Любовный экспромт - Барбара Данлоп

В понедельник утром Нэнси позвонила по внутренней связи в кабинет Дэниела и сообщила:

— Вас хочет видеть миссис Эллиотт.

Аманда? Здесь?

Дэниел не мог в это поверить. После того поцелуя в ресторане, Аманда явно занервничала, и он решил несколько дней ее не трогать.

Возможно, ему вообще не следовало ее целовать, но с Дэниелом творилось нечто странное: чем больше они виделись, тем чаще он вспоминал старые времена, когда они были вместе. Память услужливо подсовывала только приятные воспоминания, и ему все сильнее и сильнее хотелось быть с Амандой.

Он поднялся из-за стола, поправил галстук, пригладил одной рукой волосы…

— Дэниел! Ты меня слышишь? — вновь раздался голос Нэнси.

Дэниел наклонился к микрофону:

— Пусть войдет.

Дверь открылась, он привстал со своего кресла, приветливо улыбаясь… и замер с этой дурацкой улыбкой на лице. В дверях появилась Шерон.

Миссис Эллиотт, но совсем не та.

Она как фурия влетела в его офис и со всей силы захлопнула за собой дверь.

Ярко-голубые глаза Шерон метали гром и молнии. Много раз перекрашенные тонкие волосы торчали в разные стороны.

Дэниел постарался взять себя в руки.

— Что ты себе позволяешь, черт побери, — прошипела его гостья, приблизившись к столу.

— О чем ты?

— О ресторане!

Он опустился в кресло и стал спокойно перебирать лежащие на столе бумаги.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь, Шерон?

Женщина сердито уселась в кресло напротив стола.

— Да, ты можешь мне кое-чем помочь. Я бы хотела, чтобы ты придерживался тех условий, которые были оговорены во время нашего развода.

— Разве возникли какие-нибудь проблемы? Ты ведь вовремя получаешь свой чек, не правда ли?

— Я говорю совсем не об этом, — почти провизжала Шерон. — Ты абсолютно забыл о нашем соглашении.

— О каком? — без всякого интереса спросил Дэниел, подписывая письмо, лежавшее перед ним на столе. Затем он взял в руки и принялся внимательно изучать последний финансовый отчет. — Говори, пожалуйста, побыстрее. У меня сегодня очень напряженное утро.

Ему абсолютно не хотелось тратить время на Шерон. Она действительно мешала ему работать, но самое главное — своим приходом она оторвала его от приятных размышлений об Аманде. Больше всего его сейчас занимал вопрос, занята та или свободна во время ленча.

Шерон облокотилась обеими руками о стол и потянулась к нему. Для худенькой женщины с короткими выбеленными волосами довольно сложно выглядеть устрашающе, но ей это каким-то образом удавалось.

— Мы договорились с тобой говорить всем, что это я ушла от тебя и решила развестись.

— Но я никогда ничего другого никому и не говорил.

— Да, но твои поступки, Дэниел, говорят о другом.

Он посмотрел на часы.

— Не могла бы ты сразу перейти к делу? У меня на десять часов назначена важная встреча.

Шерон крепко сжала зубы, сощурила глаза. От этого у нее на лице опять появились морщины, которые она фактически победила с помощью двух очень дорогих косметических операций.

— Никто и никогда не поверит мне, что это я развелась с тобой, если все видят, как ты обнимаешь другую женщину и танцуешь с ней.

Дэниел равнодушно пожал плечами.

— Я не был с другой женщиной, я был с Амандой.

Шерон всплеснула руками.

— Это не имеет значения, раз ты…

— Мы не обнимались с ней.

— Держись от нее подальше, Дэниел.

— И не подумаю.

От возмущения глаза Шерон готовы были выкатиться из орбит.

— Что?!

Он поднялся из-за стола. Скрестил на груди руки и спокойно повторил:

— Я сказал «нет».

— Как ты смеешь…

— Я смею, потому что мы с тобой развелись и я могу встречаться, с кем хочу, где хочу и когда хочу.

— Но мы же договорились, — продолжала она настаивать на своем.

— Для того чтобы спасти твою репутацию, я согласился поддержать эту версию, и в полной мере выполнил свое обещание. Теперь с этим покончено. Ты не имеешь больше никакого права вмешиваться в мою жизнь и говорить что-либо. Понятно?

Шерон скорчила недовольную гримасу и надула губы. Из разъяренной тигрицы она моментально превратилась в несчастную, незаслуженно обиженную, женщину. Неужели она надеется, что он попадется на подобный трюк?

Тем не менее Шерон ноющим голосом продолжила:

— Но, Дэниел, мое положение будет страшно унизительным.

— Почему?

— Потому что люди будут думать, что это ты бросил меня.

— Если ты хочешь сохранить свою репутацию, заведи себе кого-нибудь. Ходи в рестораны. Выгляди счастливой. Продемонстрируй всем, как ты рада, что наконец избавилась от меня.

Крокодиловы слезы полились из ее глаз, но Дэниел не сдвинулся с места.

Он полностью обеспечил ее. Она получила от него дом, картины, машину. Дэниел был уверен, что больше ничего ей не должен.

Он вышел из-за стола и направился к двери.

— Все, Шерон! Морочь голову кому хочешь, но я больше не имею ко всему этому никакого отношения.

— Но, Дэниел…

— Нет и нет! — повторил он.

Она тоже поднялась с кресла, расправила плечи и сердито сказала:

— По крайней мере, обещай мне, что ты не будешь появляться с этой женщиной на людях.

Дэниел стиснул зубы, чтобы не вступать с ней в перепалку, широко открыл дверь и произнес:

— До свидания, Шерон.

Она громко фыркнула, зажала под мышкой свою супердорогую сумочку и, высоко подняв голову, вышла из комнаты.

Дэниел в сердцах захлопнул за ней дверь и вернулся к столу

Не показываться нигде вместе с Амандой? Как бы не так! Не дождется!

Дэниел вызвал свою секретаршу и спросил у нее, запланированы ли у них на ближайшие выходные какие-нибудь важные светские мероприятия?

— Так ты целовалась с ним? — спросила Карен, и ее зеленые глаза ярко заблестели.

Перед ней на столе стояли цветочные горшки, в которые она насыпала землю и удобрения.