Когда сбываются мечты - Алексия Каст

Сидя в машине, не переставал искоса наблюдать за ней. Яна перекинула свой длинный хвост вперед на грудь. Вот бы обмотать его вокруг запястья и притянуть к себе. Да уж, желания у меня – хоть фильм для взрослых по ним снимай.

– Ты знаком с моим отцом? – послышался голос малышки Ребровой.

– Да. Не сказать, что близко, но пересекаемся довольно часто. У нас с ним, я бы сказал, приятельские отношения.

– А с Максимом? – спросила тихо-тихо, но я услышал.

Твою мать, только не говорите, что вся эта ее сегодняшняя прострация из-за мужика. И я сам спровоцировал ее на откровения, а ведь она предупреждала. Волк внутри меня все громче порыкивал, но рациональная часть взяла верх. Все-таки информация в нашем мире – это сила. Тем более информация личного характера об этой дикой кошке. Моей дикой кошечке. Я уже не сомневался, что девочка будет со мной, и дикой она тоже будет, особенно в постели.

– И с Васильевым. Это он так тебя расстроил?

– Сама не знаю, – ушла она от ответа.

Доехав до ближайшего к нашему временному пристанищу супермаркета, припарковался. Выйдя из машины, быстро обогнул ее и открыл дверь прежде, чем это успела сделать сама Яна. Девочка мило засмущалась и пробормотала тихое: «Спасибо».

По магазину мы ходили целый час. Нет, я, конечно, знал, что шоппинг – это любимое женское занятие, но не в продуктовом же. Такого опыта в моей жизни еще не было, я мог свозить свою девушку в торговый центр и недолго подождать, пока она меряет очередное платье, но вот в продовольственные магазины я еще никого не возил.

Яна тщательно рассматривала каждый товар и вчитывалась в надписи на упаковке.

– Что ты там все высматриваешь? – спросил я, теряя терпение.

– Срок годности проверяю, – ответила она, не повернув головы.

– Ты серьезно? – Потянул ее на себя за руку, из которой она так и не выпустила йогурт, и прижал покрепче к своему телу. – Если товары здесь стоят, значит, у них все в порядке с годностью.

– Возможно, – протянула она в ответ, – только лучше есть что-то более свежее, чем то, что послезавтра станет просроченным.

Она выронила из рук йогурт, а мне пришлось выпустить ее из своих объятий, чтобы его поймать. Яна сработала на моих инстинктах и сейчас стояла поодаль, тихо посмеиваясь надо мной.

– Я взяла все, что хотела, может, выберем фильм?

А вот это уже интересно. Превосходный шанс для сближения.

– Давай, только выбирай сама.

Ее глаза опять заблестели, и я понял, что меня может ожидать очередная подлянка. Взял тележку и покатил вслед за Яной. Корзина вообще была полупустой, и на это она потратила почти час, странная она, непосредственная, как ребенок. Стояла у стенда с дисками и напевала себе что-то под нос, при этом еще и покачивала головой в ритм. Внезапно на ее лице появилась обворожительная улыбка, и она схватила какой-то диск, а следом за ним еще парочку, стоявших рядом. Демонстративно спрятала их за спину.

– Будет тебе сюрприз. Встречаемся на кассах.

И сорвалась с места с такой скоростью, что даже я со своей превосходной волчьей реакцией мгновенно упустил ее из вида. Она просто убежала от меня в магазине, заполненном под завязку людьми, это даже в голове с трудом укладывалось. Как будто ей двенадцать.

Когда я нашел Реброву, она стояла у выхода: довольная, с черным пакетом в руках – и ела мороженое. Его-то она когда успела прихватить?

– Я взяла на двоих, – покрутила вафельный рожок в руке, – но оно оказалось чересчур вкусным. А ты очень долго меня догонял.

– Были бы люди на кассах быстрее. Тележка-то, почти пустая, а они тридцать три года копошились, – пробурчал недовольно и, наклонившись к Яне, попробовал мороженое в ее руках. – И правда вкусное, – добавил перед тем, как откусить еще раз.

Яна лишь довольно улыбнулась и продолжила держать его близко к своему рту. Искушала, чертовка. Глаза колдовские, смотришь и не можешь оторваться, еще недавно такие пустые, теперь горели лукавым огоньком, завораживая и подчиняя.

Нас прервал звук моего телефона. Она смутилась, отведя взгляд, и есть мороженое из ее рук стало уже не так интересно. Звонил Богдан, наверное, раздобыл интересующую меня информацию.

– Мне нужно ответить, пошли к машине.

– Окей.

Развернулась на пятках и направилась на выход. Я пошел следом за ней, попутно отвечая на звонок.

– Слушаю, Богдан. Узнал что-то новое?

– Да, босс, узнал, откуда она появилась.

– Сейчас, подожди.

Открыл переднюю дверь Яне, попросил ее подождать пару минут и, положив пакет на заднее сидение, отошел подальше, продолжая разговор.

– Ты выяснил, почему до вчерашнего дня на нее не было вообще никакой информации? – раздраженно произнес в трубку.

– Ребров о ней ничего не знал, ну в смысле, он знал, что у него есть ребенок, но кто он и где, понятия не имел, – хохотнул Богдан на том конце провода.

– Что-нибудь еще выяснил?

– А как же.

– Говори уже.

– Мать девочки отказалась от нее в роддоме. Яна Косицына, по документам росла в одном из детдомов Красноярска. Трудный характер, не общительная, замкнутая. В наличии имеется одна близкая подруга.

– Бля, – не сдержался, – ты закругляйся с виртуальным общением и таким лексиконом. Не хватало еще «штука» сказать на девушку.

– Ну вообще-то я именно это слово и хотел использовать.

– Так, давай к делу.

– У Ребровой есть близкая подруга, которая уже два раза помогала ей с устройством на работу. Ну и вообще, я по соцсетям полазил, нашей Яночки нигде не нашел. Она год проработала в школе, учила маленьких детишек. Те от нее чуть ли кипятком не писались.

– Богдан, – я уже рычал.

– Ладно-ладно, молчу. В общем, дети ее обожали, так же как и их родители, но на контакт со взрослыми людьми, мужчинами в том числе, она не шла. – В трубке раздался щелчок. Я мог поспорить, что это лопнул надувной пузырь жвачки. Щенок. Талантливый, способный, обязательный, но все еще ребенок.

– Значит, так. Отправь все, что нашел, мне на почту. Еще, – потер переносицу, – поищи информацию о ее матери. И не забудь о Назимовой, информатор дал верную информацию, но я опоздал на два дня, в общем, ищи следы.

– Будет исполнено, альфа.

– Богдан, не нарывайся.

Все-таки не удержался и перед тем, как нажать на отбой, хорошенько рыкнул на него.

Вернувшись в машину, услышал, как Яна напевает игравшую песню. Странным было, что