Секретарша для одноклассника 2 - Аврора Добрых

«Пора выходить, — подумала Лика. Не сидеть же всю субботу в спальне. — Так. Просто делаю надутую физиономию и молчу. Пусть думает, что я обижаюсь, но не настолько сильно, чтобы доводить дело до расставания. Легкая обида — именно то, чего он ждет. Сейчас он приготовит завтрак, наплетет еще с три короба о крепкой дружбе с бывшей, а я сделаю вид, что делаю вид, что все еще дуюсь. Ему только того и надо. Я же, по его мнению, недалекого ума. А с дурой решать конфликты проще простого. Ну что ж, Витя, встречай».

Лика вышла из спальни и молча, с каменным лицом, прошествовала в ванную.

— Доброе утро, — тихо сказал Виктор, провожая ее взглядом. — Ты пока умывайся, а я приготовлю нам что-нибудь.

— Ага.

Закончив мыться, она вернулась в кухню, взяла свою кружку и поставила ее на стол. Все это время Виктор не сводил с нее глаз, словно пытался прочесть что-то на ее лице. Неожиданно их глаза встретились, и к своему ужасу Лика поняла, что он определенно не спал всю ночь. Он был так же хорош и привлекателен, даже чертовски привлекателен, но его глаза были впалые и тусклые. А своей задумчивостью он напомнил ей того самого школьника, которого она знала в девятом классе. Он всегда сидел один, решал все быстрее всех, а если и разговаривал с кем-то, то только по делу. И втихаря сох по Лере.

«Ну вот и получай свою Леру!» — промелькнуло в голове у Лики, и ее жалость вмиг улетучилась. — Он, видите ли, не спал! Надо думать, ведь рыльце-то в пушку! Сам виноват, козел».

— Будешь омлет? — спросил он.

— Нет, — буркнула Лика. — Налей мне кофе, когда будет готово. Пожалуйста. — С этими словами она удалилась в гостиную, которая не была отделена от кухни стеной, а располагалась в одном с ней помещении.

С ногами усевшись в большое мягкое кресло, Лика снова принялась просматривать квартиры. Вариантов была целая куча, даже на ее скромный бюджет, но все они наводили тоску. Она оглядела уютную гостиную и уставилась в окно, откуда открывался потрясающий вид на Москву, на крыши, блестящие купола церквей, на реку и мосты.

«Скоро перед моим окном будет обычный спальный район с продуктовым магазином напротив, — думала девушка, положив голову на спинку кресла. — Но ничего, переживу. Уж лучше так, чем жить с предателем, который никак не может определиться и врет даже сам себе».

— Кофе и завтрак, — раздался голос Виктора и выдернул Лику из раздумий. Перед ней стоял маленький столик, на котором были кружка с кофе и тарелка с сочным омлетом, который пах просто фантастически.

Саттаров сидел на корточках перед столиком и улыбался самой милой и обаятельной улыбкой из всех.

— Спасибо, — сказала она и, взяв кружку, снова отвернулась к окну. Нечего тут улыбаться.

— Лик, поешь омлет, пока он не остыл. И дай мне знать, если захочешь чего-нибудь еще.

— Супер. Я хочу, чтоб ты скрылся с глаз моих долой.

Он встал и отправился в свой кабинет, но дверь закрывать не стал.

Так, не разговаривая и сидя в разных углах квартиры, они провели почти всю субботу.

Ближе к вечеру Виктор решил приготовить их любимые спагетти с соусом и маленькими фрикадельками. Раньше каждый раз, когда он готовил это блюдо, Лика охотно помогала ему, и они проводили на кухне часа два, шутя, целуясь и попутно лепя изумительные фрикадельки. Затем откупоривали бутылочку вина и обсуждали все на свете и даже больше. Им было чертовски хорошо вместе.

Поэтому сейчас приготовление пасты с фрикадельками Лика восприняла не иначе, как запрещенный прием. Этот подлец давит на самое больное, на романтические воспоминания.

«Если я сейчас сдамся и помогу ему готовить, то он подумает, что я как-то быстро его простила, и начнет что-то подозревать. А если я просто уйду в спальню, это будет уже чересчур. Хотя какая мне вообще разница! Он целовался с бывшей, а я тут думаю, как бы не задеть его чертового эго. Плевать я хотела».

— Я буду готовить спагетти, хочешь выпить? — спросил Виктор, поднося бокал с изумительным белым вином.

— Нет, спасибо. Удачной готовки, а я — спать.

— Так, понятно, — протянул он. Затем поставил бокал на стол и положил руки Лике на плечи. — Послушай меня: ничего не изменилось и не изменится. Я люблю тебя, я выбрал тебя и хочу быть только с тобой. Если бы ты видела это подобие поцелуя с нужного ракурса, то сразу бы все поняла. Там не было ничего, кроме чувства долга. Я просто попрощался с ней.

— Серьезно? — подняла бровь Лика и вперила в Саттарова испепеляющий взгляд. — С каких это пор ты целуешь всех подряд из чувства долга? Может, ты еще и осчастливил ее в туалете после ужина? Ну а что? Из чувства долга ведь можно, правда?

— Ты искажаешь мои слова, Лик. Я понимаю, почему ты это делаешь, но хочу, чтобы ты просто меня услышала. Я могу поцеловать своих родственников, учредителя компании, который родом из Грузии и потому привык целоваться при встрече, свою бывшую, которая хотела таким образом попрощаться со мной навсегда. Но по-настоящему я целую только тебя, сплю только с тобой, ни с кем больше. У меня нет ни чувств, ни эмоций к другим девушкам.

— Ну, теперь-то все встало на свои места, — огрызнулась Лика. — Раз так, то к тебе, конечно, никаких претензий. Вопрос полностью закрыт.

С этими словами она ушла в спальню и хлопнула за собой дверью.

Там она провела около часа, раздумывая над его словами. Несмотря на изначальную реакцию, девушка поймала себя на том, что ее гнев стихает. Что-что, а заговаривать зубы и выворачивать ситуацию в свою пользу стервец умел филигранно. Она не собиралась его прощать, но решила, что теперь уж точно можно создать видимость примирения.

Девушка вышла из спальни, прошла по коридору и увидела Саттарова, сидящего на диване в полной темноте с бокалом вина. Огни ночной Москвы освещали его силуэт, а тени придавали его облику особенного шарма.

— Я думал, ты уже спишь.

— Не спится.

— Понимаю. Мне тоже. — Он элегантно отпил вина.

«Боже, он такой подонок, но как же он хорош…»

— Я есть хочу, — Лика села рядом с ним.

Ей было тошно от своего