Бери моего папочку, я возьму твоего - Дженика Сноу

Я откинулась на спинку стула, чувствуя, что она собирается заговорить, и мне было любопытно, что она скажет. Мой отец подговорил её к этому? Картер?

— Послушай, — произнесла она почти побеждённым тоном и посмотрела вниз, её брови низко нахмурились, когда она провела пальцами по краю льняной салфетки.

Официантка подошла и оставила наши напитки, а после того, как мы отказались от еды, она снова оставила нас одних. Эмбер потребовалась минута, прежде чем она снова заговорила.

— Во-первых, я хочу извиниться за тот вечер за ужином.

Она подняла взгляд, и впервые с тех пор, как я её увидела, искренние эмоции отразились на её лице и подтвердили её слова.

— Ух ты, — это единственное слово вырвалось из меня прежде, чем я смогла его остановить, и она тихо рассмеялась.

— Я понимаю, — Эмбер выдохнула, отпила и откинулась на спинку стула, глядя на свои руки.

Было совершенно ясно, что она не может смотреть на меня. Может быть, она чувствовала себя слишком смущённой, слишком взвинченной? А может быть, ей действительно это было просто от природы тяжело?

— Могу я спросить, что послужило причиной этого?

Очевидно, я должна была предположить, что один из двух мужчин в нашей жизни заставил её сделать это, но я хотела услышать, что она скажет.

Это был ещё один долгий момент, когда она явно всё обдумала, прежде чем посмотреть мне в глаза.

— Я всегда завидовала тебе, если быть откровенной.

Я удивлённо приподняла бровь, но не потому, что не считала себя достойной того, чтобы кто-то думал так обо мне, но была шокирована тем, что Эмбер призналась в этом.

— Ты прекрасна. Умная. Уверенная в себе, как никогда раньше, — она держала стакан с водой, проводя пальцами по стенкам, размазывая конденсат. — Люди любят тебя и не смотрят на тебя так, будто ты самая большая сука, ступающая по земле.

Я хотела напомнить ей, что люди бы не подумали так, если бы она не вела себя таким образом. Это был момент прорыва для Эмбер, и я не хотела его портить.

Я так много хотела сказать. Но я позволила ей высказаться, зная, что ей нужно разобраться во всём этом. Я понимала, что ей потребовалось много усилий, чтобы признать это, сесть, посмотреть мне в глаза и исправить свои ошибки.

И хотя у нас были разногласия, часть меня восхищалась тем, что она взяла на себя ответственность. Означало ли это, что мы друзья? Что мы поладим? Нет. Но это было началом, и это всё, о чём я могла бы просить.

Теперь она была в моей жизни благодаря моему отцу и Картеру, и я хотела, чтобы отношения между нами были лучше.

Кому хотелось быть рядом с кем-то другим и быть совершенно несчастным? Кто хотел бы иметь в своей жизни кого-то, кто создавал бы этот узел страха в животе каждый раз, когда он рядом с тобой?

Если был шанс, что мы могли бы сгладить ситуацию, я была бы только за.

Она долго молчала, и я позволила ей разобраться в том, о чём она думала. Я видела, как тяжёлые мысли проносились по её лицу.

— Моя мать не играла положительной роли в моей жизни. Между ней и моим отцом много разногласий, много разногласий с ней вообще. Она использовала меня, чтобы контролировать его. Не давала мне видеться с отцом и поднимала много шума с судебными вопросами.

Эмбер закрыла глаза и потёрла голову, явно возвращаясь к тому, о чём говорила. Она взглянула на меня, и я увидела в её глазах непролитые слёзы, которые даже немного тронули моё сердце.

— Мой отец много раз и очень долгое время пытался забрать меня у неё, чтобы мне стало лучше. Но я выросла упрямым подростком, обиженным и даже думавшим, что я знаю всё лучше всех. Я хотела остаться с мамой. Ей было всё равно, что я делаю. Я могла бы не спать всю ночь и никогда бы не попала в неприятности с ней из-за своих проступков. Я знала, что быть с отцом будет совсем по-другому, что будут правила. Он не позволил бы мне уйти от ответственности за это дерьмо. Очень многое изменилось бы.

Я прикусила язык, сочувствующая часть меня хотела утешить её. Я думала о Картере и о том, как он изо всех сил старался исправить ситуацию для Эмбер. Теперь я восхищаюсь им ещё больше.

— Так я относилась к людям, как я относилась к тебе… Если бы жила с ним. Я знаю, что для меня всё было бы совсем по-другому. Я знаю, что стала бы лучшим человеком.

Официантка вернулась, чтобы узнать, желаем ли мы чего-нибудь, но я культурно отмахнулась от неё, зная, что сейчас не время. Чёрт, нам следовало сделать это в уединении дома, потому что я видела, как тяжело это было для Эмбер. Мне тоже было тяжело.

Обнажив душу, Эмбер показала мне свою уязвимость, и я была почти уверена, что она никому раньше не показывала эту свою сторону.

— И… я рада, что ты и мой отец вместе. Я думаю, ты отлично подходишь ему.

Я почувствовала, как мои брови слегка приподнялись от удивления, услышав, как она сказала, что её всё устраивает, особенно небольшое шоу, которое она увидела за ужином. Но я полагаю, что шок, который я испытала, заключался в том, что она на самом деле улыбалась и не выглядела расстроенной этой правдой.

Когда я промолчала, настала её очередь поднять бровь, уголок её рта изогнулся, когда она ухмыльнулась. Ей показалось забавным, что она застала меня врасплох своим комментарием.

Тишина затянулась, пока я пыталась собраться с мыслями. Но когда я откашлялась и немного поёрзала на стуле, я действительно почувствовала, что искренне улыбаюсь.

Я была счастлива, готова и открыта сделать с ней этот первый шаг. Было совершенно ясно, что она тоже этого хочет.

В итоге мы сделали заказ, остались ещё на полчаса, пока ели, и говорили на «безопасные» темы. Она не спрашивала о моих отношениях с её отцом, которых я бы всё равно не стала разглашать. С Картером всё было ново. Я была немного эгоистична, разглашая какую-либо информацию на столь раннем этапе.

Я хотела сначала узнать всё, прежде чем открыться кому-либо другому. Особенно его дочери или моему отцу.

Выйдя из ресторана, мы стояли на углу улицы в странной тишине, и никто из нас, казалось, не знал, что сказать. Эмбер взглянула на