Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

– Но она…

– Мам, то, что я выйду замуж, меня не спасет. У королев часто бывали консорты, – тихо произнесла Ленора. – А мы еще и маги. Угроза, которую надо будет устранить. Обязательно.

И в этот момент ее высочество вспомнила.

Ударило под сердце осознание, заставило выгнуться от боли, оборвало дыхание… если бы не Феола, тут бы и закончилась история ее высочества. Но умереть рядом с шаманом?

А еще и рядом с некромантом?

Хм, весьма сомнительное мероприятие.

Феола тут же оказалась на коленях рядом с принцессой, стиснула ее руку своими, вливая силу, оттолкнула Ленору без всяких вежливостей.

– Брысь! А то еще выкидыш случится!

Ленора и спорить не стала. Она видела, что матери уже становится лучше, что ее аура вновь наливается алыми, голубыми, золотистыми тонами… и в то же время…

– Мама?

– Лоренсо, – одними губами выговорила Маргарита Мария. – Он сказал, что я вряд ли одобрю его невесту…

– Брат?

Маргарита Мария опустила глаза. Нет, она не верила, что ее сын участвует в заговоре. Лоренсо с избытком хватало и его герцогства, и власти, и спокойной жизни. Он домосед, в отличие от многих.

Но… если сын?!

Как ей жить после этого? Как дышать?

Маргарита понимала, умри кто-то из ее детей – и она не переживет их. Просто не сможет. Слишком уж сильно изранили ее душу, слишком искалечили. Не выдержит она больше боли. Не сумеет…

Но и промолчать она не смогла бы.

На одной чаше весов ее жизнь и жизнь сына.

А на другой – дочь. И ее ребенок, первый внук Маргариты. И Бернардо, и Игнасио, и Хосе, и… и в чем виноваты жители столицы?

Тот, кто задумал подобное, права на жизнь не имеет. А если заодно не сможет жить и она… значит, так тому и быть. Маргарита примет свою судьбу.

Мужчины переглядывались недолго.

Бернардо хлопнул ладонью по подлокотнику.

– Так… у нас тут три мага?

С этим было не поспорить.

– Приглашаем Лоренсо на разговор. И пусть попробует соврать хоть словом! Голову оторву!

Маргарита невольно поежилась. Ее отец так говорил…

Ленора подошла к двери и отправила слуг на поиски брата. Все молчали и ждали.

* * *

Лоренсо долго ждать не пришлось.

Мужчина вошел, улыбнулся, посмотрел удивленно на маму, сестру, всех остальных… обратился, правда, к Бернардо:

– Что случилось? Кузен?

– Может быть, и ничего, – Бернардо тоже не стал долго думать. – На ком ты собираешься жениться?

Лоренсо иронично поднял брови.

– Ты решил заделаться моим папой? Не поздно ли? Сыночек уже вырос.

Маргарита чуть слышно всхлипнула. Но Лоренсо тут же повернулся к ней.

– Мам? Что… что вообще тут происходит?

– Сынок, ты ответь, пожалуйста, сейчас. Это правда надо. Очень, – тихо прошептала женщина.

Лоренсо посмотрел на мать. Потом на всех остальных. И вздохнул. Кажется, все очень серьезно? Столько людей…

– Это необходимо? Беседовать в присутствии…

– Да, – Бернардо не сомневался ни секунды. – Обещаю, никто не опорочит честь твоей избранницы, мы знаем, как трепетно к этому относится наш двор.

Лоренсо чуточку смутился.

– Ну… она вообще не ритана. Простая сеньорита.

Все напряглись еще больше.

– Имя?! – не выдержала Феола, как самая молодая.

– Я все равно на ней женюсь, – предупредил Лоренсо. – И мне плевать… сегодня же поеду!

– Имя?! – рыкнул уже и Бернардо.

– Я ее люблю! И плевать мне на ее происхождение. Ясно?

– Сын?!

– Дельрио. Висента Анна Дельрио.

Вот чего не ожидал Лоренсо в ответ на свое признание, так это дружного облегченно-радостного вздоха. И широкую улыбку кузена.

– Поздравляю!

Впрочем, улыбки были не у всех. У той же Феолы, Амадо, Серхио – у них как раз глаза были большие и выразительные. И очень-очень удивленные.

– КАК?! – первым озвучил свой вопрос Серхио Вальдес.

Лоренсо поднял брови.

– Что – как?!

– Как вы познакомились?

– Вам не кажется, тан, что это не ваше дело?

– Ошибаетесь, герцог. Это – мое дело. Я – Серхио Мария Вальдес, это – Амадо Эрнесто Риалон. Полагаю, и остальным Риалонам будет небезразлична судьба Висенты.

Намек прозвучал весьма выразительно.

Оно, конечно…

Ты тут герцог, родственник короля, и можешь нос кривить. Но когда за тебя возьмется компания некромантов, ты быстренько пожалеешь о своей заносчивости.

Будь ты хоть кум королю, тебя сначала допросят, потом закопают, если твои ответы им не понравятся, потом выкопают, вывернут и снова закопают. Возможно, в виде зомби.

Некроманты же… у них и юмор такой, своеобразный. А уж как они за своих порвать могут!

Не-не, зачем руками?

На такое ценное дело зомби есть!

Дураком Лоренсо не был.

– Подождите-ка… Риалон… Лассара?

Амадо кивнул с людоедской улыбочкой.

Это кому кто, а у него Винни, считай, на глазах росла. Мало ли там какие герцоги рядом бегают? Абы кому мы малышку не отдадим!

Да-да, малышку!

Пусть она отлично стреляет, водит мобиль, может порезать с десяток человек и кажется, даже трупы у нее на счету есть. Неважно! Это – его родня! Они Антонию спасли в свое время, а то б… плохо бы то похищение закончилось!

Так что вы там, тан герцог, хотите рассказать про ваше знакомство?

Хотите-хотите, вы просто пока этого не знаете.

Лоренсо осмотрел присутствующих, понял, что его окружают злые и весьма любопытные люди, что сострадания он не дождется даже от матери, вздохнул – и заговорил.

* * *

Дело было около года назад.

Лоренсо как раз ехал домой.

Ночью, естественно. На мобиле. Да, по темным улицам, по столице – и что?

Ничего. Практически.

Если мобиль внезапно не заглохнет.

Если ты в одиночестве не окажешься на окраине города. И что с того, что столица? Думаете, тут не грабят и не убивают? И святые летают и солнечными лучами питаются?

Ага-ага, особенно по ночам и в переулках.

Выползли четверо таких героев, поигрывая дубинками и кастетами, и принялись объяснять Лоренсо, что лучше б ему по-доброму отдать хорошим ребятам мобиль, деньги, одежду…

Лоренсо понял, что жизнь он тоже в итоге ребятам подарит. А что? Начнется с одной уступки, да так и продолжится. Чтобы быдло над ним потом не покуражилось?

По-любому его изобьют, может, убьют, только сдохнет он на коленях. Это всегда так. Сделаешь шаг назад – и не заметишь, как тебя разотрут в пыль под сапогами.

Лоренсо ответил гопникам безусловно не герцогскими словами и приготовился умирать. Монтировка, конечно, штука неплохая, но