отношения с ней. А поскольку они скоро станут родственниками, хотя и дальними, никаких других отношений, кроме дружеских, между ними и быть не может. Тогда почему она сочла вполне уместным… нет, ей даже захотелось дотронуться до его подбородка, а еще раньше – на парковке – поцеловать? Глубоко вдохнув, Джо направилась к нему, делая вид, что хочет погладить смущенную собаку у ног хозяина.

– Не переживай, Дейзи. Нам еще встретится много бабочек. – Джо решилась взглянуть на Коррадо; кажется, тот несколько пришел в себя. – Знаешь, до сих пор я не видела ни одного живого экземпляра этих бабочек.

– Теперь увидела. – Коррадо убрал в карман скомканный платок и улыбнулся. – Здесь их полным-полно. – Он посмотрел на часы. – А теперь, если хочешь, мы можем немного поразмяться. Пожалуй, после мороженого это нам не помешает. Заодно продолжим охоту за бабочками. Устраивает?

– Еще как, но только если у тебя нет более важных дел.

– Нет. Сегодня я целиком в твоем распоряжении. Я уже рассказывал, что дальше Appia Antica превращается в дорожку для велосипедистов и пешеходов. Мы проедем, пока еще можно ехать, затем оставим машину и дальше пойдем пешком. До поездки в Загородный клуб у нас уйма времени.

Они направились к машине. Джо облегченно вздыхала. Кажется, Коррадо вернулся к стилю внимательного и дружелюбного спутника. Но ей не давали покоя собственные нелепые и необъяснимые порывы. Сев в машину, она продолжала мысленно прокручивать случившееся и спрашивать подсознание, за каким чертом ей понадобилось целовать Коррадо в щеку и дотрагиваться до подбородка. Подсознание упрямо молчало.

Дорога становилась все более тряской. По обе стороны тянулись отнюдь не древние полуразрушенные стены, а вполне современные, высокие и снабженные камерами наблюдения. Похоже, в этой части города находились виллы очень состоятельных римлян.