Шопоголик и сестра - Софи Кинселла

— А… кто эта женщина, которая была с вами? — спрашиваю я как ни в чем не бывало. — Там, на улице?

С таким же успехом я могла бы взорвать бомбу. Маму с папой будто парализовало. До смерти перепуганные, они переглядываются и отводят глаза.

— Женщина? — наконец произносит мама. — Какая женщина? Грэхем, ты кого-нибудь видел?

— Может быть, Бекки имеет в виду… прохожих, — бормочет папа.

— Ах да! — Опять этот фальшивый тон. — Помню, проходила мимо какая-то дама. Совершенно незнакомая. Наверное, ты о ней и говоришь, дорогая.

— Понятно.

Пытаюсь улыбнуться, но мне уже по-настоящему тошно от этой комедии. Мама с папой мне врут?

— Ну… вам пора! Идите, веселитесь.

Когда за ними закрывается дверь, я с трудом удерживаюсь от слез. Как я ждала этого дня! А теперь жалею, что мы вообще вернулись домой. Никто нам даже не обрадовался. И мои сувениры никакая не редкость и не экзотика. И с родителями что-то неладное. Отчего они такие странные?

— Хочешь еще кофе? — спрашивает Люк.

— Нет, спасибо. — Я тоскливо шаркаю ногой по полу.

— Бекки, ты расстроилась?

— Да, — еле слышно шепчу я. — Немного. Я думала, все будет по-другому.

— Иди ко мне. — Люк разводит руки, и я прижимаюсь к нему. — А чего ты ожидала?

Что они все бросят и закатят в нашу честь праздник?

— Нет, конечно! — Я замолкаю и поднимаю голову. — Вообще-то… да. Броде того. Нас так долго не было дома, а встретили нас, будто мы выскочили в магазин на пару минут.

— Сюрприз — это всегда лотерея, — наставительно объясняет Люк. — Нас ждали только через пару месяцев. Неудивительно, что к встрече никто не подготовился.

— Знаю, но дело не только в этом.

Я вздыхаю. — Люк, тебе не показалось, что мама с папой… что-то скрывают?

— Показалось.

— Да?!

Я в полной растерянности. А я-то надеялась, что он скажет по своему обыкновению: «Нет, Бекки, тебе почудилось».

— Тут явно что-то случилось. — Люк замолкает. — И я догадываюсь, в чем дело.

— В чем? — Я уже устала удивляться.

— Думаю, женщина, которую мы с ними видели и о которой они не хотят говорить, — агент по продаже недвижимости. Наверное, твои родители задумали продать дом.

— Продать дом? — ужасаюсь я, — Но почему? Это же замечательный дом! Лучше не найдешь!

— Ты переехала, а для них он слишком велик.

— А почему мне никто ничего не сказал? Я же им дочь, единственная! Уж мне-то могли бы довериться! — В расстройстве я почти кричу.

— Наверное, не хотели тебя огорчать.

— Я бы не огорчилась! — негодую я. И тут же понимаю, что уже огорчена.

— Ну и огорчилась бы, подумаешь. А скрытничать-то зачем?

Высвобождаюсь из объятий Люка и подхожу к окну. Даже думать невыносимо, что мама с папой решили продать наш дом, С тоской оглядываю сад. Нет, с ним родители не расстанутся. Просто не смогут. Папа так холил и лелеял свои бегонии!

Вдруг я замечаю в соседнем саду Тома Вебстера. На нем джинсы и футболка с надписью «Меня бросила жена и оставила только эту паршивую футболку». Том тащит здоровенную доску. Ну и свирепый же у него вид.

— Возможно, причина не в этом, — говорит Люк у меня за спиной. — Возможно, я ошибаюсь.

— Нет. — С несчастным видом я оборачиваюсь. — Ты наверняка прав. Что им еще скрывать?

— Лучше не думай об этом. Выбрось из головы. Завтра крестины, увидишь Сьюзи!

— Да! — Мне сразу полегчало. — Точно. Люк прав. Может, сегодня встреча и не удалась, но завтра будет грандиозный сюрприз. Я увижусь со Сьюзи, с моей самой лучшей, самой близкой подругой. Ох, не могу дождаться!