Мир проклятий и демонов - Микки Хост

Во Втором мире у нее не хватило времени и ресурсов, но здесь, в Диких Землях, был Третий, который, если правильно донести до него свою мысль и не вызвать подозрений, мог помочь ей.

– Что будет дальше? – спросила Пайпер, беря в руки чашку с отваром и принюхиваясь – очень слабо пахло цветами и хвоей.

– Дальше? – уточнила Клаудия, но, как показалось сальватору, только для того, чтобы заставить ее говорить.

– После Тевье. В Омаге.

– Будем решать, что с тобой делать. Никто не будет возиться с тобой только потому, что ты сальватор, Пайпер из семьи Сандерсон.

– Хорошо, – кивнула девушка, делая первый глоток отвара. Слегка вязкий напиток практически мгновенно разогнал по телу волну тепла. – Сделаю все, что в моих силах.

Пайпер решила: в первую очередь она должна доказать свою силу себе. Вплоть до самого последнего момента она полагалась только на других, злилась от этого, пытаясь заявить, что справится сама, но в итоге ничего не предпринимала. Она слепо верила, что страдает из-за несправедливости миров, по ошибке является сальватором и прочее в том же духе. Она была глупа, недальновидна и слишком наивна. Пайпер и до сих пор такая, но теперь хотя бы признала это.

Из размазни, которой девушка видела себя сейчас, придется слепить настоящую Первую. В ее распоряжении был только чужой мир, в котором она не ориентируется, и несколько не внушающих доверия личностей. Возможно, здесь найдется что-нибудь, что действительно поможет, – вроде книг, чьих-то рассказов или реликвий, – но без знаний Третьего все это будет абсолютно бесполезным. Как бы он не настораживал своей наблюдательностью и доброжелательностью, каким бы милым не казался, заботясь о ее состоянии, Пайпер не забывала, что невиновность Третьего в падении Сигрида существует лишь в его словах. Ей нужны были более весомые доказательства, а раздобыть их без попытки втереться в доверие не выйдет.

Глава 4

Вдох – вся боль пройдет

Пайпер, впервые попробовав сесть на лошадь самостоятельно, едва не упала, но Магнус успел поймать ее и громко рассмеялся. Эйкен неожиданно вступился за девушку, а Клаудия бросила на рыцаря предупреждающий взгляд. Однако остановиться Магнус уже не мог.

– Ты хоть когда-нибудь на лошадь садилась? – спросил он, помогая Пайпер забраться в седло. – Вчерашний случай не считается.

– Нет, – буркнула в ответ Первая.

– Ни разу?

– Ни разу. Да и вообще, что ты прицепился ко мне? Я же не кавалерию в бой веду.

Магнус приложил руку к сердцу и сокрушенно прошептал:

– Ты уничтожила мою единственную надежду. Я действительно думал, что кавалерию отныне будешь вести ты.

Стелла громко фыркнула и носом ткнулась в его бедро.

– Ты закончил язвить? – уточнила Клаудия.

– Нет, не закончил. Я еще планировал посмотреть, как она будет держаться, когда лошадь пойдет галопом.

– Ты сказал, что она очень спокойная, – в ужасе пробормотала Пайпер, уставившись на животное под собой.

– Она действительно спокойная, – подтвердил Магнус, кладя ладонь на шею лошади. – Настолько спокойная, что от темного создания не ускачет, появись тварь на нашем пути.

– Магнус! – рявкнула Клаудия.

– Расслабься, я уверен, наше Золотце справится!

– Золотце? – непонимающе повторил Эйкен, так и не сдвинувшись с места. Стелла стала лениво нарезать вокруг них круги, принюхиваясь и легонько задевая каждого хвостом.

– Первая, – пояснил Магнус. – Ее глаза – золото, ярче которого я никогда в жизни не видел.

Клаудия с протяжным вздохом закатила глаза. За многие годы, проведенные бок о бок с ним, она успела привыкнуть к нескончаемому потоку комплиментов и колкостей от Магнуса, но тот всегда умел удивлять. Это было его работой – столь же важной, как истребление темных созданий. Рыцарь искренне считал, что для поддержания баланса в мире просто обязан одинаково хорошо выполнять и то, и другое предназначение.

– Долго нам еще ждать? – спросил Эйкен, хотя тишина затянулась всего на несколько секунд. Мальчик кутался в легкий плащ и выглядел крайне довольным, хотя лично Магнус не видел для этого ни одной причины.

– Что скажешь, Стелла? – спросил рыцарь, взглянув на волчицу. – Третий уже близко?

Стелла фыркнула и помотала головой.

– Значит, еще около десяти минут, – заключил Магнус. – О, не переживай, Золотце, – добавил он, заметив озадаченный взгляд Пайпер, – мы вполне можем подождать еще немного. До Омаги всего два дня пути, а здесь даже безопаснее, чем возле Тевье.

Пайпер нахмурилась. Он не понимала, как здесь – возле поселения с десятком хилых домов – может быть безопаснее, чем в относительно большом Тевье. Но Магнус не спешил все разъяснять, решив, что этим следует заниматься непосредственно Третьему.

Поначалу рыцарь сам путался и не понимал, почему одно место Третий считал безопасным, а другое – нет, но спустя годы научился распознавать тайные знаки, скрытые от глаз недоброжелателей, читать лица местных жителей и понимать, что их тревожит. Появившаяся на севере брешь взбудоражила не только жителей крепости, где заправлял Икас, но и людей из Тевье, потому что было неизвестно, насколько далеко смогли разбрестись темные создания. Но теперь, когда брешь была закрыта, а большая часть чудовищ уничтожена, об уцелевших тварях могли позаботиться находившиеся в постоянном движении рыцари или феи с эльфами, жившие едва ли не в каждом поселении. Если темные создания подберутся достаточно близко, об этом станет известно благодаря защитным сигилам на границах.

Поселению, где они остановились, вдвойне повезло: тварей не только не ожидалось, но еще и сам Третий оказался здесь и, воспользовавшись возможностью, проверил все сигилы. Практически являясь личным рыцарем сальватора, Магнус был обязан пойти с ним, но Третий поручил найти лошадь для Пайпер и убедиться, что девушка с ней справится. Ему даже не пришлось обворожительно улыбаться или прибегать к заранее подготовленной схеме – местный фермер, у которого было четыре лошади, продал одну буквально сразу же, когда его жена, увидев Магнуса, стала наседать и говорить, что «раз просит такой храбрый рыцарь, они просто обязаны помочь ему».

Магнус в одиночку привел лошадь к окраине поселения, по пути улыбаясь каждому, кто удивленно и восхищенно вздыхал, заметив рыцаря, и отказываясь от многочисленных подарков. Даже в самой простой кожаной броне, отливавшей черным и серебряным, люди узнавали в нем обладателя сокрушителя, а когда замечали меч на поясе – окончательно в этом убеждались. Если бы мужчине платили каждый раз, когда дети пораженно