Несносный босс или курс выживания для миллиардера - Алекс Коваль

Да и черт с ними, с этим мужиками! Что Котов, что Сотников – оба отличились. Но первый-то особенно! И я за это ему еще устрою неделю на выживание. Посмотрим, как он справится. Тем более, на горизонте такая супер крутая должность замаячила. А может быть, наш уговор заверить нотариально? Чтобы обмануть не вздумал? Хотя-я-я шансы, что он выдержит, хоть и мизерные, но остаются, и тогда я захлопну себя же в свой же капкан. А стоит только представить: десять лет день и ночь бок о бок с Котовым… Б-р-р-р.

Нет, он, конечно, может быть соблазнительным лапой, когда того хочет. Но! Исключительно со своими ночными “гостями” он крутой сексуальный мужик, я же для него так себе – среднячок, по-видимому.

Гад.

Хватаю первый попавшийся чистый листок на столе и шариковую ручку и от души, расписываю план мероприятий для своего горячо любимого босса. Накидаем “скелет”, а уже утром, с холодной головой обрастим всю эту прелесть “мяском”.

Было бы желание!

Не глядя на часы, тут же набираю отца.

– Поля, что стряслось? – тут  же интересуется папа обеспокоенным сонным голосом.

Блин блинский. Смотрю на часы. Час ночи. Прекрасно. Время в Красноярске – пять утра. Умница дочка!

– Пап, прости, совсем забыла про разницу во времени, – тут же извиняюсь, стыдливо прикрывая глаза ладошкой.

– А знаешь, почему, Поля? – усмехается он. – Потому что ты давно не была дома.

– Да, пап, ты прав. Так я вот почему звоню. Мне нужна будет дача на неделю, – выпаливаю мигом, пока не передумала.

– Прекрасная идея. Соберемся все вместе, – смеется по-доброму папа.

– Пап, у меня задание важное. Вывезти на перевоспитание своего начальника хочу. На исправительные работы.

– Допек тебя, бедолага? – еще больше смеется отец, чем вызывает у меня улыбку.

– Есть такое дело. Правда. Можно? Он оплатит все, что нужно. За съем и продукты.

– Дочь, сама с ним разбирайся. Мы лезть не будем. Ты прекрасно сама там ориентируешься, мы будем рады выкопанной картошке. А так пользуйтесь всем, что есть. Вот только как же он у тебя, богатей такой, без связи с внешним миром будет?

– В этом-то и весь фокус. Хочу проверить, на что он способен, – откидываюсь на спинку стула и зеваю. – Прости еще раз за такой поздний, то есть ранний звонок. Как будем выезжать, я тебя наберу. Мамуле и всем домашним огромный привет. Скучаю.

– Давай. Держи там оборону. Все передам. Пока, дочь, – и связь прерывается.

Ну что ж, дело остается за малым. Сутки на отработку плана и выстраиванию работы фирмы в наше отсутствие.

Я довольна.

Глава 11. Слиться не выйдет

Ночь ломаю голову над тем, что я хочу получить от поездки. Верчусь, пытаясь выстроить в своей голове предстоящую поездку. Визуализирую, так сказать.

И первое и самое важное, что мне требуется от этих “выходных”, – отдохнуть! И душой и телом. Конечно, я понимаю, что от работы не отвертеться. Но тут на мне останется только контроль. А это раз в день выходить на связь, проверять отчетность и, самое главное, чтобы никаких ЧП. Но, судя по последним годам работы, это случается крайне редко, и надежда, что получится отключить Котова на целую неделю, пока не умерла. Думаю, холдинг не развалится за жалкие семь дней без своего безалаберного начальника.

А почему семь дней? Потому что это самый максимум, что можно выжать из отпуска. Я вообще не представляю, как находиться с ним в одном пространстве и не в рабочей обстановке. Как вообще он со всем справится?

Да, я начинаю переживать за него, а надо бы за себя. Хотя, если он не справится, это мне даже на руку.

И вторая цель, которую я преследую, – от души насладиться растерянностью и максимальным отсутствием комфорта у Котова. Это здесь он привык ходить, задрав нос, и смотреть на всех с высоты своего девяносто четвертого этажа дорогущего пентхауса. А там… круче тот, у кого “лопаты” новее!

С такими приятными мыслями ближе к утру мне удается задремать.

Утро выдается на редкость тихим. Хотя чувствую своей пятой точкой, что ненадолго. И да… заветный звонок телефона, на котором высвечивается имя начальства, не заставляет себя ждать. Надо бы подредактировать на досуге его имя в записной книжке телефона, а то вот последние дни он явно не просто Антон.

– Антон Сергеевич, – отвечаю на звонок.

– Аристова, ты там живая? – раздается слабый мужской голос, что заставляет встрепенуться.

– Что с вами? Кальмары щупальца распустили?

– Вызови мне врача, похоже, я умираю, – и на этом наш разговор обрывается.

Я еще секунд пять пялюсь в телефон и вскакиваю с постели, попутно набирая нашего врача, который быстрее меня доберется до Котова.

– Елена Викторовна, да, это Полина. Нет, надеюсь ничего страшного. Возможно, отравление, – говорю с врачом, попутно натягивая на себя черное платье и приводя себя в более-менее человеческий вид.

Черте что, конечно, но я уже привыкла выглядеть всегда по-рабочему, когда еду к боссу. Ведь Котов – это и есть моя работа. Будь то выходной или рабочий день, на мне всегда платья или юбки. Про джинсы я уже спустя столько лет просто забыла.

Не дожидаясь такси или служебной машины, топаю пешком. Пересекаю две улицы и уже через двадцать минут поднимаюсь на лифте.

– Боже, что тут у вас случилось? – застаю Елену Викторовну в холле, а сама заглядываю в гостиную, где вижу штатив, что держит капельницу, и Антона, развалившегося на огромном диване.

– Отравление, как ты и сказала Поля, – улыбается женщина.

– Я его не травила, если что, – усмехаюсь в ответ и вижу понятливую улыбку в ответ. Кажется, даже его личный доктор понимает, как не сладко мне с этим “котенком” приходится.

– Некачественный ужин. Снимешь потом, как откапает? – вызывает женщина лифт, двери которого тут же открываются.

– Конечно. Спасибо вам, – благодарю врача и направляюсь к боссу, как только она уезжает.

На диване лежит бледный, как мел, Антон, в домашних брюках, футболке и иглой в руке.

– Удивительно, что не нужно с вас стаскивать очередную девицу. Вы ломаете свой стереотип. Так нечестно, – присаживаюсь рядом.

– Издеваешься, Аристова. Мечтаешь о моей