(Не)везучий случай - Лидия Рыжая

Глава 8

Мурат смотрел на маленькую спящую девочку, лежащую подле него на кровати с разметавшейся гривой волос, невольно любуясь ее милым очарованием. Он всматривался в ее расслабленные черты лица, отмечая маленький курносый носик, полноватые губки, приятные щечки, до которых неимоверно хотелось дотронуться, и видел перед собой ангела.

Он ее принес ее на руках из бассейна еще днем, бережно уложив на кровать, на которой они неустанно предавались любовным ласкам в течение нескольких часов. Мужчина все никак не мог отпустить ее от себя, наслаждаясь этой юной чертовкой и доставляя ей удовлетворение разными способами.

Ее удивительная любознательность заставляла его посмеиваться каждый раз при виде ее удивленных глазищ, которые она начинала таращить, когда сталкивалась с чем-то неизвестным и восторгаться ею, когда девчонка быстро адаптировалась и делала то, что он ожидал от нее. Вспоминая всех своих многочисленных любовниц, он не мог припомнить, чтобы какая-то малышка его также сводила с ума своими действиями, заставляя все больше проникаться чувственностью и нежностью своего тела.

— Что мне с тобой делать теперь? — спросил он сам себя, рассматривая маленький комочек в своих объятиях, который так трогательно к нему прижимался и сопел во сне.

Девчонка, словно мысли прочитала, вытянувшись во весь свой рост, сладко причмокивая и упираясь ему в грудь своим носиком, заставляя еще больше умилиться ее непосредственности.

Не удержавшись, он провел пальцем по ее плечу, уходя ниже по ее руке и перебираясь на бедро. Ее кожа была такой нежной и бархатистой, что Мурат продолжал водить рукой по ней, вырисовывая круги.

Потянувшись к ее груди, он прикоснулся к ней губами, смакуя это появившееся чувство собственности. Он целовал тело спящей девушки, замечая ее неосознанную ответную реакцию и радостное возбуждение накрыло его от мысли, что эта маленькая бестия целиком и полностью принадлежит только ему и он может делать с ней все, что захочет.

Но все больше размышляя над тем, что же теперь с ней делать и куда везти, Мурат все больше упирался в тупик.

Жениться он на ней не собирался, это было бы слишком сложно: никто из семьи не позволил бы этому случиться. Исламские каноны допускают брачные союзы между мусульманами и христианками и иудейками, но не одобряют. Его решения о женитьбе уже около полугода ожидали несколько достойных партий из влиятельных семей, подобранных для него его родителями. Все молоденькие девственные цветки на любой выбор и достойные партии, которые только укрепят его положение в обществе и его семьи.

Мурат взглянул на Кристину, понимая, что хотел бы продолжать вдыхать запах только этого полураспустившегося бутона.

«Но увы, это невозможно!» — подумал он, прикасаясь губами к ее виску на прощание и вставая с кровати. Мурат прошел на балкон, где его дожидался сброшенный костюм, нагревшийся под солнцем и сейчас обжигающий его пальцы.

Ожидало много безотлагательных дел, которые Мурат, итак, отложил, решив заглянуть к этой милой девушке, чтобы узнать, как она время проводит. Кто мог подумать, что все у них зайдет дальше, чем он полагал. Подтрунивая над ней и забавляясь ее детской реакцией, мужчина не предполагал, что сам перейдет эту черту в общении с ней. Точку невозврата.

Он взглянул на мобильный телефон, отмечая, что у него много пропущенных звонков и возвращаясь мыслями к девушке на постели.

Хотя, если подумать, то это было неизбежно. Рано или поздно это бы случилось, ведь она была не сильно против, а он хотел ее с самого начала, отгоняя эти мысли подальше и все равно возвращаясь к ним через время.

«Может сделать ее своей второй женой или третьей?» — мелькнула шальная мысль, которая тут же унеслась прочь.

Мурат в свои 29 лет не хотел думать и о первой жене, а тут уже вторая нарисовалась, заставляя неприятно содрогнуться. Он привык к свободе. Какие жены?!

Мужчина быстро оделся, окинул взглядом Кристину, которая уже спала, обнимая одеяло. Подушка валялась в ногах. Одним ловким движением во сне она пнула ее и та брякнулась на пол.

Мурат покачал головой, осознавая, что даже во сне она себя вела, подчеркивая свой несносный характер и направился к выходу.

Остаток дня на переговорах и при встречах с его лица не сходила улыбка при воспоминании о их совместно проведенном времени в бассейне, кровати. Также их время было отведено и мягкому ковру на полу, на который они аккуратно улетели в своих страстных играх, и посмеявшись, продолжили уже там. Хотелось вернуться к этой бестии и забыться от всех проблем вместе с ней где-нибудь на краю земли.

Сидя на переговорах в конференц-зале в совершенно другом конце города и слушая вполуха предложения о внедрении в их семейную текстильную компанию «Адриати» нового рекламного плана, он представлял Кристину перед своими глазами. Как она проснется, потянется, прогуляется по номеру и опечалится, осознав, что его нет.

Потом придет горничная с ужином для нее и сообщит ей о том, что на пороге ее ждет несколько корзин белых роз. Он вдруг прочувствовал ее улыбку и ощутил приятное томление. Это было меньшим действием, как он мог бы отблагодарить ее. Жутко хотелось сделать ей дорогой красивый подарок…

— Мурат, как вы считаете? — вывел его из приятных мыслей менеджер рекламного проекта.

— Думаю, неплохо, — выдохнул он, переключаясь на высокого мужчину по имени Ахмед. — Какие ваши прогнозы в отношении продаж нашей продукции после запуска вашей рекламы?

Он не знал, о чем ему тут распинались последние полчаса, собравшись и выдав назревший ранее вопрос, как ни в чем не бывало.

— Через две недели вас уже ждут ощутимые изменения, — начал быстро тараторить молодой человек, подходя к графику с указкой.

Не заметив сам для себя, Мурат снова покинул это помещение, улетучиваясь в воспоминания. В конце концов на собрании присутствовал его брат, который имел долю в 30 процентов акций компании и принимал решения, которые Мурат ему поручал. И это решение он сможет принять без него.

Мужчина ухмыльнулся, вспомнив тот момент, когда они с Ратмиром решили возвращаться в Дубай. Мурат собирался отправить Кристину с ним и просил приглядеть и отправить в консульство за восстановлением документов. У него еще оставались дела в Афганистане и он собирался задержаться.

— Прости, друг. Но давай со своей игрушкой сам… Я из Дубая сразу улетаю на неделю, а она натворит чего-нибудь. — этот ответ Ратмира тогда возмутил его, а сейчас