Легенды о фениксах - Оксана Шапеева

— Она ещё жива. Я по-прежнему чувствую связь истинных. Но она очень слаба, и мне не удаётся распознать большее. Словно она там, где мне не отследить.

— Как это возможно? Разве связь истинных знает преграды? Ты же сам говорил…

— Да, я говорил! Но уже долгое время я не могу ничего сделать! Это какое-то наказание. И мне остаётся только слабый огонёк, напоминающий о том, что она всё ещё жива.

— Как бы я хотел, чтобы ты был прав, отец…

— Я прав. Не сомневайся. К тому же Румис прислал известие. Готовы анализы второго Феникса.

— И что в них?

— Кто-то очень не хочет видеть огненных на троне… В крови убитого большая концентрация красного оромейского глимиса.

— С каких пор оромейский глимис лишает Фениксов разума?

— Вот это нам и стоит выяснить. Тебе придётся отправиться в Оромею.

— Не уверен, что Мангира образуется, отец.

— Не имеет значения. Тебе в любом случае придётся туда лететь за белым кубком.

— Белый кубок… Это тот артефакт из пяти… Отец, — Даргайл зашелся в заливистом смехе, запрокинув голову. — Мангира ни за что не отдаст его.

— Тебе придётся сделать так, чтобы отдала.

Кориан, казалось, был серьёзен, как никогда.

— Даргайл, назревает что-то очень серьёзное. Поэтому я хочу, чтобы всё пять артефактов были в Пларионе под защитой огненных.

— Так ты не шутишь?

— Разве я похож на шута?

— Нет, отец. Но почему ты говоришь мне всё это именно тут, под вопли Хавидая?

— Потому что совету пока не стоит знать о пяти артефактах.

— Даже так… А как же Лавиджи?

— Даже им.

Глава 13. 2

Из ангара показалось белое крыло, а затем голова с массивным клювом, из которого периодически вылетал гортанный клëкот, похожий на душераздирающий вой. Феникс потряс головой и в следующую секунду, расправив крылья, взмыл вверх. У самой энергосети, он снова издал громкий клëкот и пролетев ещё немного под куполом, спикировал прямо в сторону огненных Гройл. Сделав низкий круг, Снежный Феникс опустился рядом с Корианом и Даргайлом. Казалось, белое оперение источает голубоватый свет, похожий на тонкую туманную дымку.

— Отправишься в Оромею, возьми фоисов и… — начал Правитель, поймав глубокий птичий взгляд Ховидая. — Хранительницу тоже.

— Девчонку из Гарихеи? С какой это стати? — возмутился Наследник и обращëнный Феникс взволнованно начал бить крыльями по снегу.

— Она хранитель! Хотя мне и кажется странным полное отсутствие знаний межмирья. Барьеру нет и ста лет, а люди ведут себя так, словно понятия не имеют о своей истории… — произнёс Кориан и приблизился к Хавидаю.

— Отец, я справлюсь сам!

— Ты видел, что творит Монгира Тори! А если ты покажешь ей девчонку, то она, возможно, передумает. Хранители редкость для Марадеи, а тут простой человек, да ещё и пришедший из-за межмирья.

— Не думаешь же ты, что всё пять артефактов признают её?

Ховидай слушал разговор и на мгновение Даргайл уловил в его взгляде тягучую тоску и обречëнность. Наследник приблизился к Фениксу вслед за отцом и протянул руку, едва касаясь его оперения.

— Нет, конечно нет. — хмыкнул Кориан. — Такое и магам не всем под силу. Но Монгира об этом знать не должна.

— Кстати, странно… Для того, кто напал на Оромею, он выглядит на удивление спокойным. — поразился Даргайл, убирая руку от белых перьев.

— Да, это нам ещё предстоит выяснить. Как и то, почему фоисы не нашли никакую брешь в межмирье.

— Что? Этого быть не может!

— Барьер цел и там, где ты указал, и в других местах. Фоисы пытались его пробить, но безуспешно.

— Этого не может быть! Я дважды проходил через него!

— Есть у меня одна идея по этому поводу, но мне необходимо её проверить.

Глава 14

— Впервые такое вижу, но похоже проклятие перестаёт проявлять свою силу. — произнёс Хоршель, сканируя Лорайю, на что девочка растянула широкую улыбку.

— Это прекрасно! Благодарю за помощь, Хоршель! — обрадовалась Авина.

— О, не стоит благодарности. В основном всё сделала она сама. Хотя я не припомню, чтобы лагатаха льяти ломалось от насыщения резерва. Такое было возможно только… О, но это по легендам…

— Каким легендам? — заинтересовалась Авина и обе сестры устремили на архимага горящие взгляды.

— Согласно сказаниям, тысячу лет назад на землях Марадеи наравне с фениксами правили драконы. Последние имели иммунитет к проклятиям и ментальным вмешательствам. Но они, к сожалению, давно вымерли. Более схожей магией обладали чëрные фениксы. Но и о них ничего не известно уже почти сто лет. Хотя, говорят, Чернокрылая Вермена обладала даром исцелять даже самых обречëнных.

— Хотите сказать, что она существовала? — поразилась Авина.

— Безусловно, ачай. И ваш талмуд тому подтверждение. — с этими словами Хоршель поклонился и развернулся на выход.

— Что? Подождите! — окликнула старшая Риверс, после чего в дверях показался знакомый блондин.

На этот раз его волосы были рассыпаны по плечам, а глаза горели яркой лазурью.

— Фошес? — воскликнула Авина.

— Ашмир Лавидж, — произнёс архимаг и поклонился.

— Как девочка? — поинтересовался блондин, на что получил полный отчёт о здоровье Лорайи.

Закончив рассказ, Хоршель скоро ретировался, по-видимому, опасаясь ещё каких-нибудь расспросов.

— Так ты у нас значит, маг? — улыбнулся Фошес одними уголками губ.

— Ага, только Авина не верит. — Лора состряпала обиженную рожицу, поправляя подол платья.

— Ну ничего, она её ещё увидит. Как только дар проявится. А ты ведь меня не помнишь?

— Как она будет помнить, если была в отключке? — фыркнула старшая Ривенс.

— Авина сегодня колючка… — улыбнулся блондин, сверкнув глубокой лазурью глаз, а затем добавил глядя на младшую сестру. — Я — Фошес. — он сделал небольшой поклон головой, больше похожий на кивок.

— Лорайя. А это моя сестра Авина. Она очень красивая.

— Да, я тоже так считаю. — и он снова обаятельно улыбнулся.

— Лора! — одëрнула старшая.

— Значит она тебе нравится… Может тогда женишься на ней? Десерты она правда готовить не умеет, зато какие картины рисует… — мечтательно протянула младшая с толикой серьëзности.

— Лора! Как тебе не стыдно! — прикрикнула Авина.

— О, ну если картины, тогда конечно… — и Фошес игриво подмигнул старшей сестре, на что та лишь закатила глаза. — У меня идея! Предлагаю прогуляться, и возможно один добрый феникс даже даст себя погладить.

— А ты что, тоже Феникс? — Лорайя в восторге захлопала светлыми ресницами.

— Увидишь, милая ачай.

— Авина, ну, пожалуйста, пойдём! Так интересно! — Лора умоляюще подняла бровки, на что старшая Ривенс глубоко выдохнула и кивнула в знак согласия.

— Только давай, юная ачай, для начала снимем горсек, раз архимаг сказал, что он больше ни к чему. —