Бери моего папочку, я возьму твоего - Дженика Сноу

Эмбер взглянула на него, и это насмешливое выражение лица исчезло, когда она увидела, насколько он расстроен.

— Эмбер, — отрезал Картер. Он наклонился вперёд, оперевшись руками о стол, и уставился на дочь. — Я сожалею, что не был рядом столько, сколько тебе нужно, пока ты росла. Я сожалею, что не научил тебя манерам, которым твоя мать должна была учить с самого начала. — Его челюсти были плотно сжаты. — Раньше мне никогда не было стыдно за тебя, но сейчас я совершенно унижен тем, что ты только что сказала. Это было отвратительно.

Я посмотрел то на Картера, то на Эмбер, то на отца. Он стиснул зубы, но я знала, что это произошло не из-за сурового тона Картера по отношению к новой жене папы.

— Чего я не потерплю, так это неуважения к моей дочери. — Ноздри моего отца раздулись, и он медленно откинулся на спинку стула. — Я никогда в жизни не разочаровывался больше ни в ком.

Папа встал, бросив на меня взгляд, выражавший, насколько он смущён и сожалеет. Как ему было неприятно, как и сказал Картер.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, но, если тебе хочется уйти, я полностью понимаю, милая.

Прежде чем я успела ответить, Картер вставил:

— Если кому-то и следует уйти, так это Эмбер.

Моя мачеха, которая была моложе меня, издала болезненный звук и оглядела собравшихся за столом так, будто это мы её сильно обидели.

— Ты прав, Картер, — согласился мой отец.

Когда никто ничего не сказал в её защиту, она фыркнула, схватила бокал и вышла из комнаты.

Тишина затянулась до такой степени, что я схватила свой стакан, выплеснула остатки огнедышащего скотча и захрипела от жжения в горле.

— Поговорим об одной чертовски неловкой ночи, — прошептала я. — Мне нужна дозаправка, — я прочистила горло и направилась на кухню.

— Мина…

— Я в порядке, папа. Просто дай мне минутку.

Мне не было стыдно или даже неловко из-за того, что сказала Эмбер. Я любила себя и своё тело, и мне было комфортно в нём, независимо от того, что обо мне думали в мире.

Что мне не нравилось, так это то, что кто-то вёл себя со мной как стерва в глазах других и проявлял полное отсутствие уважения. Мы с Эмбер никогда не ладили, но у неё никогда раньше не хватало смелости быть настолько грубой со мной на таком уровне.

И это меня разозлило.

Глава десять

МИНА

Я направилась на кухню, сосредоточилась на виски и налила изрядное количество. Повернувшись спиной к прихожей, я поставила бутылку и взяла стакан, чтобы сделать большой глоток.

Я снова закашлялась и захрипела: половина из-за того, что выпила попала не в то горло, а другая часть — была противной и ощущалась как бензин в горле. Мои глаза наполнились слезами, но я успокоилась и проглотила ещё.

— Полегче, — позади меня послышался глубокий грохот, и я закрыла глаза.

— Идеально. Как раз то, что мне сейчас нужно, — пробормотала я.

— Твой отец пошёл поговорить с Эмбер, — голос Картера был низким и сдержанным. — Я бы сам сделал это, но сначала хотел проверить, как ты.

Я поставила стакан и оперлась руками о стойку, тяжело выдыхая и глядя на свои пальцы.

— Твоя дочь может быть настоящей стервой. Просто подумала, что дам тебе знать.

Он не ответил, не засмеялся и не защитил её. Нет, он потянулся и обхватил меня за талию своими огромными ручищами, притянул меня так, чтобы моя спина оказалась у его груди, и полностью обнял меня, чтобы просто удержать меня.

Я не могла сдержать дрожь всего тела, охватившую меня от ощущения его прикосновения.

— Прости, — прошептал он мне на ухо, его тёплое дыхание с примесью виски скользило по мне. — Она всегда была… трудной. Злилась и имела право. Я виню в этом себя, потому что я не был рядом столько, сколько хотел и должен был быть.

Я закрыла глаза и положила голову обратно на центр его груди.

— Некоторые люди именно такие. Не имеет значения их воспитание или окружение. Они просто… есть.

Он резко выдохнул и прижал меня ближе. Мы оставались так долго, что я позволила себе ещё больше расслабиться, настолько, что не услышала, как отец вошёл на кухню. Воздух в комнате изменился, и я напряглась. Но Картер всё ещё обнимал меня, и на самом деле он даже поцеловал меня в макушку, как будто ему было плевать, что мой отец застал нас в объятиях вот так. И он не мог этого не знать.

Я обернулась. Картер издал недовольный звук, как будто я причиняю ему неудобство, выскользнув из-под его хватки, а затем я повернулась к отцу.

Он стоял в дверях со стоическим выражением лица, глядя на Картера таким взглядом, который заставил меня немного нервничать.

— Эм, — сказал я и посмотрела через плечо на Картера. Он откинулся на стойку, скрестил руки, сосредоточился на моём отце и имел то же пустое выражение лица. — Привет, — глупо поздоровалась я, когда снова встретилась с отцом.

Он посмотрел на меня — наконец — и выражение его лица смягчилось.

— Ещё раз прости, дорогая.

Он провёл рукой по лицу и уставился в потолок.

— Она…

— Сука.

Он глубоко засмеялся, затем одумался и кивнул.

— Она никогда не разочаровывала меня так сильно, как сегодня вечером. Я хочу винить в этом алкоголь, который она пила весь день, но даже в этом случае… это не оправдание.

— Мы с ней никогда не ладили, — призналась я впервые, хотя, вероятно, это было чертовски ясно по нашему общению с тех пор, как Эмбер начала встречаться с моим отцом. — Но я знаю, что она делает тебя счастливым, и ты этого заслуживаешь. — Я подошла к отцу и обняла его, чувствуя то знакомое тепло, которое всегда чувствовала рядом с ним. — Пока она не обращается с тобой таким образом, я могу справиться с её злобой.

— То, что она так с тобой обращается, хуже всего, Мина. И я этого не потерплю.

Я отстранилась и посмотрела на него, но он смотрел поверх моей головы на Картера.

— Я тоже этого не потерплю, — сказал Картер, и я услышала, как он подошёл ближе.

Наступил напряжённый момент странной тишины, поскольку было ясно, что все пытались понять, как справиться с остальными вещами, которые не имели ничего общего