Легенда о Глорусе - Вика Соколова

Первым на свет вышел подросток лет четырнадцати. Его лицо покрывало множество веснушек, и в сочетании с растрепанными, густыми каштановыми волосами паренек походил на домовенка. На нем были не по размеру большие черные сапоги, почти сливавшиеся с брюками, и длинная темно-коричневая рубаха, пережатая на поясе широким ремнем, сбоку к которому цеплялись ножны. В общем-то паренек выглядел дружелюбным, хоть и слегка диковатым.

«Наверно, охотился с отцом, а я тут всю малину попортила. Неловко. Нужно хотя бы извиниться».

Я хотела поздороваться и завязать разговор, но холодный, остро-пронзительный взгляд мгновенно заставил затаить дыхание. От второго явно веяло враждебностью. И это определенно был не отец мальчика, ибо высокий молодой парень выглядел ненамного старше меня. Одет он был примерно так же, как и «домовенок», только поверх рубахи с закатанными по локоть рукавами был надет плотный, возможно кожаный, жилет на металлических застежках. Помимо лука, который парень ловко перекинул через грудь, он также был вооружен длинным кинжалом с фигурной рукоятью медного цвета. Только вот от холодного оружия все внимание перетягивал не менее холодный, хищный взгляд, пробивающийся сквозь темную челку.

— У нас сегодня отличный улов, братец: одна ловушка и две зверушки, — дерзко произнес брюнет, наигранно разведя руки в стороны.

«Кого он зверушкой назвал?» — меня возмутило такое необоснованное поведение, слишком уж заносчивое для первого знакомства.

— Очень остроумно, но считать вы не умеете, — спокойно ответила я и, открыв клетку, выпустила птицу.

Правда, далеко она не улетела, а села на близстоящее дерево. Может, хотела понаблюдать, чем дело закончится?

— Ха, кажется, нам образованная попалась, — улыбнулся «домовенок» и с неприкрытым интересом начал наблюдать за реакцией старшего брата.

— Вот именно, я же вас достану своими умными разговорами. Так что, пожалуй, пойду. Пока. — Я развернулась и уже собиралась уходить, но мне преградили путь. Это было предсказуемо.

— Думаешь, я позволю? — протянул брюнет угрожающим низким тоном. — Вторглась на наши земли, сломала ловушку, выпустила улов и хочешь просто так уйти? Придется заплатить. Как думаешь, Рон, десяти монет хватит? — спросил он у брата, не сводя с меня черных пытливых глаз.

— Ты чего? Как минимум пятнадцать. Сам же говорил, что никому нельзя давать поблажек, а сам тут, хи-хи… — Мелкий во всю веселился.

— Верно. Но не волнуйся: нет денег — найдем другой способ. — Он достал кинжал из ножен и опустил его ребром мне на плечо, вынудив согнуться под тяжестью оружия. — Хотя по такому наряду легко можно догадаться, что его владелец благородных кровей. И что вы забыли в лесу, юная мисс?

Самодовольная ухмылка, казалось, даже и не собиралась покидать его лицо. Но неожиданно его взгляд остановился в одной точке возле моей шеи. Парень вмиг стал серьезным. Он отвел лезвие, сделал шаг назад и, кажется, о чем-то задумался. Его глаза так забегали, словно он мысленно перебирал свою внутреннюю картотеку в поисках нужной информации.

«Что это может значить? Меня узнали? Они боятся? Это можно как-то использовать?»

Только я раскрыла рот, чтобы разузнать о такой резкой смене настроения, как все вернулось на круги своя. Не умею я ловить момент.

Разбойник подскочил ко мне, схватил за ворот платья и подтянул к себе.

— Стой смирно! — угрожающе рыкнул он, одной рукой удерживая мои руки, а второй раздирая ворот платья.

— Пусти, отцепись!.. — пыталась я вырываться, но безуспешно. Будто заковали в огненные наручники. А ощущать эти по-хозяйски грубые прикосновения на шее, это горячее дыхание… омерзительно. — Хватит. Прекрати. Про…

— Да все, все, только не реви. — Парень отпустил меня и отошел в сторону. А я стояла как окаменевшая и никак не могла придти в себя. Будто парализовало. Причем все: и мышцы, и голос и даже разум.

— Эй, Рон, девка из Гердебалей. — Он помахал брату куском вырванной ткани. Оказалось, там были вышиты инициалы. — Только ты кто? — обратились ко мне, но я все еще находилась в своем вакууме.

— Может, кузина?

— Может. Дочь-то загубил.

«Что?» — я ошарашенно посмотрела на него. Не ожидала, что подобные слова сработают, как пощечина.

— Так кто же ты, загадочная мисс «И»? Изабелла, Изольда?..

— Ингрид, — твердо заявила я, переполненная не пойми откуда взявшейся решимостью.

Разумнее было бы скрыть имя, но… все из-за злобы, которая диким зверем скреблась изнутри. И что самое странное, я даже не понимала, на что конкретно злилась. На разбойничьи издевки? На эгоцентричность лорда? На свою беспомощность? Или все сразу?

Зато мой честный ответ явно выбил парня из колеи: довольная ухмылка спряталась, глаза сузились, а между бровями пролегла глубокая морщинка. Его губы беззвучно раскрылись и сомкнулись — он не знал, что сказать, и отвернулся. Но ненадолго.

— Забавляться вздумала, лисица? — Голос его превратился в злобное шипение.

— А вы, судя по реакции, должно быть, Ларионы? — бесцветным голосом спросила я.

— Именно, — открыто улыбался «домовенок», которого определенно позабавил такой поворот событий. — Арен, это та самая Ингрид, да?

«Капец, наши же семьи враждуют. Нехорошо получилось. Даже очень. И что делать?»

— Вот черт, — тихо ругнулась, прозрев, что теперь настала моя очередь быть похищенной.

— Что? — переспросил парень.

«А?.. Точно, можно же попробовать. Вдруг сработает? А то в плену долго не протяну, так что нужно выбираться».

— Черт! — с ужасом воскликнула я и указала в сторону леса, после чего, не теряя ни секунды, поспешно рванула к лошади. Это, по крайней мере, дало мне пять секунд форы, а затем позади раздалось недовольное: «Вот ведьма!»

Как ни старалась, но быстро бежать не получалось: длинное платье цеплялось за ветки, а неудобные туфли то и дело застревали в рыхлой земле. Меня бы точно поймали, если бы не та птица.

«Господи, что она творит?» — услышав позади крики, я обернулась и увидела, как крылатый монстр с лютой яростью нападает на братьев.

Легкий шок был обеспечен. Но тратить драгоценное время на просмотр я не стала: нужно пользоваться моментом. Добежав до лошади, я проворно на нее вскарабкалась и, не раздумывая, помчалась прочь из леса. Именно тогда в памяти начали всплывать слова, что были написаны на картине с вороном: «Спасение дарует верного посланника». До этого случая я бы точно их не вспомнила и уж тем более не уловила бы смысла, но теперь… Нужно непременно вспомнить все сны, связанные